Читаем Адмирал: О дважды Герое Советского Союза С. Г. Горшкове полностью

Все возраставшая угроза нашей стране с океанских направлений, концентрация сил флотов блока НАТО у наших берегов, безудержная гонка морских вооружений, как обычных, так и ядерных, выдвинули вопрос о надежной защите морских рубежей Советского Союза.

Примерно с середины 50-х годов в соответствии с решением партии и правительства в нашей стране начались крупные работы по созданию мощного океанского ракетно-ядерного флота. Этим было положено начало второму этапу в развитии советского Военно-Морского Флота.

Каким должен быть флот? Таким, как флоты великих морских держав, или коренным образом отличаться от них? Что должно лежать в его основе? Какие силы должны определять его мощь? Каковы основные направления развития флота?

Поиску ответов на эти вопросы было подчинено многое в деятельности Главкома ВМФ. На ответственных флотских совещаниях Сергей Георгиевич напоминал своим заместителям, что при составлении предложений надо опираться на результаты крупнейших научно-технических достижений, в особенности в области создания ракетного оружия, атомной и газотурбинной энергетики.

«Сергей Георгиевич при подготовке и обсуждении предложений, — рассказывает Герой Социалистического Труда адмирал П. Г. Котов, — на всех уровнях заботился и настойчиво добивался создания кораблей с учетом опыта войны, современного уровня развития науки и техники, исходя из задач Военно-Морского Флота и противостоящих ему сил вероятного противника. Он многое делал для того, чтобы научные исследования в интересах развития кораблей, оружия и техники проводились непрерывно. В эпоху научно-технической революции, когда наука и техника развиваются быстрыми темпами, Главком придавал особое значение вопросам прогнозирования развития флота, научному руководству строительством флота. В дальнейшем он требовал от нас учитывать первый опыт дальних плаваний кораблей, который оказал существенное влияние на такие элементы, как надежность, мореходность, автономность, дальность плавания, обитаемость кораблей и т. д.».

Понимание ответственности, выпавшей на его долю, заставляло С. Г. Горшкова действовать осмотрительно. Выдержав испытания на прочность и в годы войны, и в мирное время, он, неторопливый в решениях всегда, в те дни был особенно сдержан и больше выслушивал других, чем говорил сам. После шумных совещаний и заседаний, прохаживаясь по своему просторному кабинету, Сергей Георгиевич подводил итоги раздумьям.

То было время дискуссий как в нашей стране, так и за рубежом — дискуссий о влиянии ядерного оружия на характер войны на суше и на море. Высказывались крайние взгляды, сводившиеся к отрицанию роли отдельных видов вооруженных сил, систем вооружения. Отрицалась даже возможность флотов действовать в море, а следовательно, и его необходимость для страны. Но жизнь подтверждала другое.

Сергей Георгиевич подходил к карте. Кто окружает нас, нацеливает против нас свои силы? Коалиция морских держав, располагающих мощными современными флотами. И прежде всего — авианосными силами. В то время флот США насчитывал в своем составе 14 многоцелевых авианосцев. На этих кораблях находилось до 1500 самолетов — носителей ядерных средств.

Как развиваться дальше советскому флоту? Быть может, нам следует идти своим, самобытным путем, строить корабли и самолеты, которые бы отвечали современным требованиям защиты Отечества с океанских направлений?

Обдумывая этот основополагающий вопрос, Главком снова и снова возвращался мысленно к истокам российского флота.

Опыт строительства русских кораблей — от первого подводного корабля крестьянина Никонова, ботика Петра до лучших кораблей Отечественной войны — та путеводная звезда, которая может определить курс строительства океанского отечественного флота. Искусством русских кораблестроителей создавались во все времена корабли оригинальных конструкций в духе времени. Петровские галеры, парусные фрегаты, пароходы, броненосцы — славные вехи отечественного кораблестроения. Они сочетали в себе силу, скорость, красоту. Но при всем том русские моряки, сражавшиеся на этих кораблях при Гангуте, Корфу, Синопе, Цусиме, на Баренцевом и Черном морях в Отечественную войну, всегда мечтали о флоте будущего, который еще более прославит Отчизну.

Все чаще в памяти Сергея Георгиевича всплывали суровые годы войны, когда особенно остро ощущался недостаток кораблей, и при высадке десанта в районе Григорьевки, и позднее, в Керченско-Феодосийской операции, когда он с болью в сердце смотрел на маленькие суденышки, направлявшиеся к вражескому берегу, которые нещадно трепал шторм…

Начало нового этапа развития отечественного флота — этапа создания и развития советского океанского атомного флота — связано с появлением в Советских Вооруженных Силах ядерного оружия и ядерной энергетики.

Перейти на страницу:

Все книги серии Герои Советской Родины

Верность долгу: О Маршале Советского Союза А. И. Егорове
Верность долгу: О Маршале Советского Союза А. И. Егорове

Второе, дополненное издание книги кандидата исторических наук, члена Союза журналистов СССР А. П. Ненарокова «Верность долгу» приурочено к исполняющемуся в 1983 году 100‑летию со дня рождения первого начальника Генерального штаба Маршала Советского Союза, одного из выдающихся полководцев гражданской войны — А. И. Егорова. Основанная на архивных материалах, книга рисует образ талантливого и волевого военачальника, раскрывая многие неизвестные ранее страницы его биографии.Книга рассчитана на массового читателя.В серии «Герои Советской Родины» выходят книги о профессиональных революционерах, старых большевиках — соратниках В. И. Ленина, героях гражданской и Великой Отечественной войн, а также о героях труда — рабочих, колхозниках, ученых. Авторы книг — писатели и журналисты живо и увлекательно рассказывают о людях и событиях. Книги этой серии рассчитаны на широкий круг читателей.

Альберт Павлович Ненароков

Биографии и Мемуары / Документальное

Похожие книги

100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Илья Яковлевич Вагман , Наталья Владимировна Вукина

Биографии и Мемуары / Документальное
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза