Жук задумался над произошедшем казусом. Почему он себя так уверенно вёл в столь гиблом, даже для бывалого пройдохи, месте? Не от того ли, что жизнь висит на волоске, и даже не котируется в каталогах наёмных убийц? Нет, похоже, в нём самом что — то переменилось. Возможно, в том грязном переулке он вылез из крысиной шкуры и стал превращаться в Человека. Страх, где былой вечный страх тщедушного существа, жалкого и злобного? Крыса не способна на бескорыстное благородство. И если гонимый путник, преследуемый по пятам кровожадными врагами, проявляет, невзначай, заботу о голодных зверятах, то Гарри, по — видимому, прав— это Челове — е–ек! Маленький незначительный штрих, но сколь много он сказал опытному, умному человеку— Гарри. Жук высоко оценил моральные качества Гарри, поняв, что, за напускной бандитской свирепостью и отталкивающей звероподобной внешностью, скрывается добрая, отзывчивая к чужой боли, очень человеческая душа. И когда Гарри вновь появился за стойкой, Жук уже готов был брататься с новым корешем.
Гарри, похоже, испытывал подобные чувства, и сиял, как неоновая реклама.
— А вот и мы! — радостно известил Гарри и выдвинул вперёд своего парня, — Знакомьтесь.
— Файл, — дружелюбно улыбнулся высокий крепкий юноша и, выйдя из — за стойки бара, протянул руку.
— Жук.
Жук пожал загорелую ладонь, окинув оценивающим взглядом стройную мускулистую фигуру. Файл ему ровесник, но выглядел намного внушительнее: ростом на голову выше, атлетического телосложения, в движениях чувствовалась грация хищника. Черты лица правильные, но с какой — то, несвойственной возрасту, суровостью, будто он уже успел усвоить кое — какие серьёзные уроки жизни, и оттого взгляд голубых глаз проникал прямо в душу. А в остальном, выглядел парень, как большинство сверстников из кварталов Тальбао: светлые волосы коротко по моде пострижены, куртка и брюки кожаные, с блестящими застёжками карманов, обут в чёрные ботинки армейского образца.
— Со мной сейчас дружить опасно, — потупившись, честно признался Жук.
— Ничего, напарник, прорвёмся, — открыто улыбнувшись, подмигнул Файл.
— Оружие есть? — опять намекнул на опасность ситуации Жук.
Файл молча расстегнул куртку. За поясом, в специальной кобуре, торчал автоматический, но под пороховые патроны, пистолет с инкрустированной рукояткой.
— Антиквариат? — оценив изящество линий, поднял брови аферист.
— Нет, сам мастерил, — засмущался Файл.
— Да ты не сомневайся, приятель, — обнадёжил Гарри — Файл надёжный напарник. И хотя он у меня большой оригинал, я думаю, вы поладите. Парень давно на настоящее дело просился, вот пусть тебя и проводит до космопорта, хоть развеется. Дельце то, похоже, нарисовалось непростое.
В тот момент, никто из троицы ещё не мог представить, насколько непростым окажется развитие заурядной ситуации. И если бы Гарри только знал, что судьба свяжет молодых напарников на долгие годы, зашвырнув в иной мир и подвергнув смертельным опасностям, то, может, и не послал воспитанника на столь суровое испытание, хоть от того, в будущем, и будут зависеть миллионы жизней.
— Спасибо, Гарри, — Жук с чувством пожал крепкую ладонь бармена, — может, когда ещё встретимся.
— Обязательно свидимся, — ухмыльнулся Гарри. — Но лучше, конечно, ещё на этом свете. Поторопитесь, ребятки, у вас сегодня опасная прогулка.
Жук подцепил сумку и двинулся вслед за Файлом к выходу. В дверях Жук на секунду остановился, глянул в угол бара, улыбнулся и тихо проскользнул наружу.
Из захламлённого мусором угла, драный кот проводил нечаянного благодетеля томным взглядом, довольно мурлыкнул и в изнеможении уронил голову на урчащий живот обожравшегося пса.
Глава 2. Липкие тени прошлого
Глава 2. Липкие тени прошлого
Антиграв у Гарри старенький, путь до космопорта занял всю ночь. Файл посоветовал Жуку, пока летят, немного вздремнуть. Жук полностью доверился человеку Гарри и, свернувшись калачиком на заднем сиденье, безмятежно захрапел.
Сладкий сон прервал болезненный тычок в бок.
— А-а, что? — протирая глаза, не сразу сообразил, где находится, Жук.
— Ну, и здоров же ты спать, не добудишься, — беззлобно попрекнул Файл.
— Мы где?
— Через час будем на месте.
— Мог бы и попозже разбудить, — сладко потягиваясь, посетовал Жук.
— Поднимайся, соня. Рассвет проспишь.
— А это, что— плохая примета? — заёрзал суеверный пассажир и полез на сиденье рядом с водителем.
Файл сочувственно глянул на типичный экземпляр прагматичной породы «деловых людей», и, глубоко вздохнув, просто заметил:
— Это краси — и—во.
Физиономия Жука сморщилась, словно кислый лимон проглотил. Надо же, потревожить его сон из — за такой ерунды! Хотел даже послать к дьяволу правила приличия и лезть назад, досыпать, но случайно взглянул за лобовое стекло и… обомлел.