Внезапный чудовищный лязг и вой испугали так, что Хьюго чуть не сорвался. Он посмотрел вверх и увидел, как из облака вырвалось чудовищное металлическое кольцо с вращающимися зубьями и понеслось вниз.
На этот раз с Алитой не было боевого отделения, плазменных винтовок и гранатометов. Но можно перепрыгнуть кольцо! Она потянулась к Хьюго и вдруг оказалась у него на руках: он поднял ее над кольцом. Девушка подумала, что двойной вес не даст ветру сдуть их с трубы, и сосредоточилась на том, как вместе приземлиться. Вместе – отныне и навсегда.
Но что это? Что за кошмар, жуткий, лютый ужас? Отчего Хьюго стал таким легким? Он чуть не улетел вниз!
Его тело рассекло, разорвало ниже грудины. Ветер уносил брызги крови сердца и киберкрови. Реакция берсеркера позволила Алите схватить Хьюго за руку.
Она вогнала Дамасский клинок в трубу и крепко уцепилась за его рукоять.
– Хьюго, пожалуйста, держись!
Он посмотрел вверх. Как всегда, Алита была прекрасной – даже на огромной трубе, качающейся под ветром. Ветер отчаянно трепал волосы Алиты. Хьюго охотно продержался бы, сколько она попросит: час, год или тысячу лет. Но руки вряд ли хватит и на минуту. Кольцо сильно изжевало его, разорвало почти все связи в кибертеле. Рука развалится прежде, чем до смерти истечешь кровью.
Спектакль окончен. До свидания, зрители, доброй ночи.
– Хьюго, я люблю тебя!
Он понял, что Алита пытается втащить его наверх и взгромоздить на спину. Но не получится. Он снова подведет ее, помешает ей выжить.
– Я так рад, что мне повезло узнать и полюбить тебя, – сказал он.
Его рука развалилась.
– Прощай…
Он понесся вниз и продолжал смотреть туда, где были ее глаза, даже когда Алита уже скрылась из виду.
Хьюго падал с мечтательно-задумчивым выражением на лице, будто летел в чудесное место, в Залем волшебных снов, а не к жуткой смерти – туда, откуда всю жизнь пытался бежать.
Будто он собирался ждать Алиту у собора, чтобы вместе подняться на башню и глядеть на Залем и яркую неподвижную звезду.
Будто рука Хьюго не развалилась на части.
Будто его тело не разорвала машина, сделанная человеком, забавлявшимся страданиями других, чтобы облегчить лютую скуку бессмертия.
Алита задрала голову и закричала в небо, выплеснула в него свою ярость, злость, горе и обещание мести.
Глава 25
Нова услышал ее.
Хромированная оптика была не единственной модификацией. У него появилось много новых усовершенствований с тех пор, как талантливая девочка-воин заметила его, наблюдавшего за их спаррингом с Гельдой в сфере с нулевой гравитацией.
Тогда Нова не в первый раз наблюдал за девочкой – и не в последний. Он следил за ней годами и столетиями и, когда она наконец пала, решил, что ее история подошла к финалу.
А стоило рассудить здраво. Гельда ведь говорила, что эта девочка, теперешняя Алита, никогда не сдастся и не остановится. Никогда.
После того как Дайсон Идо выудил ее из кучи мусора, Алита в самом деле не останавливалась ни на мгновение. Она очнулась в совершенно чужом мире, с парой обрывочных воспоминаний о прежней жизни, но осталась такой, какой была всегда: не сдающимся, ни перед чем не останавливающимся воином. Само собой, это причиняет – и уже причинило – страдания всем, кто ее окружает.
Но о самом забавном она не имела понятия. Она не представляла, что упорством причиняет гораздо больше страданий, чем примирением со своей участью. Примирение – непрерывное унижение, перемалывающая душу мельница, когда люди не столько живут, сколько ожидают смерти. Но Алита явилась к ним, поставила все с ног на голову, заставила поверить, что жизнь – больше, чем терпение и унижение. Да, она такая, но не для них. Когда люди поймут это, им будет больно. Очень. Воистину, бессмертие куда интереснее, если в нем присутствует Алита.
Безразличные к людям звезды спокойно совершали свой ночной путь – за исключением одной, самой яркой и всегда неподвижной. Хотя, строго говоря, это не было правдой. Звезда оставалась неподвижной лишь с точки зрения наблюдателей на Земле, в Айрон сити либо в Мертвых землях, или в единственном летучем городе, чьи обитатели никогда не ступали на землю.
Обитатели Залема привыкли наблюдать закаты и рассветы, очень долгие в силу высоты города. Он парил над типичными для тех мест низкими облаками, поэтому жители чаще видели звезды и полюбили наблюдать за ними. Хотя большей частью они просто наслаждались красотой, а не практиковали астрономию и астрофизику. Жителей не слишком волновало, почему не движется ярчайшая в небе звезда. Им не хотелось выяснить и почему из центра города в небо уходит яркий луч света и упирается в ту самую яркую звезду. Хотя луч был заметен главным образом ночью и с окраин Залема. Люди Айрон сити вообще не могли его видеть – к cчастью для себя. Ведь у них могли появиться вопросы, на которые они никогда не получили бы ответы. Никто в Залеме не знал, куда идет луч света и что там, куда он упирается. Жителям Залема это было безразлично. Их слишком занимали свои заботы и развлечения.