– Во-первых, это важнейшая составная часть моей профессии. Иначе лучше идти в дворники. Но одновременно я совершенно четко знаю, что никогда не соблазнял женщину. Под словом «соблазнял» я имею в виду – не кадрил. Всегда все решала женщина. Мои слова могут удивить, ибо исходят от человека, которого считают профессиональным соблазнителем. Мне даже немного неловко говорить об этом. Каждый человек знает про себя все. Не виноват же я в том, что родился красивым и обольстительным. Таким меня сделала моя мать. Но, по правде говоря, вначале все было иначе, и это обстоятельство стало моим козырем в дальнейшем. Известно, что вы растете иначе в зависимости от того, родились ли вы красивым или безобразным. Того, за кем ухаживают, кем восхищаются, кому завидуют, жизнь наделяет иной судьбой, чем того, на кого никто не смотрит, которому никто никогда не завидовал, кто не нравится. И уж если довести эту мысль до абсурда, то красавец вполне может стать и бесполезным, супер эгоистичным и безобразным, желчным и сухим человеком. К счастью, в эту игру включаются иные элементы. Чтобы завершить начатый разговор, скажу, что являюсь соблазнителем, лишенным всякой методологии.
–
– У нас с Эльзой отношения сложились сразу. У этой женщины – ведь можно быть женщиной и в 18 лет – налицо смирение, интуиция и зрелость, присущие великим актрисам. В этом случае я самый внимательный, самый нежный и самый понимающий партнер. Если же мне попадается мудак любого пола, я становлюсь ужасен. И стараюсь его раздавить. В этой профессии я больше всего ненавижу глупость, самодовольство, тщеславие.
–
– Но я никогда не бросал кино.
–
– Это отнюдь не мечты. Такой план я надеюсь осуществить во второй половине будущего года. Меня подчас потрясает, с каким упорством некоторые люди делают вещи, для которых они не созданы. Помимо искусства мне приходится много времени тратить на решение не столь уж важных проблем. Надо уметь делать выбор. Почему бы мне не заниматься лишь тем, что я делаю лучше всего, посвятить силы тому, что мне больше всего нравится: кинематографу? У меня есть один проект, название которого я пока держу в секрете. В этом фильме я буду сопродюсером, актером и режиссером. Могу лишь сказать, что это будет фильм, полный напряженного действия, приключенческий по своему жанру, который заставит нас поездить по свету. Очень дорогой.
–
– Прекрасно. Спасибо. Одни дураки думают, что я использую третье лицо, чтобы возвеличить себя. Я называю себя Делоном для простоты. Для просто ты, смиренно и для элегантности. Ничто меня так не отвращает, как «я», «мое, мое, мое», бесконечно используемое столь многочисленными в моей профессии фантазерами-мифоманами. Я произношу Делон точно так же, как другие, а так как у меня, как известно, несколько профессий – актера, продюсера, бизнесмена, коллекционера, подрядчика, – то мне представляется куда более удобным и естественным говорить именно так. Я как бы делаю шаг назад. А еще, быть может, потому, что этот Делон подчас ускользает от меня. Сей Делон отнюдь не всегда я сам, хотя есть люди, утверждающие, что Делон так называет себя, подражая генералу де Голлю. Так вот – нет же! Делон – это Делон, а генерал де Голль – это генерал де Голль. О’кей? Будем же серьезны. О генерале де Голле в моей библиотеке полно книг. Настоящий Делон – это тот, что сидит напротив вас. Мое преимущество над некоторыми людьми как раз заключается в том, что я не принимаю себя за Делона. Я просто Делон.
Пауза. Слышны чьи-то шаги в сторону летнего кабинета. Это роскошный шалаш из бревен и стекла. Дубовый стол, на котором в бизнесмена, коллекционера, подрядчика, – то мне порядке разложены самые нужные вещи. Белые полки с книгами. Шторы, чтобы обеспечить себе покой. Чуть подальше – псарня. Там есть дневные и ночные собаки.
– Когда у меня ночуют друзья, я прошу их не выходить на воздух раньше 8 часов утра. В этот час я запираю ночных собак.