— Ты предлагаешь остаться внутри корабля, который он крошит?! — возмутилась я.
Мои слова были подкреплены новым мощным ударом морского гиганта по корпусу несчастного флейта.
Лестница дрогнула у меня под ногами, и я чудом сумела удержаться. А со стороны шкафута и кормовой надстройки послышался ломкий ревущий треск беспощадного разламываемого дерева.
Чувство паники пропитало тело и душу, язва страха стремительно разрасталась в сердце. Я пыталась держать себя под контролем, но с каждой секундой это получалось всё хуже.
— Нам нужно уходить и как можно быстрее! — подтвердил Люк.
— Ты можешь сваливать прямо сейчас, — язвительно и зло бросил боггарту пират. — А вот твоя милая спутница, как только появится на верхней палубе, мгновенно станет добычей гренделя! Это его главная тактика, по выманиванию экипажей корабля на палубу: он лупит по бортам корабля, начиная с нижних деков, матросня пугается и лезет наружу. А вот тут-то грендель открывает пасть…
При последних словах Клод эффектно откинул с лица прядь темных волос и выразительно взглянул на меня так, будто эти слова должна были произвести на меня решающее впечатление.
Реакция Люка была именно такой, как и ожидал Марбо, а вот я переводила вопросительный взгляд с лица боггарта на пирата и обратно.
— У вас в Скардхайде не слышали о гренделях?! — нехорошо ухмыльнулся корсар. — Повезло вам. Это редкие ублюдки. Искренне ненавидят всё, что живёт над водой и передвигается на двух ногах.
Замечательно. Этот чернобыльский переросток, не просто морское чудище, но ещё и убеждённый каннибал. Фауна этого мира радует меня всё меньше и меньше.
— Так что ты предлагаешь?! — вскричала я, когда судно затряслось от очередного удара. — Переждать истерику этой твари?! Знаешь, быть заваленными обломками корабля не лучше, чем окончить жизнь в пасти подводного чудовища! — Ты не знаешь, о чём говоришь, — с мрачной и ехидной иронией, ответил пират. — Идём за мной. Нам нужно в крюйт-камеру.
Он спрыгнул с лестницы вниз и направился обратно в лазарет, из которого мы с Люком только что вышли.
Я была растеряна, потрясена и возмущена одновременно.
— В пороховой погреб?! Зачем?! Малейшая искра и…
— Заткнись и иди за мной, если хочешь выжить! — на миг обернувшись, прорычал Клод. — Впрочем, мне плевать. Хочешь, оставайся тут, ведьма. Если я кого встречу на берегу, передам, что ты тут и подохла. Может, у тебя найдутся родственники в империи, которые захотят найти твое изуродованное бездыханное тело.
Я недовольно поджала губы. Темноволосый пират с жестким острым взглядом и резкими словами столь красочно описал нулевые перспективы моего выживания, что я невольно поверила ему.
— Как ты вообще здесь оказался? — произнесла я в спину уверенно двигающегося впереди Клода.
— А ты, ведьмочка, уже не ожидала меня увидеть, после того, как вы с белоглазым втихаря смылись? — не оборачиваясь с колкой едкостью и злой вкрадчивостью спросил флибустьер.
— Ну, не то чтобы… — я обменялась быстрым взглядом с Люком. — Просто, я полагала, что ты пойдёшь иным путём.
— Я и собирался! — огрызнулся пират. — Ты же не думаешь, что я вернулся ради твоего спасения?
— Ну что ты. Как я могла на такое рассчитывать! — усмехаясь с картинной издевкой ответила я, а потом прошептала Люку. — Что такого происходит, когда грендель открывает пасть?
— Ты знаешь, что такое ураган? — спросил меня боггарт.
— Разумеется.
— Теперь представь, что именно такой ураганный ветер не дует, а затягивает тебя в пасть гренделя.
— Она мне не показалась слишком огромной, — пожала я плечами.
— Ты просто не видела, до каких масштабов может растягиваться рот этой твари, — услышав мой ответ, произнёс пират.
Я вспомнила про змей, ротовая полость которых тоже поначалу не впечатляет размерами, но при этом способна увеличиваться согласно параметрам предварительно умерщвлённой добычи.
Через лазарет мы все втроем спустились на самый нижний из обитаемых деков и приблизились к закрытой металлической двери.
Несмотря на бурые пятна ржавчины дверь выглядела прочной и тяжёлой. К тому же она была плотно заперта.
— Каменное проклятие! — проговорил Марбо, извлекая из кармана согнутый пополам гвоздь. — Придётся повозиться…
После его слов корабль вздрогнул, качнулся в сторону, затем в другую, и столь же резко обратно. Несколько секунд, под гудящий рёв неистовствующего чудовища снаружи, судно раскачивалось из стороны в сторону.
Послышался трескучий грохот разрушающегося шпангоута*(поперечное ребро корпуса судна), внутри судна всё разлеталось со шквальными ударами о борта, пол и потолок.
Напавший на корабль великан тряс корабль, как игрушку. Меня и Клода бросало из стороны в сторону, пока наконец, словно по сценарию банальной классики, мы не столкнулись и — ну, конечно же! — я во-второй за последних полчаса оказалась, пардон, под мужчиной. Спасибо, что на этот под живым!
— Хоть что-то приятное за сегодняшний вечер, — чуть приподнявшись и почти касаясь губами моего лица негромко проговорил пират.