У ряда африканских племен, в частности, у южных банту, имеется особый институт «женщин-мужей». Здесь женщины получали доступ к власти только при условии, что они заключали браки с женщинами и становились «мужьями». В условиях такой формы брака жены должны были рожать детей «импровизированному мужу» от других мужчин племени. Вполне вероятно, что при этом определенную выгоду получали родственники правящей женщины, но ее личный репродуктивный успех при этом был полностью нивелирован. У шиллак и ньоро женщина также имеет шанс получить власть путем наследования или достичь высокого статуса, благодаря своим заслугам. Однако законы племени запрещают ей вступать в брак. Следовательно и в этом случае налицо явное ограничение ее репродуктивных функций.
Слабая представленность женщин в политике вполне согласуется с теориями поведенческой экологии, в русле которых эволюция мужского поведения гоминин шла в направлении усовершенствования конкурентных альянсов и взаимосвязи между успехом в альянсах и репродукцией. Хотя риск постоянной конкуренции велик, но и выигрыш огромен — власть и статус во всех человеческих обществах дает мужчине колоссальные преимущества в обладании репродуктивными партнершами. Как пишет Б. Лоу, доступ к власти для женщин не имеет столь очевидной прямой репродуктивной выгоды. В лучшем случае она может повысить собственную итоговую приспособленность, передав власть сыну, и передав свои гены многочисленным внукам. В большинстве же случаев (как показано выше) нахождение у власти лишь сопряжено с репродуктивной платой и не сулит женщине никаких выгод. Поэтому с эволюционных позиций выгода от борьбы за власть для женского пола минимальна, а плата — весьма существенна. Стратегии успешной женской репродукции на всем протяжении эволюции человека никогда не были связаны с конкурентными альянсами и политикой.
В процессе эволюции мужчины и женщины адаптировались по-разному использовать ресурсы, и эти различия существенно повлияли на доступ женщин во властные структуры. Б. Лоу полагает, что такая исторически сложившаяся диспозиция ни в коей мере не может служить оправданием малой представленности женщин в политике в современном обществе, в котором власть оказывает достоверно меньшее влияние на репродукцию, чем в традиционных обществах.
Глава 13
Вызов гендеру
13.1. Гендерная дифференциация в современном мире
Современная цивилизация, главным индикатором которой является массовое анонимное общество, глобальная компьютеризация и возрастающая скорость обновления производств с ориентацией на точные технологии, создает благоприятные условия для размывания гендерных различий в общественной, производственной и семейной сфере. Происходит это потому, что жесткие требования, предъявляемые природой и социальной средой к представителям мужского и женского пола, оптимизировавшие выживание человеческих коллективов в далеком эволюционном и историческом прошлом, в сегодняшнем мире становятся тормозом индустриального развития и препятствием для интеграции человечества в планетарном масштабе. Разумеется, глобальная интеграция — это весьма отдаленная перспектива, но усиление миграционных процессов и повсеместное распространение Интернета и телерадиовещания, наряду с ростом грамотности населения, способствуют сглаживанию гендерных различий и толерантности по отношению к выбору предпочтительных социальных ролей. Этот процесс идет с различной скоростью в разных странах и связан с целым комплексом факторов: уровнем экономического развития, уровнем грамотности, доступностью образования, уровнем урбанизации, культурными представлениями о традиционных гендерных ролях, религиозными установками. Можно ли усматривать в современных тенденциях к нивелированию половой дифференциации в общественной и домашней сферах вызов гендеру и естественной природе человека?
Прежде чем обратиться к подробному анализу современных тенденций гендерной дифференциации в мире, и в России в частности, вспомним еще раз смысловую составляющую понятий «пол» и «гендер» и терминов, непосредственно с ними связанных (глава 1). Итак,