Читаем Алекс полностью

Я начинал с мелких вещей – спичечных коробков, бумажек; затем были кипы листов, аккуратно сложенные в мусорный ящик; затем маленький запертый на замок деревянный сарай на Роузмонт Авеню. Сидя на скамье в Презампскот парке, я смотрел, как пожарные тушат его, слышал, как ревут сирены, все громче и громче. Я смотрел, как вокруг собираются соседи, до тех пор, пока их не стало так много, что они закрыли мне весь обзор. Я попробовал встать. Но не смог. Мои ноги онемели. Окоченели, превратились в камень. Поэтому я продолжал сидеть, сидеть до тех пор, пока толпа не поредела, и я смог увидеть, что от сарая не осталось ничего, кроме груды обуглившихся деревяшек, металла и расплавившегося пластика: кучки игрушек, сплавившихся в одно целое.

Все произошло из-за маленькой искры. Из-за маленького щелчка зажигалки в моей руке.

Я не смог остановиться.

Следующим был дом. Это произошло летом, в шесть часов вечера. Я решил, что если кто-нибудь вдруг учуял бы запах дыма, он мог бы подумать, что кто-то делает барбекю, и в этом случае у меня была бы уйма времени, чтобы убраться оттуда. Я взял тряпки, пропитанные керосином, и зажигалку, которую когда-то стащил со стола в кабинете директора моей школы: желтого цвета, со смайликами.

Я сразу же понял, что это было ошибкой. Дом занялся в считанные секунды. Пламя просто…поглотило его. Дым закрыл солнце, и воздух стал плавиться от жара. Запах стоял ужасный. Должно быть, в доме были дохлые животные, мыши и еноты. Я даже не подумал проверить.

Но хуже всего был шум. Он был громче, гораздо громче, чем я ожидал. Я слышал, как древесина трескается, раскалывается на части, слышал, как каждая щепка трещит и лопается, превращаясь в пепел. Будто дом заходился от крика. Но странное дело – когда крыша рухнула, она рухнула беззвучно. Или я уже просто был не в состоянии слышать; мои легкие были полны дыма, и моя голова раскалывалась, и я бежал так быстро, как только мог. Я вызвал пожарных, позвонив из старой телефонной будки и изменив голос. Я не стал дожидаться их приезда.

Им удалось спасти амбар, по крайней мере. Я обнаружил это потом. Даже ходил туда на пару вечеринок, годы спустя, в те ночи, когда больше не мог выносить всего этого: притворства, секретов, сидения без дела и ожидания новых указаний.

Однажды я даже увидел ее там.

Но каждый раз, возвращаясь мыслями к тому времени, я не мог не вспоминать огонь – и то, как он быстро покрывал небо; звук дома, звук чего-то, превращающегося в ничто.

Вот на что было похоже мое пробуждение в Крипте. Больше не мертвец. Но без нее.

Словно сгорающий заживо.

Мне нечего рассказать о месяцах пребывания там. Попробуйте себе представить, затем вообразите кое-что похуже, и, наконец, бросьте эту затею, потому что вы не сможете понять.

Вы думаете, что хотите узнать, но на самом деле это не так.

Никто не думал, что я выживу, поэтому для охранников это было чем-то вроде игры: посмотреть, сколько еще я протяну. Один парень, Роман, был хуже всех. Настоящий урод – полные губы, глаза стеклянные, как у мороженой рыбы из магазина – и злой как черт. Ему нравилось тушить сигареты о мой язык. Резать лезвиями внутреннюю сторону моих век. Каждый раз, моргая, я ощущал такую боль, словно мои глаза взрывались. Я лежал ночами без сна, представляя, как мои руки сжимаются вокруг его горла, как я медленно его убиваю.

Видите? Я же говорил. Вы не хотите узнать.

Однако самым худшим было место, в которое они меня кинули. Старая камера, где однажды я уже был с Линой, когда мы стояли и смотрели на слова, выгравированные на камне.  Точнее, одно-единственное слово  – любовь. Повсюду.

Они залатали дыру в стене, укрепили ее и поставили стальную решетку. Но я до сих пор мог чувствовать свежий воздух и запах дождя, слышать отдаленный звук ревущей внизу реки. Мог видеть, как деревья покорно сгибаются под тяжестью укрывшего их снега, мог попробовать на вкус сосульки, висящие на внешней стороне решетки.

Это было пыткой – иметь возможность видеть, чувствовать и слышать, и при этом быть заключенным в клетку. Словно стоять с другой стороны ограждения, всего в паре шагов от свободы, зная, что никогда не сможешь пересечь эту границу.

Да. Что-то вроде этого.

 Я шел на поправку – каким-то чудесным образом, сам того не желая и не осознавая, даже не пытаясь ничего делать. Моя кожа срослась, запаяв пулю, застрявшую где-то между двух ребер. Лихорадка спала, и мне перестали мерещиться видения каждый раз, когда я закрывал глаза: люди с темными дырами вместо ртов, загорающиеся здания, небеса, наполненные кровью и смогом. Мое сердце все еще билось, и маленькая, отдаленная часть меня была рада этому.

Потихоньку, постепенно, я возвращался в свое тело. Однажды я смог встать. Неделей позже, я смог пройтись по камере, шатаясь и наталкиваясь на стены, словно пьяный.

Меня били за это – за то, что мои раны так быстро исцелялись. После этого я стал двигаться лишь по ночам, в темноте, когда охранникам было лень совершать даже редкие проверки, когда они спали или напивались, или играли в карты, вместо того, чтобы совершать обход.

Перейти на страницу:

Все книги серии Делириум

Делириум
Делириум

Недалекое будущее. Мир, в котором запрещена любовь, потому что любовь — болезнь, опаснейшая амор делириа, и человеку, нарушившему запрет, грозит жестокое наказание. Посему любой гражданин, достигший восемнадцатилетнего возраста, обязан пройти процедуру освобождения от памяти прошлого, несущего в себе микробы болезни.«Делириум» — история Лины, девушки, которой до процедуры остается несколько месяцев. И она наверняка повторила бы судьбу большинства законопослушных граждан, если бы не встретила человека, резко изменившего ее взгляд на окружающий мир.И первый роман писательницы, «Прежде чем я упаду», и тот, что вы держите сейчас в руках, стали подлинной литературной сенсацией. «Делириум» — начало трилогии об апокалипсисе нашего времени. Права на экранизацию книги куплены крупнейшей американской кинокомпанией.

Андрей Эдуардович Ягубский (Штефан) , Лорен Оливер , Лорън Оливър

Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Социально-философская фантастика / Современная проза / Любовно-фантастические романы / Романы / Проза

Похожие книги