Читаем Арабески из Гоголя полностью

В распухленький день,когда этого меньше всего ждешь,витринной красотыу майора Ковалева   бритвою      начисто         смылен нос…Кувырнулся Невский проспект…– Хоть бы пуговицу! –взмолил жаднюга в испуге,но даже дырочек –в утешенье – нет, –глянец,    кредитный паркет!Куда деваться?Вправо, влево,в собор, в участок,в газету объявления –кругом шестнадцать!В мыле письма,в пене слезы –    все понапрасну!И вдруг,  когда на это меньше всего жмешь,подошел к зеркалу –а оттудатебе улыбаетсяисступленной чистотына настоящем местемайской редискойсобственный нос!. . . . . . . . . .Преужасный случай –      падать ночью с кручи.


7.

Жил монахом забиякой,пил горилку.Зависть, дрязги,вопли мачех,  вурдалаков    под валек.Скука, сплетнинашпигованы на пику.Все мозоли и чеснок,ЧЕРТА В СТУПЕ    жарким смехом      истолок.Ради шума,  ради блескуиз шишигиных когтейон поджарил арабескина немыслимом прутесверху пряность    из гранита и гвоздей.Негасимый уголек    раздувает Гоголек.Обкормил всех до отвалу  и дьяков и поварих,  и казаков и русалок  вот такую-то приправу    изобрел носач-шутник…Был он кормчий и пророк,звонкой веры ковалек.


8.

камера чудес

«Гоголь не видел и не знал России»

Проф. С. ВенгеровНе выезжая из комнаты,сидя на кушетке,неукротимою опарою,вертким проскокомобогнал всех путешественников,вскрыл в России преисподнюю.Костью покойника,хлестохвостиком,бумерангом букв,с высоким спокойствиемвзял на испуг.

Реклама издательства

КАЗИМИР МАЛЕВИЧ

письма к Шутко


первое издание текстов с предисловием Е. Котенко. послесловием С. Сигея, оформленное фрагментами стихотворений Малевича, 20 страниц, цепа 35 рублей, рассылка наложенным платежом.

353660 Ейск, Коммунаров, 21, отдел живописи и графики Ейского музея



ПЬЕР ГАРНЬЕ

в память об исчезнувшем Советском Союзе


лимитированное издание в 60 нумерованных экземпляров, шелкография в 5 красок [формат листа 29,5×41, свернут в шестистраничный буклет – 14,2×29,5/:5 репродукций и сопроводительный текст Сергея Сигея; цена сто рублей [в продаже только 25 экземпляров]


Создатель «пространственной поэзии» Пьер Гарнье, книги которого издаются Сильвером и Галлимаром, так отреагировал to это издание:

«Дорогой Серж, это настоящая радость! Громадное спасибо за 2 пакета с буклетом, изданным Ейским музеем – цветопередача великолепна и я очень рад прекрасному оформлению, яркому цвету и названию. Это для меня очень интересное событие!» …



в серии «альфа и омега двадцатого столетия» отдел живописи и графики Ейского историко-краеведческого музея готовит:

Илья Зданевич: Колыбельные для Шалвы

Василиск Гнедов: Фрагменты стихотворного дневника



Ейская головная типография Ейского полиграфобъединения

VIII-92 г. Заказ 2720, тираж 500 × 12


Перейти на страницу:

Похожие книги

Партизан
Партизан

Книги, фильмы и Интернет в настоящее время просто завалены «злобными орками из НКВД» и еще более злобными представителями ГэПэУ, которые без суда и следствия убивают курсантов учебки прямо на глазах у всей учебной роты, в которой готовят будущих минеров. И им за это ничего не бывает! Современные писатели напрочь забывают о той роли, которую сыграли в той войне эти структуры. В том числе для создания на оккупированной территории целых партизанских районов и областей, что в итоге очень помогло Красной армии и в обороне страны, и в ходе наступления на Берлин. Главный герой этой книги – старшина-пограничник и «в подсознании» у него замаскировался спецназовец-афганец, с высшим военным образованием, с разведывательным факультетом Академии Генштаба. Совершенно непростой товарищ, с богатым опытом боевых действий. Другие там особо не нужны, наши родители и сами справились с коричневой чумой. А вот помочь знаниями не мешало бы. Они ведь пришли в армию и в промышленность «от сохи», но превратили ее в ядерную державу. Так что, знакомьтесь: «злобный орк из НКВД» сорвался с цепи в Белоруссии!

Алексей Владимирович Соколов , Виктор Сергеевич Мишин , Комбат Мв Найтов , Комбат Найтов , Константин Георгиевич Калбазов

Фантастика / Детективы / Поэзия / Попаданцы / Боевики
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Роберт Рождественский заявил о себе громко, со всей искренностью обращаясь к своим сверстникам, «парням с поднятыми воротниками», таким же, как и он сам, в шестидесятые годы, когда поэзия вырвалась на площади и стадионы. Поэт «всегда выделялся несдвигаемой верностью однажды принятым ценностям», по словам Л. А. Аннинского. Для поэта Рождественского не существовало преград, он всегда осваивал целую Вселенную, со всей планетой был на «ты», оставаясь при этом мастером, которому помимо словесного точного удара было свойственно органичное стиховое дыхание. В сердцах людей память о Р. Рождественском навсегда будет связана с его пронзительными по чистоте и высоте чувства стихами о любви, но были и «Реквием», и лирика, и пронзительные последние стихи, и, конечно, песни – они звучали по радио, их пела вся страна, они становились лейтмотивом наших любимых картин. В книге наиболее полно представлены стихотворения, песни, поэмы любимого многими поэта.

Роберт Иванович Рождественский , Роберт Рождественский

Поэзия / Лирика / Песенная поэзия / Стихи и поэзия