Читаем Анти-Стариков-2. Правда о русской революции. От Февраля до Октября. Гадит ли англичанка в России? полностью

Если они, коммунисты, планировали (и сделали это) промышленность из частной собственности перевести в общенародную, т. е. лишить владельцев заводов-пароходов возможности класть в карман и профукивать в Ницце львиную долю доходов, и пустить эти деньги на медицину, образование, культуру для рабочих, то что в этом экспериментального?

Если забрать у помещиков и кулаков землю, отдать ее крестьянам в пользование, т. е. лишить крупных землевладельцев возможности нанимать мужиков в батраки, а прибыль спускать на всякие дворянские примочки в виде бальных платьев из Парижа и сюртуков из Лондона, то что в этом экспериментального?

Эксперимент служит для проверки гипотез и теорий, а какие гипотезы и теории можно придумать, если экономику поставить в условия, когда результаты труда не присваиваются кучкой частных собственников, а идут на развитие всего общества? Если вы дерево посадите и будете его поливать и почву под ним удобрять, то это тоже эксперимент? Да нет, какой же это опыт, если его результат заранее известен – дерево благополучно вырастет?!

А вот когда Михаил Прохоров-Куршавельский задумал автомобиль для народа сделать с полуматерным названием, то это больше на экспериментальную работу было похоже. Надо же додуматься до такого: мужик решил, что коль у него умения хватает голую девку намазать черной икрой, то он достиг уровня Генри Форда! Короче, не подтвердилась гипотеза о том, что намазывание паюсной на женскую задницу развивает навыки автомобилестроителя.

Но что больше всего похоже на опытную работу больного на всю голову экспериментатора, так это существование самой Российской империи в ее финальной стадии. Вот это был эксперимент – всем экспериментам эксперимент! Загнать 80 % населения в оглушающую нищету, рядом с этой нищетой держать кучку окончательно охамевших и зажравшихся господ, да еще и войну в этот «коктейль» плеснуть – это опыт! Грандиозный эксперимент. Вот и рванул «коктейль»…

Откуда я взял такую цифру – 80 % населения, живущего в нищете? Да, конечно, из своего рабоче-крестьянского мозга. Сколько было неграмотных в РИ? Почти 80 %? Так вот все эти 80 % и были нищими. Естественно, не теми, кто у церквей на папертях попрошайничали, а теми, кто работал, пупы надрывая, и сидел при этом на такой диете, что не мог позволить себе отказаться от лишнего куска хлеба, что бы своего ребенка отдать в школу, чтобы дитё хотя бы научилось элементарному – читать-писать да в цифрах соображать.

Да-да, я знаю, что мне на это скажут «историки»: ты, Балаев, настолько тупой, что понять не в состоянии – неграмотных было от того столько много, что школ не хватало, а не от бедности. Конечно, если эти «историки» правы, то и я тупой, и весь русский народ до 1917 года тоже был не особенно догадливым, ума у мужиков не хватало найти в селе одного грамотного и попросить его за мешок ржи обучить пацанов чтению и умению каракулями фамилию изобразить в подписи. Очень советую прочесть мемуары Лазаря Кагановича, там эта процедура на примере его жизни расписана в подробностях. Так вот, не было у 80 % населения этого лишнего мешка зерна.

Еще, кстати, и такое мнение «научное» существует, что большинство народа жило почти натуральным крестьянским хозяйством, поэтому насущной потребности в овладении грамотой у него не имелось. Такое предположить еще возможно было при крепостном праве, когда крестьянин, по большому счету, не был самостоятельным субъектом экономики, но после 1861 года неграмотность уже превращала человека в полного дурня на просторах империи, создавала настолько серьезные препятствия и неудобства на каждом шагу, что… Да это даже невозможно выразить словами. Представьте ситуацию: вам дают ведомость зарплатную, а вы даже расписаться не можете, крестик ставите. А если вместо вас крестик сам работодатель поставит и скажет, что это вы сделали? Графологическую экспертизу по крестику проводить?

Конечно, с зарплатой под роспись я палку перегнул, не знала тогдашняя Россия такой чепухи, как ведомости, трудовые договора и прочей бумажной канители с которой работник мог бы по судам бегать. Заплатили – радуйся, нет – тоже радуйся, если в морду не дали, хотя бы. Не может быть у неграмотного никаких прав, кроме права помалкивать в тряпочку и надеяться, что его не будут тупо кидать на каждом шагу.

В Новгороде археологи землю копают, находят бересту с письменами и выводы делают: 1000 лет назад чуть не поголовная грамотность была. А чего вы хотели? Ведь город торговый, как людям жить в нем, если не умеют они фиксировать на носителях информации и считывать с них необходимые для жизнедеятельности сведения? А через 1000 лет после того, как какой-то новгородец царапал бересту, в империи из 10 человек – 8 на той же бересте только крестик сумели бы изобразить!

Что с нашей Родиной такого произошло за 1000 лет? Под чьё иго она попала?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
1991: измена Родине. Кремль против СССР
1991: измена Родине. Кремль против СССР

«Кто не сожалеет о распаде Советского Союза, у того нет сердца» – слова президента Путина не относятся к героям этой книги, у которых душа болела за Родину и которым за Державу до сих пор обидно. Председатели Совмина и Верховного Совета СССР, министр обороны и высшие генералы КГБ, работники ЦК КПСС, академики, народные артисты – в этом издании собраны свидетельские показания элиты Советского Союза и главных участников «Великой Геополитической Катастрофы» 1991 года, которые предельно откровенно, исповедуясь не перед журналистским диктофоном, а перед собственной совестью, отвечают на главные вопросы нашей истории: Какую роль в развале СССР сыграл КГБ и почему чекисты фактически самоустранились от охраны госбезопасности? Был ли «августовский путч» ГКЧП отчаянной попыткой политиков-государственников спасти Державу – или продуманной провокацией с целью окончательной дискредитации Советской власти? «Надорвался» ли СССР под бременем военных расходов и кто вбил последний гвоздь в гроб социалистической экономики? Наконец, считать ли Горбачева предателем – или просто бездарным, слабым человеком, пустившим под откос великую страну из-за отсутствия политической воли? И прав ли был покойный Виктор Илюхин (интервью которого также включено в эту книгу), возбудивший против Горбачева уголовное дело за измену Родине?

Лев Сирин

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное / Романы про измену