Антропологическая парадигма в современном отечественном языкознании представлена рядом направлений, единым вектором научных поисков которых является человек – создатель языка, субъект речи/мысли, отображающий в языке свое сознание, т. е. все свои состояния, настроения, оценки, свое этническое, культурное, социальное, нравственное, эстетическое «Я». Каждое из направлений ориентировано на ту или иную сторону (ипостась) человека, отображенную в языке. Так, в сферу интересов когнитивной лингвистики входит отображение в языке различных процессов, механизмов, способов познания человеком действительности (А. Н. Баранов, В. З. Демьянков, Д. О. Добровольский, Е. С. Кубрякова, Е. В. Рахилина и др.); лингвокультурология обращена к человеку как к творцу языка и культуры (Н. Д. Арутюнова, В. В. Воробьев, В. А. Маслова, Ю. С. Степанов, В. Н. Телия и др.); этнолингвистика сосредоточивает внимание на изучении связей языка с народными обычаями, социальной структурой нации (Вяч. Вс. Иванов, Н. И. Толстой, В. Н. Топоров и др.); социолингвистика занята изучением особенностей языка разных социальных и возрастных групп (Л. П. Крысин, Н. Б. Мечковская и др.); лингвострановедение исследует собственно национальные реалии, отображенные в языке (Е. М. Верещагин, В. Г. Костомаров и др.). Психологические направления рассматривают язык как феномен психологического состояния и деятельности человека и народа: психолингвистика занимается проблемами языкового сознания, становления и функционирования языкового/речевого механизма с учетом психических процессов (Н. И. Жинкин, А. А. Леонтьев, А. А. Залевская, И. А. Зимняя и др); этнопсихолингвистика выводит на первый план проблему отображения в речевой деятельности тех элементов поведения, которые связаны с определенной традицией (Ю. А. Сорокин, Н. В. Уфимцева и др.); психопоэтика изучает психологические основы художественной речи (В. П. Григорьев, Ю. М. Лотман, В. А. Пищальникова и др.)
На идее антропоцентризма языка базируется современная лингвистическая семантика (так называемая широкая семантика), которая изучает содержание языковых единиц как единство их значения и смысла, детерминированного экстралингвистическим контекстом (Ю. Д. Апресян, Н. Д. Арутюнова, Т. В. Булыгина, И. М. Кобозева и др.), а также вступающая в комплементарные отношения с лингвистической семантикой прагмалингвистика, изучающая соответствия между единицами языка и эффектами их использования (В. В. Богданов, Б. Ю. Городецкий, Г. Г. Почепцов и др.).
Добавим, что каждое из названных направлений представлено множеством течений и школ, отличающихся подходами к исследованию языкового и речевого материала, но объединенных общим вниманием к человеческому фактору в языке. Из числа наиболее влиятельных назовем фразеологическую школу В. Н. Телия, представляющую лингвокультурологическое направление, школу этнолингвистики, возглавляемую Н. И. Толстым, психолингвистическую школу А. А. Леонтьева, Московскую семантическую школу Ю. Д. Апресяна и др., сообщество ученых, работающих по теме «Логический анализ языка» под руководством Н. Д. Арутюновой, школу этногерменевтики Е. А. Пименова и М. В. Пименовой.
Таким образом, есть основания утверждать, что антропологическая парадигма в современном отечественном языкознании породила гипернауку (гипернаправление) – лингвоантропологию, объемлющую все дисциплины языковедческого цикла с человеком как субъектом и объектом языка/речи в центре. Широкая предметная сфера лингвоан-тропологии в современной теоретической лингвистике несводима к одной области и неслучайно определяется несколькими нетерминологическими описательными выражениями;
Каждое направление лингвоантропологии характеризуется своей методологией, включающей как специфические, так и общие для всей парадигмы методы и приемы исследования языка. Одним из ведущих принципов в формировании собственной теоретической и методологической базы лингвоантропологии становится принцип дополнительности, заключающийся в привлечении данных разных наук, изучающих человека: философии, психологии, социологии, культурологии и др.