Читаем Арарат полностью

«2 октября 1943 года

Доверие… Смысл этого простого слова раскрылся во всем своем величии в годы испытаний. Теперь, когда изгнание врага из пределов Кавказа — вопрос ближайших дней, особенно радует полученная от командующего фронтом телеграмма: «Лично следил за ходом боя. Безгранично доволен героическими подвигами ваших бойцов. Вы полностью оправдали как наше доверие, так и доверие армянского народа». Есть ли большее счастье, чем то, когда человеку доверяют, когда на него надеются? Когда я говорил об этом с бойцами, Гарсеван сказал: «Доверие — это земля, дела людей — побеги; люди нашей родной земли доверились нам, и это придало нам силы для свершения подвигов…»

Дивизия теснит врага на северо-западной оконечности Таманского полуострова.

10 октября

За освобождение Таманского полуострова от фашистов двадцать пять дивизий получили названия Таманской, Темрюкской, Анапской, Кубанской, а некоторые переименованы в гвардейские. Мои бойцы ликуют — наша дивизия в числе этих двадцати пяти. Митинги в частях… Имя Унана Аветисяна окружено ореолом в его части. «Тает снег — остается скала, умирает герой — остается имя…» Как подходит эта народная пословица к герою-воину! Унану Аветисяну посмертно присуждено звание Героя Советского Союза…

12 октября

Только что вернулся от Денисова. Сердечно попрощался со мной. Не хотелось бы расставаться, но такова уж военная жизнь… Прощаясь, он задумчиво сказал: «Иду вернуть все то, что сдал во время отступления…»

2 января 1944 года

Новый год в части встретили с большим воодушевлением. Зарзанд, вернувшийся в часть из госпиталя после очередного ранения, самозабвенно распевал:

Одну из красоток моего АйастанаОх, полюбил, ох, горю от любви!

На сборе говорил со многими бойцами. Песня Зарзанда произвела на всех большое впечатление — ведь со дня прибытия в часть он ни разу не пел. «Ну, раз Зарзанд запел, значит дела наши идут на лад!» — пошутил Лалазар. Гарсеван вспомнил 1942 год, загорелось ему днем раньше вышвырнуть фашистов из Керчи…

10 марта

Гарсеван рассказывает, что Ара хватает карандаш и начинает рисовать, как только выдается минута передышки; показал мне сегодняшний набросок Ара: маленькая девчурка, опустившись на одно колено, округлившимися от удивления глазами рассматривает птенчика, который только что вылупился из яйца. Прекрасно передан удивленный взгляд ребенка, для которого открылся новый, неведомый мир».

* * *

На страничках дневника вкратце описывались действия дивизии в Крыму, освобождение Севастополя…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Заберу тебя себе
Заберу тебя себе

— Раздевайся. Хочу посмотреть, как ты это делаешь для меня, — произносит полушепотом. Таким чарующим, что отказать мужчине просто невозможно.И я не отказываю, хотя, честно говоря, надеялась, что мой избранник всё сделает сам. Но увы. Он будто поставил себе цель — максимально усложнить мне и без того непростую ночь.Мы с ним из разных миров. Видим друг друга в первый и последний раз в жизни. Я для него просто девушка на ночь. Он для меня — единственное спасение от мерзких планов моего отца на моё будущее.Так я думала, когда покидала ночной клуб с незнакомцем. Однако я и представить не могла, что после всего одной ночи он украдёт моё сердце и заберёт меня себе.Вторая книга — «Подчиню тебя себе» — в работе.

Дарья Белова , Инна Разина , Мэри Влад , Олли Серж , Тори Майрон

Современные любовные романы / Эротическая литература / Проза / Современная проза / Романы
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза