Читаем Атомная бомба Анатолия Яцкова полностью

Кадрам с позиции штаб-квартиры НТР и новому поколению выпускников факультета пришлось четверть века активно бороться со «спрутом КОКОМ», по-иному эту организацию трудно охарактеризовать. Вслед за появлением военно-политического блока НАТО (1949), по инициативе и при прямом нажиме Америки была создана международная организация КОКОМ — Координационный комитет по экспортному контролю. Эмбарго, возросшее до 2000 позиций, с целью «контролируемого технологического отставания» стран Восточного блока. Членами организации стали семнадцать стран и присоединившиеся к ним на неформальной основе еще десяток.


Справка. Непринятие Страны Советов с первых ее шагов на международной арене — это только повод очередной попытки традиционных противников России разрушить Российское государство во все времена ее тысячелетней истории, особенно с середины девятнадцатого века. А войны следующего века стали тому подтверждением.

И потому КОКОМ — это только еще один шаг в системе «неприятий» России как суверенного государственного образования, от которого опасались стремительного саморазвития с ее богатым людским резервом. И потому вызовы со стороны Запада. Так в истории экономической войны появился «снаряд» в лице НТР — сила против взлома «брони» режима строгого эмбарго в лице КОКОМ. И потому, что у отечественных оборонщиков были крайне малые возможности в обмене научным и техническим опытом с зарубежными коллегами («заслуга» КОКОМ).

Помогло в определенной степени, казалось бы, невероятное в самой системе КОКОМ явление: мировая научно-техническая революция породила промышленный шпионаж. И потому, что эта революция взяла на вооружение две нетрадиционные ипостаси: ПШ и НТР.

Но если ПШ — это недобросовестная конкуренция (1), экономия средств (2), обогащение (3), прибыли (4), то НТР — это безопасность страны (1), «взлом» эмбарго (2), и также экономия средств (3).

КОКОМ представлял интересы в основном американских промышленных кругов, а вовсе не всех членов из других стран этой зловещей организации. Только Франция в короткий срок (70–80-е годы) потеряла «из-за КОКОМ» по различным проектам прибыль в размере двадцати миллиардов долларов. КОКОМ сорвал «контракт века» на строительство газопровода из Союза в Европу, и десяток стран понесли огромные потери.

Так вот. Примечателен такой момент в отношениях «союзников по атому» — США и Англии. Ведь первая информация по теме начала поступать в Москву из английских источников, затем — об их совместных работах по обе стороны океана. Сконцентрировав у себя основные силы и заметно продвинувшись вперед, американцы начали отстранять от наиболее перспективных работ своих британских партнеров по проекту «Манхэттен», то есть стали от них скрывать результаты важных исследований. Тогда в дело вмешалась британская разведка.


По словам атомного разведчика Дэна-Барковского в годы его работы в Лондоне ряд материалов, поступавших к нему от местных источников в первозданном виде, свидетельствовал о том, что атом «не английского производства», а получен оперативным путем в США… для нужд британских ученых-физиков.

И в дальнейшем наши разведчики почерпнули немало интересных сведений об американских разработках «с помощью» англичан, причем не только в делах с атомом. Здесь уместна пикантная подробность. В личных воспоминаниях академика Андрея Сахарова описан эпизод его знакомства с развединформацией. Фотокопия была сделана с сильно смятого листа бумаги. Ученому пояснили: «…его вынесли в трусиках…» (вполне возможно, что это были английские трусики?).

И потому недовольство протекционизмом по отношению к своим же членам КОКОМ стало реальной основой, позволившей нашей НТР решать задачи в обход этого «спрута». Созданная КОКОМ «стена запретов» имела «трещины». Уже в 1969 году в американской печати появились прямо-таки провидческие заявления: «…большая часть 1200 наименований, включенных в списки запрещенных КОКОМ товаров, имеется в наличии в других странах».

Чрезвычайная необходимость и жгучие потребности и военных отраслей промышленности, и мирных направлений хозяйствования привели к факту появления в системе НТР специального направления в учебном заведении — факультета научно-технической разведки (1969). Первым начальником его был назначен атомный разведчик Анатолий Антонович Яцков.

Детище Яцкова-Джонни

Вот таким образом складывалась ситуация на фронте борьбы с западными эмбарго, известными сегодня как «санкции». И это противостояние уже не один год в штаб-квартире НТР возглавлял Леонид Квасников, и к нему присоединились его коллеги в работе по обе стороны Атлантики Владимир Барковский и Анатолий Яцков. В начале 60-х годов наша НТР все активнее проникала в секреты Запада, и прежде всего американские, — через третьи страны. Можно с уверенностью говорить, что этот период следует обозначить как тотальный — для советской стороны и фатальный — для КОКОМ.

Перейти на страницу:

Все книги серии Гриф секретности снят

Главная профессия — разведка
Главная профессия — разведка

Это рассказ кадрового разведчика о своей увлекательной и опасной профессии. Автор Всеволод Радченко прошел в разведке большой жизненный путь от лейтенанта до генерал-майора, от оперуполномоченного до заместителя начальника Управления внешней контрразведки. Он работал в резидентурах разведки в Париже, Женеве, на крупнейших международных конференциях. Захватывающе интересно описание работы Комитета государственной безопасности в Монголии в 1983–1987 годах в период важнейших изменений в политической жизни этой страны, где автор был руководителем представительства КГБ. В заключительной части книги есть эссе об охоте на волков. Этот рассказ заядлого охотника не связан с профессиональной деятельностью разведчика. Однако по прочтении закрадывается мысль о малоизвестных реалиях работы разведки. Волки, волки, серые волки…

Всеволод Кузьмич Радченко

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
За кулисами путча. Российские чекисты против развала органов КГБ в 1991 году
За кулисами путча. Российские чекисты против развала органов КГБ в 1991 году

События, о которых рассказывается в книге, самым серьезным образом повлияли не только на историю нашего государства, но и на жизнь каждого человека, каждой семьи. Произошедшая в августе 1991 года попытка государственного переворота, который, согласно намерениям путчистов, должен был сохранить страну, на самом деле спровоцировала Ельцина и его сторонников на разрушение сложившейся системы власти и ликвидацию КПСС. Достигшее высокого накала противостояние готово было превратиться а полномасштабную гражданскую войну, если бы сотрудники органов безопасности не проявили должной выдержки и самообладания.Зная о тех событиях не понаслышке, автор повествует о том, как одним росчерком пера чекисты могли быть причислены к врагам демократии и стать изгоями в своей стране, о перипетиях становления новой российской спецслужбы, о встречах с разными людьми, о массовых беспорядках в Душанбе — предвестнике грядущих трагедий, о находке бесценного шедевра человечества — «Библии» Гутенберга, о поступках людей в сложных жизненных ситуациях. В книге приводятся подлинные документы того времени, свидетельства очевидцев — главным образом офицеров органов безопасности, сообщается о многих малоизвестных фактах и обстоятельствах.Книга рассчитана не широкий круг читателей.

Андрей Станиславович Пржездомский

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Секретные объекты «Вервольфа»
Секретные объекты «Вервольфа»

События, описанные в книге, связаны с поразительной тайной — исчезновением Янтарной комнаты. Автор, как человек, непосредственно участвовавший в поисковой работе, раскрывает проблему с совершенно новой, непривычной для нас стороны — со стороны тех, кто прятал эти сокровища, используя для этого самые изощренные приемы и методы. При этом он опирается на трофейные материалы гитлеровских спецслужб, оперативные документы советской контрразведки, протоколы допросов фашистских разведчиков и агентов. Читатель, прослеживая реализацию тайных замыслов фашистского руководства по сокрытию ценностей на объектах организации «Вервольф», возможно, задумается над тем, а все ли мы сделали, для того, чтобы напасть на след потерянных сокровищ…

Андрей Станиславович Пржездомский

История / Проза о войне / Образование и наука

Похожие книги

Казино изнутри
Казино изнутри

По сути своей, казино и честная игра — слова-синонимы. Но в силу непонятных причин, они пришли между собой в противоречие. И теперь простой обыватель, ни разу не перешагивавший порога официального игрового дома, считает, что в казино все подстроено, выиграть нельзя и что хозяева такого рода заведений готовы использовать все средства научно-технического прогресса, только бы не позволить посетителю уйти с деньгами. Возникает логичный вопрос: «Раз все подстроено, зачем туда люди ходят?» На что вам тут же парируют: «А где вы там людей-то видели? Одни жулики и бандиты!» И на этой радужной ноте разговор, как правило, заканчивается, ибо дальнейшая дискуссия становится просто бессмысленной.Автор не ставит целью разрушить мнение, что казино — это территория порока и разврата, место, где царит жажда наживы, где пороки вылезают из потаенных уголков души и сознания. Все это — было, есть и будет. И сколько бы ни развивалось общество, эти слова, к сожалению, всегда будут синонимами любого игорного заведения в нашей стране.

Аарон Бирман

Документальная литература
Мир мог быть другим. Уильям Буллит в попытках изменить ХХ век
Мир мог быть другим. Уильям Буллит в попытках изменить ХХ век

Уильям Буллит был послом Соединенных Штатов в Советском Союзе и Франции. А еще подлинным космополитом, автором двух романов, знатоком американской политики, российской истории и французского высшего света. Друг Фрейда, Буллит написал вместе с ним сенсационную биографию президента Вильсона. Как дипломат Буллит вел переговоры с Лениным и Сталиным, Черчиллем и Герингом. Его план расчленения России принял Ленин, но не одобрил Вильсон. Его план строительства американского посольства на Воробьевых горах сначала поддержал, а потом закрыл Сталин. Все же Буллит сумел освоить Спасо-Хаус и устроить там прием, описанный Булгаковым как бал у Сатаны; Воланд в «Мастере и Маргарите» написан как благодарный портрет Буллита. Первый американский посол в советской Москве крутил романы с балеринами Большого театра и учил конному поло красных кавалеристов, а веселая русская жизнь разрушила его помолвку с личной секретаршей Рузвельта. Он окончил войну майором французской армии, а его ученики возглавили американскую дипломатию в годы холодной войны. Книга основана на архивных документах из личного фонда Буллита в Йейльском университете, многие из которых впервые используются в литературе.

Александр Маркович Эткинд , Александр Эткинд

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Прочая документальная литература / Документальное