Рявкнув на прикрывшегося хвостом фамильяра, пулей вылетела за дверь, напрочь позабыв о соде и кровоточащих царапинах на лице. Залетев к себе в комнату, плюхнулась на диван, подперев подбородок рукой, и невидяще уставилась в одну точку. Мыслей, как таковых не было, а вот ненависти к ворму, презрения к Паршину, позволившему чувствам возобладать над разумом, и раздражения на своё бездействие, из-за которого уже умерли три ни в чём неповинные девушки — сколько угодно. Даже не отдавая себе отчёт в том, что делаю, схватила думочку-черепашку и принялась бить её кулаками, давая выход накопившейся отрицательной энергии.
— Я не прочту твои слова, и не увижу никогда… — заорал сотовый мужским голосом вокалиста группы "А-студио", возвещая о том, что кому-то срочно понадобилась моё ведьминское внимание.
— Да? — скрывать недовольство не было смысла, поэтому я даже не подумала, что своим гавканьем, далёким от приветствия, могу обидеть предполагаемого оппонента.
— Васенька, ты такая милая девушка, и так злобно отвечаешь… Обидно! — из мембраны полился голос Паршина.
— Чего тебе надо, ворм? — рык, вырвавшийся из горла, напугал даже меня саму.
— О, чувствую, ты рада меня слышать, — противный смешок неприятно резанул слух. — Слушай меня внимательно, ведьма, — видимо, Евгению надоело ходить вокруг да около, — ты уже в курсе о трёх невинных жертвах на моём счету? Так вот, рядом со мной сейчас сидят ещё две миловидные блондиночки, откликающиеся на имя Василиса… Скажи ей что-нибудь! — Голос молодого человека неожиданно стало плохо слышно, но ему на смену сразу же пришёл истеричное женское сопрано. — Не бейте меня! Помогите мне, помогите, пожа… Ааааа! — Испуганный крик резко оборвался, лишь на заднем плане были слышны приглушённые истеричные всхлипывания. — Если хочешь их спасти, жду тебя в полночь на центральной площади Александровского парка, одну, — и отключился.
Сотовый уже минут пять, как замолчал, а я всё также продолжала сидеть с отсутствующим видом и колотящимся в нервном припадке сердцем. Дельных мыслей не было, а вариант: "Убью, скотину…" не так-то легко претворить в жизнь, особенно если ты изнеженная родительской заботой ведьма, впервые столкнувшаяся с вормом.
— Ню! — вывел меня из состояния оцепенения милашка Кузя, мокрым носом тыкаясь в руку. — Ню, ню?
— Нет, мой милый, всё хорошо… — погладив спинку фамильяра рагнара, устало прикрыла глаза. — Всё хорошо… — В голове медленно, но верно зрел идиотский по своей глупости план, но другого в наличии пока не было.
— Вася, у меня всё готово, — в комнату без стука влетел Асука и тут же отвернулся, покраснев до кончиков ушей. — Могла бы и предупредить, что переодеваешься!
— Да, конечно… — мысли были далеки, и я даже не заметила, что натягиваю спортивный костюм в присутствии постороннего парня. — Эээ, Асука, нам ещё понадобятся сушеные листья алоэ-вера. Можете с Рафаилом купить их в аптеке?
— Сейчас?! — вылупившись на меня, как на восьмое чудо света, демон нехотя кивнул. — Ладно, через пятнадцать минут встречаемся возле твоего "Пежо", — и вылетел за дверь, громко возмущаясь ведьминской недальновидностью, мол, по пути с кладбища могла бы и сама отовариться в круглосуточной аптеке.
Дождавшись, когда входная дверь хлопнет, и в квартире наступит гнетущая тишина, прижалась лицом к морде волка, развалившегося на постели — не знаю почему, но я совершенно не опасалась клыков Кузьмы. Взъерошив жёсткую шерсть рукой, пулей вылетела из комнаты, набирая номер маминого сотового.
Спустившись на первый этаж, бросила настороженный взгляд в окно и, не найдя знакомых силуэтов, мышкой проскользнула к машине. Пристегнувшись, быстро завела мотор, который послушно заурчал, словно сытый кот, и плавно тронулась вперёд, поспешно покидая родной двор.
— Извините, абонент временно недоступен. Оставьте ваше сообщение после звукового сигнала… — промурлыкал женский голос именно ту фразу, на которую я так надеялась.
— Мамусь, привет! — Противные слёзы постоянно капали из глаз, мешая видеть несущееся навстречу полотно дороги, а сдерживаемые рыдания, спазмом сдавили горло. — Я вас с папой очень-очень люблю и благодарю за всё, что вы для меня сделали! Помните об этом, что бы ни случилось…
Решив, что больше не могу сдерживаться, отключила сотовый и, бросив ставший ненужным аппарат на заднее сиденье, глубоко вздохнула, пытаясь хоть немного успокоиться. Опустив полностью боковое стекло, с облегчением ощутила, как упругий прохладный воздух бьёт в лицо, высушивая слёзы и придавая хоть и мнимое, но спокойствие.
Притопив педаль газа в пол, с удовольствием практикующего смертника почувствовала, что скорость, приравниваемая к ста сорока километрам в час — что называется, "самое то", выехала на дорогу, ведущую к месту нашей с вормом встречи. Умный Паршин выбрал самое отдалённое и заброшенное место города, где и днём-то люди не стремятся неспешно прогуливаться по аллеям или выгуливать собак, а уж про полночь и говорить нечего, так что мои шансы выжить в этой битве приравниваются к нулю.