После свадьбы Семён начал открываться ей с другой стороны, и эта сторона совсем не нравилась Але. Она и раньше замечала некоторые странности за мужем, которые заключались в его маниакальном желании контролировать Альбину. Семён постоянно требовал отчета с кем и как Альбина провела день, где была и что делала. Но если раньше Аля списывала такое поведение на банальную ревность, то желание Семёна сделать её инкубатором страшно рассердило девушку. Поэтому, через пару дней после разговора с мужем, Альбина отправилась в аптеку, купила противозачаточные таблетки, и, поместив их в упаковку из-под обычных витаминов, начала потихоньку их принимать. Но Аля еще слишком плохо знала своего мужа. Она и понятия не имела, какая буря последует за её решением сопротивляться воле Семёна.
Пощёчина
Другим раздражающим Альбину фактором была её мать Галина. Женщина звонила дочери несколько раз в неделю и требовала все больше и больше денег.
— Аля, ты же знаешь, я строю дачу, — недовольно говорила в трубку Галина, — подкинь мне ещё денег.
И Галя называла суммы. Сначала это были десятки тысяч, затем сотни. У Альбины от запросов матери иной раз глаза на лоб лезли, и девушка честно отвечала:
— Мама, в этом месяце я больше тебе ничего не дам. Я же тебе говорила, Семён выдаёт мне на расходы определенную сумму. Я и так перечисляю тебе больше половины.
— Ну так попроси у него больше денег, — фыркала Галина, — ты ведь его жена, в конце концов. И не забывай, доченька, благодаря кому ты ею стала. Так что давай, я жду свои деньги.
С этими словами Галя обычно клала трубку. По началу Альбине ничего не оставалось делать, кроме как идти к Семёну и просить у него деньги для матери. Несколько раз Волков спокойно перечислял жене необходимые суммы, но однажды, олигарх все же спросил:
— Аля, не подумай, что я тебя упрекаю в чем-то, но скажи мне, на что уходят все эти деньги? Ты ведь себе практически ничего не покупаешь.
И Альбине пришлось выложить правду про то, что она перечисляет деньги матери. Девушка думала, что Семён не станет возражать, но вопреки ожиданиям Али, Волков нахмурил брови и сказал:
— Дорогая, я даю эти деньги тебе. Чтобы ты покупала себе все, что хочешь, и радовала себя и меня. Но я не желаю становиться фондом помощи для твоей матери. Нет, не пойми меня неправильно, если ей вдруг станет нечего есть и будет негде жить, это будет другой разговор. Но те суммы, которые запрашивает Галина Викторовна шокируют даже меня. Я надеюсь, мы друг друга услышали?
Альбина согласно кивнула и на следующий день передала слова Семёна матери. Галина пришла в настоящую ярость.
— Ты найдешь способ перечислять мне деньги, поняла? — прошипела женщина.
— Нет, мама, — ответила Аля, — Семён теперь будет следить за всеми моими расходами. Ему запросить банковскую выписку с моих карт, это дело пяти минут. И если он увидит, что я снова снабжаю тебя деньгами, боюсь, что разгорится скандал. Ничего не поделать, тебе придется смириться с этим.
Галя ничего не ответила и бросила трубку. Конечно, Альбина всё равно продолжила перечислять ей деньги, но уже не в таких количествах, как раньше. И Гале ничего не оставалось делать, кроме как умерить свои аппетиты.
…
В тот вечер Семён вернулся с работы глубоко за полночь. Он, не раздеваясь, поднялся в спальню. Альбина уже мирно спала, и Волков присел на край постели и посмотрел на жену. Несмотря на какие-то светлые чувства к девушке Семён отчетливо понимал, что он её не любил. Мужчина иногда даже сомневался, что он вообще способен на подобное чувство. Альбина заинтересовала его, когда отказала Семёну, и тот поставил себе цель добиться эту девушку. Когда Аля сдалась, у Волкова начал пропадать к ней тот интерес, который был вначале. Но Семён не бросил девушку, а решил использовать её в своих целях. Волков считал, что молодая и наивная Альбина станет для него идеальной и покорной женой, которая не посмеет ослушаться мужа. Но сейчас Волков, обладающий прекрасно развитой интуицией, где-то в глубине души
чувствовал, что Альбина что-то от него утаивает. И дело было не в деньгах, которые она продолжила перечислять своей матери, несмотря на запрет. Семён закрыл глаза на это непослушание. Но было что-то ещё. Волков обвел глазами комнату и остановил свой взгляд на прикроватной тумбочке Альбины. Помимо телефона и всяких женских мелочей на тумбочке стоял какой-то пузырек с таблетками. Семён взял его в руки и принялся изучать. Вроде, на первый взгляд ничего подозрительного — обычные витамины. И все же, Семён движимый каким-то внутренним чутьем, вытащил одну таблетку и сунул её к себе в карман.
На следующее утро Семён первым делом поднялся к себе в кабинет и вызвал одного из своих помощников Константина. Не прошло и пяти минут, как в дверь постучали и в проёме показался темноволосый молодой человек.
— Можно войти, Семён Аркадьевич?
— Заходи, Костя, — разрешил Семён и парень вошёл в кабинет. Он подошёл к столу, за которым сидел Волков и сдержанно сказал:
— Вы меня вызвали.