Читаем Актерское мастерство. Американская школа полностью

Анализ текста. Резюме

В погоне за идеальной трактовкой вы отдалитесь и от сцены, и от занятий.

– Дэвид Мамет [6]

Не бывает идеального сопоставления, действия или анализа. Анализ – это лишь подготовка, а не спектакль. Это домашняя работа. Его можно даже не обсуждать с другими участниками спектакля. Вы просто ищете формулировки, которые помогут вам войти в действие. Как только эта задача будет решена, анализ можно считать выполненным. Двигайтесь дальше. Потому что в итоге актерская игра – это не интеллектуальные упражнения, а физическое действие.

Это не значит, что анализом текста можно пренебречь. Наоборот, он чрезвычайно важен. Анализ игры – это анализ смыслов пьесы, ее содержания. То, какие слова вы выбираете в ходе анализа, отразится на вашей игре, поэтому формулируйте тщательно, учитывая не только сценарий, но и ваш личный опыт и привычки. Во время анализа необходимо пользоваться теми словами, которые вы обычно употребляете.

Анализ текста призван помочь разобраться в конфликтах сцены, свести их к нескольким легко запоминающимся фразам и сделать вашу игру более точной и достоверной.

Итак, фразы найдены. Что делать с ними дальше? Как их применить? Если анализ текста учит думать, прежде чем действовать, то техника исполнения научит действовать не думая. В идеале каждый актер должен добиваться равновесия между этими двумя подходами – аналитическим и интуитивным.

3. Техника исполнения

Язык

Говорите, пожалуйста, роль, как я показывал: легко и без запинки.

– Уильям Шекспир. Гамлет (акт III, сцена II, пер. Б. Пастернака)

Что значит «Я тебя люблю»? Опыт подсказывает, что в эти слова можно вкладывать множество разных смыслов: «Я обожаю тебя», «Я хочу заняться с тобой сексом», «Ты такой милый», «Поговорим позже», «Без тебя моя жизнь будет пустой». Значение фразы «Я люблю тебя» определяется контекстом, в котором она произносится, и намерением, с которым она говорится. Если этот принцип работает в жизни, почему он не применим на сцене?

Актеры, режиссеры и преподаватели всегда пытаются выяснить, «как подавать эту реплику». Мы все предполагаем, что есть некий правильный, идеальный способ, и в погоне за этим идеалом забываем, что слова могут обладать бесконечным количеством смыслов в зависимости от ситуации. Реальная жизнь – это нескончаемая импровизация, переговоры, в которых мы пытаемся добиться желаемого оптимальным, по нашему мнению, способом.

У режиссера, автора, педагога могут быть свои соображения насчет того, как следует произносить данную реплику. Их можно обосновать так, что любая альтернатива действительно покажется невозможной. Однако реальная жизнь гораздо сложнее, в ней не бывает одного-единственного пути к цели, этому противоречит весь человеческий опыт. Нет единого способа произнесения реплики, существует множество возможных толкований. Какое выбрать? Мамет считал, что нам всем следует взять на вооружение слова Гамлета:

Пусть ваше собственное разумение будет вашим наставником, сообразуйте действие с речью, речь с действием, причем особенно наблюдайте, чтобы не переступать простоты природы; ибо все, что так преувеличено, противно назначению лицедейства, чья цель как прежде, так и теперь была и есть – держать как бы зеркало перед природой.

Автор предоставил слова – контекст. Анализ текста определяет действие – намерение. Как произносить реплику? Наверное, лучше спросить: «Как должен услышать эту реплику мой партнер? Как лучше всего добиться цели моего действия в данный момент?» Определитесь с ответами и произнесете реплику именно так, как нужно, чтобы добиться цели. Держите перед собой зеркало, стараясь быть естественным.

В чем основная цель нашей работы? Не в том, чтобы угодить режиссеру, педагогу или самим себе. Наша цель – воздействовать на зрителя. Что надеется пережить зритель? Он хочет перенестись в мир пьесы, поверить в его реальность. Отсюда выражения «вера в предлагаемые обстоятельства», «добровольный отказ от неверия». Зритель добровольно соглашается забыть, что перед ним пьеса или фильм, он приглушает скептицизм и принимает условие, что данная история действительно разворачивается впервые у него на глазах.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов

Большие социальные преобразования XX века в России и Европе неизменно вели к пересмотру устоявшихся гендерных конвенций. Именно в эти периоды в культуре появлялись так называемые новые женщины — персонажи, в которых отражались ценности прогрессивной части общества и надежды на еще большую женскую эмансипацию. Светлана Смагина в своей книге выдвигает концепцию, что общественные изменения репрезентируются в кино именно через таких персонажей, и подробно анализирует образы новых женщин в национальном кинематографе скандинавских стран, Германии, Франции и России.Автор демонстрирует, как со временем героини, ранее не вписывавшиеся в патриархальную систему координат и занимавшие маргинальное место в обществе, становятся рупорами революционных идей и новых феминистских ценностей. В центре внимания исследовательницы — три исторических периода, принципиально изменивших развитие не только России в ХX веке, но и западных стран: начавшиеся в 1917 году революционные преобразования (включая своего рода подготовительный дореволюционный период), изменение общественной формации после 1991 года в России, а также период молодежных волнений 1960‐х годов в Европе.Светлана Смагина — доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник Аналитического отдела Научно-исследовательского центра кинообразования и экранных искусств ВГИК.

Светлана Александровна Смагина

Кино
Тарковский. Так далеко, так близко. Записки и интервью
Тарковский. Так далеко, так близко. Записки и интервью

Сборник работ киноведа и кандидата искусствоведения Ольги Сурковой, которая оказалась многолетним интервьюером Андрея Тарковского со студенческих лет, имеет неоспоримую и уникальную ценность документального первоисточника. С 1965 по 1984 год Суркова постоянно освещала творчество режиссера, сотрудничая с ним в тесном контакте, фиксируя его размышления, касающиеся проблем кинематографической специфики, места кинематографа среди других искусств, роли и предназначения художника. Многочисленные интервью, сделанные автором в разное время и в разных обстоятельствах, создают ощущение близкого общения с Мастером. А записки со съемочной площадки дают впечатление соприсутствия в рабочие моменты создания его картин. Сурковой удалось также продолжить свои наблюдения за судьбой режиссера уже за границей. Обобщая виденное и слышанное, автор сборника не только комментирует высказывания Тарковского, но еще исследует в своих работах особенности его творчества, по-своему объясняя значительность и драматизм его судьбы. Неожиданно расцвечивается новыми красками сложное мировоззрение режиссера в сопоставлении с Ингмаром Бергманом, к которому не раз обращался Тарковский в своих размышлениях о кино. О. Сурковой удалось также увидеть театральные работы Тарковского в Москве и Лондоне, описав его постановку «Бориса Годунова» в Ковент-Гардене и «Гамлета» в Лейкоме, беседы о котором собраны Сурковой в форму трехактной пьесы. Ей также удалось записать ценную для истории кино неформальную беседу в Риме двух выдающихся российских кинорежиссеров: А. Тарковского и Г. Панфилова, а также записать пресс-конференцию в Милане, на которой Тарковский объяснял свое намерение продолжить работать на Западе.На переплете: Всего пять лет спустя после отъезда Тарковского в Италию, при входе в Белый зал Дома кино просто шокировала его фотография, выставленная на сцене, с которой он смотрел чуть насмешливо на участников Первых интернациональных чтений, приуроченных к годовщине его кончины… Это потрясало… Он смотрел на нас уже с фотографии…

Ольга Евгеньевна Суркова

Биографии и Мемуары / Кино / Документальное