Читаем Амаркорд. И плывет корабль полностью

Неожиданно налетает порыв ветра, и Адвокат еле успевает подхватить свою шляпу. Он прислоняет велосипед к стволу конского каштана, нахлобучивает шляпу поглубже и держит ее обеими руками.

— Это характерный признак морских смерчей, обрушивающихся каждое лето на берега Адриатики, как правило, между одиннадцатью утра и полднем.

Ветер развевает полы его легкого пиджака и мешает ему говорить.

— Каждому морскому смерчу предшествуют глухие раскаты, от которых содрогается земля и которые происходят…

Ветер обрушивается на Адвоката так яростно, что не дает ему закончить. Он несколько секунд молчит, наклонив голову, а потом продолжает все более поспешно, ибо на исчерпывающие объяснения времени и впрямь уже нет.

— Морской смерч — это сильнейший ураган, порожденный перегревом земли. Этот смерч может иметь форму воронки, цилиндра или спирали. С-тысяча девятисотого года по сегодняшний день на побережье Адриатического моря обрушилось тридцать два морских смерча. Практически раз в год. Смерчей не было только в двадцать втором и двадцать четвертом годах.

С отчаянием смотрит он, как его велосипед уносит ураганом. Руками и ногами он обхватывает ствол дерева, но, несмотря на столь неудобное и чреватое опасностью положение, продолжает:

— Не знаю, успею ли я рассказать все, что мне известно о морских смерчах… Вижу, что ветер усиливается…

Его с головой окутывает облако песка.

Километрах в двух от пляжа в воздухе с сумасшедшей быстротой кружится огромная спираль смерча, всасывая в себя с каждым порывом вихря все новые массы воды из моря. И вот эта растущая на глазах спираль стремительно приближается к берегу и обрушивается на пляж. Смерч вздымает горы пыли, вырывает из земли сложенные зонты, разносит в щепки купальные кабины. Затем достигает набережной, обволакивает Гранд-отель, колотит тысячами песчинок и камешков в плотно закрытые ставни. Несется по улицам, переулкам, аллеям, увлекая за собой газеты, бумагу, простыни, накрывает прижавшиеся к стенам домов автомобили с замершими внутри пассажирами, поглощает брошенный на рельсах посреди улицы трамвай. А затем, разбившись на тысячу вихрей, кружит по всему городку.

Все летит, мелькает в воздухе: шляпы, цветы, выдранные из цветочных горшков, целый стог сена, куры, которые, словно снаряды, ударяются о металлическую сетку забора и застревают в ней головами. Несчастные, застигнутые смерчем на улице, в отчаянии обхватывают стволы деревьев. Вопит, вцепившись в чугунную ограду виллы, женщина. Вот юноша преследует свой пиджак, который улетает от него прочь. Какой-то человек удирает от фруктовых ящиков, которые гонит за ним по пятам ветер. Посреди Луговой площади бьет фонтан пыли. Качаются и гудят от ветра колокола собора.

Бобо хохочет и, распластав руки, как крылья, отдавшись на волю ветра, несется по Главной улице. Он укрылся было в каком-то подъезде, но тотчас вылетает обратно, позволив ветру доставить себя туда, где стоит Угощайтесь. Прислонившись к витрине фотографии «Четыре времени года», она борется с юбкой, которую ветер задирает ей на голову. Бобо хватается за Угощайтесь, как за якорь, и, тесно прижавшись к ней, замирает вне себя от счастья.

Заклинатель Змей с одной намыленной щекой и салфеткой на шее вместе с другими клиентами выглядывает из окон парикмахерской на Главную улицу, где кружатся клубы пыли. Но вдруг взгляд его привлекает лодка. Скребя днищем по булыжной мостовой, она продвигается вперед, словно ее несет мощное течение реки. Неужели это явь? Нет, не может быть! И он живо воображает, как рассказывает всем об этом случае:

— Даю честное слово! Лодка! Посреди площади! А в ней господин из Анконы. Выхожу я из парикмахерской и…

Заклинатель открывает стеклянную дверь и выходит на порог как раз в тот момент, когда лодка, ударившись носом о стену дома напротив, вновь оказывается посреди мостовой. В лодке сорокалетний господин из Анконы (как и сообщил нам Заклинатель). Вцепившись в борт, он испуганно вскрикивает. И вдруг на мгновение встречается взглядом с Заклинателем.

Господин протягивает руку в надежде, что его схватят и вытащат. Заклинатель пытается ее поймать, но безуспешно. Тогда он бросается по ветру за лодкой. С шеи у него слетает салфетка. Он поднимает ее.

Но вот господин в лодке с удивлением видит, как Заклинатель пролетает у него над головой, едва не задевая окна домов. А затем исчезает внутри палаццо графов Какарабос.

Заклинатель пролетает сквозь анфиладу комнат, над столами и диванами, огибает большую люстру, проносится по коридору почти вплотную к портретам предков, словно близорукий генерал, принимающий парад ветеранов, затем попадает в кухню и пулей вылетает в открытое окно.

Во дворе его подхватывает вихрь. Городок внизу стремительно уменьшается; теперь Заклинатель ясно видит все, что ветер поднял в воздух вместе с ним.

Вот впереди соломенная шляпа, а за нею уже видны горы.

Заклинатель облетает вокруг горы Педрос, но внезапно теряет высоту и стремительно пикирует вниз. По счастью, он падает в огромный стог сена и, зарывшись, исчезает в нем…

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-классика

Город и псы
Город и псы

Марио Варгас Льоса (род. в 1936 г.) – известнейший перуанский писатель, один из наиболее ярких представителей латиноамериканской прозы. В литературе Латинской Америки его имя стоит рядом с такими классиками XX века, как Маркес, Кортасар и Борхес.Действие романа «Город и псы» разворачивается в стенах военного училища, куда родители отдают своих подростков-детей для «исправления», чтобы из них «сделали мужчин». На самом же деле здесь царят жестокость, унижение и подлость; здесь беспощадно калечат юные души кадетов. В итоге грань между чудовищными и нормальными становится все тоньше и тоньше.Любовь и предательство, доброта и жестокость, боль, одиночество, отчаяние и надежда – на таких контрастах построил автор свое произведение, которое читается от начала до конца на одном дыхании.Роман в 1962 году получил испанскую премию «Библиотека Бреве».

Марио Варгас Льоса

Современная русская и зарубежная проза
По тропинкам севера
По тропинкам севера

Великий японский поэт Мацуо Басё справедливо считается создателем популярного ныне на весь мир поэтического жанра хокку. Его усилиями трехстишия из чисто игровой, полушуточной поэзии постепенно превратились в высокое поэтическое искусство, проникнутое духом дзэн-буддийской философии. Помимо многочисленных хокку и "сцепленных строф" в литературное наследие Басё входят путевые дневники, самый знаменитый из которых "По тропинкам Севера", наряду с лучшими стихотворениями, представлен в настоящем издании. Творчество Басё так многогранно, что его трудно свести к одному знаменателю. Он сам называл себя "печальником", но был и великим миролюбцем. Читая стихи Басё, следует помнить одно: все они коротки, но в каждом из них поэт искал путь от сердца к сердцу.Перевод с японского В. Марковой, Н. Фельдман.

Басё Мацуо , Мацуо Басё

Древневосточная литература / Древние книги

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Мой генерал
Мой генерал

Молодая московская профессорша Марина приезжает на отдых в санаторий на Волге. Она мечтает о приключении, может, детективном, на худой конец, романтическом. И получает все в первый же лень в одном флаконе. Ветер унес ее шляпу на пруд, и, вытаскивая ее, Марина увидела в воде утопленника. Милиция сочла это несчастным случаем. Но Марина уверена – это убийство. Она заметила одну странную деталь… Но вот с кем поделиться? Она рассказывает свою тайну Федору Тучкову, которого поначалу сочла кретином, а уже на следующий день он стал ее напарником. Назревает курортный роман, чему она изо всех профессорских сил сопротивляется. Но тут гибнет еще один отдыхающий, который что-то знал об утопленнике. Марине ничего не остается, как опять довериться Тучкову, тем более что выяснилось: он – профессионал…

Альберт Анатольевич Лиханов , Григорий Яковлевич Бакланов , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова

Детективы / Детская литература / Проза для детей / Остросюжетные любовные романы / Современная русская и зарубежная проза
Любовь гика
Любовь гика

Эксцентричная, остросюжетная, странная и завораживающая история семьи «цирковых уродов». Строго 18+!Итак, знакомьтесь: семья Биневски.Родители – Ал и Лили, решившие поставить на своем потомстве фармакологический эксперимент.Их дети:Артуро – гениальный манипулятор с тюленьими ластами вместо конечностей, которого обожают и чуть ли не обожествляют его многочисленные фанаты.Электра и Ифигения – потрясающе красивые сиамские близнецы, прекрасно играющие на фортепиано.Олимпия – карлица-альбиноска, влюбленная в старшего брата (Артуро).И наконец, единственный в семье ребенок, чья странность не проявилась внешне: красивый золотоволосый Фортунато. Мальчик, за ангельской внешностью которого скрывается могущественный паранормальный дар.И этот дар может либо принести Биневски богатство и славу, либо их уничтожить…

Кэтрин Данн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее