Читаем Атропин полностью

— Херня, — заявил рассудительный Али. — Бабкины бредни. Чувак тебя на понт взял, а ты повелся, как малолетка. Давайте начинать, придут дроиды столы расставлять, уже не поиграем.

Айвор встал и, не говоря ни слова, перебрался за ударную установку.

Рассказ по непонятным причинам задел Теда и напрочь испортил настроение. Во рту стало кисло, словно коснулся языком контактов батарейки, даже металлический привкус появился, и, отыграв три песни, он попросился покурить — хотелось забить неприятное ощущение во рту. Пока дым сигареты улетал в искрящийся морозом воздух, он пытался себе представить, каково это, быть сознанием без тела, и насколько страшно вдруг осознать это. Нет, он предпочел бы погаснуть вместе с цепями, хотя с ним такого уже не случится, он не дрифтер. Это разве что с Гейлом может быть, тот вечно лезет, куда его не просят, и никого не слушает.

— Бу! — гаркнул ему в ухо динамик на столбе, развернув в его сторону железную «голову».

Тед дернулся от неожиданности, поскользнулся на обледеневшем крыльце и с размаху шлепнулся на ступени. Вайз, ради праздника нацепивший красные кривые рожки, запустил в него снежком, который держал в руке. Снег рассыпался колючим холодом прямо за ворот его свитера.

— Идиот! — рявкнул Тед, отряхиваясь.

— Ты чего такой злой, Принцесса? — удивился Вайз, протягивая ему руку.

— Ничего, — Тед постарался приглушить в голосе истерические нотки, отпихнул его руку и встал сам. — Надоели ваши дебильные дрифтерские шуточки, вот чего.

— Ну, извини, — Вайз обиженно потер затылок. — Я не хотел.

— Иди ты, — огрызнулся Тед.

— Я серьезно, — Вайз схватил его за рукав свитера. — Не сердись. Послушай, у меня сегодня свидание с одной рыжей ведьмочкой, чертовски аппетитная особа.

— Рад за тебя.

— Да погоди ты, — Вайз поморщился. — Ее подружка сболтнула тут, что я не в ее вкусе, и мне вряд ли что светит сегодня темной ночкой. Другой кандидатуры я уже не найду, а вот у нас тут народу до хрена. Понимаешь?

— Нет.

Вайз решительно потянул его за рукав к себе и заглянул в лицо.

— Ты же все равно будешь петь сегодня, разогрей ее для меня, а? — просительно сказал он. — Тебе, шестиоктавнику, это раз плюнуть, она и не заметит, а мне спасешь праздник.

Взгляд Вайза было совершенно серьезным.

— Ты рехнулся? — на всякий случай уточнил Тед.

— Слушай, ну что тут такого-то? — разозлился тот. — Я же не убить ее прошу, а всего лишь завести для удачной вечеринки, остальное я сам сделаю, в обиде она потом не будет, гарантирую.

— Акустические директивы запрещены вне работы.

— Так мы же с территории ни ногой. Тейлор, у тебя сердце есть? — Вайз с силой ткнул его пальцем в свитер. — Или там кусок льда? Помогать влюбленным благородно, между прочим.

— Ты влюбленный, — ядовито сказал Тед. — Только каждую неделю в кого-то нового.

— Я в поиске, — простодушно объяснил Вайз. — Но мне пока не везло.

Тед заметил, что в нагрудном кармане у Вайза торчит фотография. Он протянул руку из любопытства, но Вайз с готовностью всунул ему изображение и в два прыжка отскочил назад.

— Спасибо! — крикнул он, сцепив руки в дружеское рукопожатие. — Должен буду!

— Стой!

Вайз вопросительно обернулся, снежинки таяли у него на лице и стекали каплями по щекам, словно он только что плакал. Вместо того, чтобы отдать ему фотографию, Тед зачем-то спросил:

— Ты когда-нибудь слышал о призраке оперы?

— Чего?

Удивленный вид Вайза заставил Теда махнуть рукой.

— Так, ничего. Иди уже.

<p>Глава 3. Угощение или жизнь</p>

В каждом отсеке Аайи был свой собственный Хэллоуин, и отмечался он по скользящему графику в строгом соответствии с планом проведения техобслуживания соларов, когда на целых трое суток отключалось одно из звеньев центральной осветительно-отопительной шины — то есть, в самое темное и холодное время года. Улицы накрывала темень, космический холод пробирался сквозь обшивку внутрь станции, и из системы кондиционирования валил замерзший конденсат. Люди по возможности переезжали на это время в другие отсеки, а те, кто не мог покинуть насиженное место из-за работы или учебы, старались отсидеться дома, кутаясь в пледы и балахоны, или греясь на зажигательных вечеринках.

— Покупайте маски, надевайте костюмы, сегодня самая долгая ночь в году! — проорал прокатившийся мимо рекламный дроид в виде колдуна в островерхой шапке. — Берегите тепло живых, бойтесь холода мертвых!

На плече дроида наперегонки подпрыгивали черные с оранжевыми огнями тыквенные головы, насаженные на колья. У одной из голов были кривые зубы, у другой косые глаза, выглядело это отталкивающе уродливо.

— Сладость или гадость! — проорала голова. — Угощение или жизнь!

И то, и другое, на взгляд Уоррена, было полнейшим бредом. Цены на такси в такие дни безбожно взлетали, и поэтому он позволил себе (совсем немного, минут пять) полюбоваться пустыми улицами с редкими прохожими, мелькавшими в свете резервных фонарей, и россыпью золотых конфетти на тротуаре. Ощущать превосходство было приятно — он сидит в тепле, и меховой плащ у него в ногах исключительно для маскировки.

Перейти на страницу:

Все книги серии Enginehandler

Похожие книги