Теперь мы шли более осознанным построением. Уна разведывала обстановку, Белка прикрывала тылы, а я выступал в роли основной огневой мощи с заряженным дробовиком, пока Мин несла мою драгоценную Лиру, освещая нам путь. Артефактному оружию не слишком нравилось находиться в чужих руках. По крайней мере, серебряные струны периодически издавали недовольную трель.
Не знаю, кто отвечал в Системе за составление маршрутов, но путь она выбрала весьма окольный. Мы попали в лабиринт узких технических коридоров, где было много пыли, сажи и каких-то железок. По ржавым трубам давно уже ничего не текло, да и не могло. Всюду были дыры. А еще нам попадались следы человеческого присутствия. Иногда мы встречали импровизированные убежища из набросанных на пол тряпок, прогнивших деревянных ящиков и сундуков без крышек — и никаких следов их хозяев. Часто мы натыкались на дверь, однако там тоже не было ничего, кроме пустых труб, вентилей и ржавых железок. Пару раз попадались непонятные машины с потухшими экранами и навсегда замершими стрелками на измерительных приборах.
Гнетущая атмосфера заброшенности и разрухи давила все сильнее. Однообразные депрессивные пейзажи откровенно надоели, и я всерьез начал подумывать, чтобы свернуть назад, как очередной поворот привел нас к разрушенным гермоворотам, ведущим в длинный тоннель. Увидев его, я ощутил острейшее дежавю. Потемневшие рельсы и шпалы уходили в непроглядную тьму. Мы находились в натуральном метро! Не хватало только контактного рельса.
Куда я попал? Может, я и не уходил никуда, а переместился во времени, и это земля будущего? После апокалипсиса… так себе у нас будущее в таком случае… Человечество все же угробило наш уютный шарик из-за вечной гонки за богатством.
«Успокойтесь, хозяин, ваше волнение передается остальным», — спокойный мысленный голосок Уны слегка охладил мое мозговыносительство. Просто оставлю себе заметку на будущее потолковать с кем-то разбирающимся в истории — должен ведь кто-то рассказать мне о предтечах и их местонахождении. Слишком много совпадений. Вдруг предтечи устроили ядерную войну, после чего осталась вся эта техника и бесчисленные мутанты. А что? Вполне логичная версия. Но сейчас фея была права. Надо брать себя в руки.
Приняв бравый, лихой и слегка придурковатый вид, я указал в сторону видимой только мне светящейся змейки и смело повел отряд вперед. На всякий случай я вернул Лиру в левую руку, а в правую вместо дробовка поместил заряженный пистолет.
В этот раз идти пришлось недолго, впереди забрезжил неверный свет. Мы вышли на длинную платформу, на которой раскинулся полноценный палаточный лагерь. Сводчатые потолки, каменные колонны… Я уверен — это станция метро. Правда, стены покрывал толстый слой копоти, так что прочитать или увидеть что-то на них не представлялось возможным. Тем не менее меня не покидало чувство дежавю… Словно я был на этой станции раньшем.
На платформе кипела жизнь. Люди жгли костры в железных бочках и готовили еду на решетках в закопченных казанах или прямо на шампурах. Не брезговали ни крысами, ни странного вида грибочками, ни плесневелым хлебом. Жили они в хаотично разбросанных серых палатках разных размеров…
На нас сразу уставились десятки настороженных агрессивных взоров. Пришлось быстренько тушить Лиру, убирать ее в инвентарь и, напустив на себя максимально независимый вид, взойти на платформу.
Собравшийся здесь люд нельзя было назвать иначе, чем отребьем. Почти все носили класс разбойников или были бесклассовыми из-за низких уровней, никого выше 25-ого. Одежда — не что иное, как лохмотья. Вместо обуви — грязные повязки на почерневших ногах. Да и профессии те еще — карманник, вор, попрошайка, нищий, шулер. Путаны группировались отдельно в нескольких шатрах на другом краю, огороженном ржавой проволокой.
— Вы кто такие? — прохрипел мужчина по имени Владис, разбойник 26-го уровня, обозначенный системой как «Смотрящий».
— Никто, мимо проходили, — светящаяся змейка вела нас через весь лагерь вверх по лестнице. — Не трогайте нас, и не будете тронуты.
— Сначала заплати за проход, ты на территории Бурого. И раз вышел со стороны тоннельных крыс, двойная цена.
— Не знаю ни о каких тоннельных крысах, — я спокойно смотрел на медленно смыкающийся враждебный круг. Подумаешь, пара десятков бродяг, я и не таких побеждал. — Прочь с моего пути, не то хуже будет.
Система радостно сообщила, что я провалил попытку устрашения. Имена всех находящихся на платформе окрасились в алый.
— Вали их, ребята! — что есть мочи закричал Владис. — Пожрем нормально!
— Оставьте хотя бы одну кралю. Чур, я первый! — взвизгнул противный с виду коротышка, его лицо сплошь покрывали чирьи. Представив его со своими девушками, я не на шутку разозлился. Лиру в руки — и началось веселье…
Вызванные «Небесной бурей» молнии собирали богатую жатву. Воодушевленные «Благословением» девушки смело бросились в бой.