Голубь, измученный жаждой, увидел картину, изображавшую чашу с водой, и подумал, что она настоящая. Он бросился к ней с громким шумом, но неожиданно наткнулся на доску и разбился: крылья его переломались, и он упал на землю, где и стал добычею первого встречного.
Голубка, откормленная в голубятне, хвасталась, как много у нее птенцов. Ворона, услыхав ее слова, сказала: «Перестань, любезная, этим хвастаться: чем больше будет у тебя птенцов, тем горше будешь ты оплакивать свое рабство».
Обезьяна, сидя на высоком дереве, увидела, как рыбаки забрасывают в реку невод, и стала следить за их работой. А когда они вытащили невод и сели поодаль завтракать, она соскочила и захотела сама сделать, как они: недаром говорят, что обезьяна — переимчивое животное. Но чуть взялась она за сеть, так в ней и запуталась; и сказала тогда она сама себе: «Поделом мне: зачем я полезла ловить рыбу, не зная, как за это взяться?»
Богач поселился рядом с кожевником; но, не в силах выносить вонь, стал его уговаривать переехать отсюда. А тот все время откладывал, обещая со дня на день переехать. Так оно и шло, пока не кончилось дело тем, что богач привык к запаху и перестал докучать кожевнику.
У богача было две дочери. Одна из них умерла, и он нанял по ней плакальщиц. Вторая дочь сказала матери: «Бедные мы! У нас горе, а мы и плакать не умеем, между тем как эти женщины, совсем чужие, так рыдают и бьют себя в грудь». Ответила мать: «Не дивись, мое дитя, что они так надрываются: им за это деньги платят».
У пастуха была огромная собака, и он всегда давал ей на съедение мертворожденных ягнят и околевших овец. Однажды, загнав уже стадо, увидел пастух, как собака ходит меж овец и виляет им. «Эй, любезная! — крикнул он, — самой бы тебе того, чего ты им желаешь!»
Пастух пас стадо на берегу моря. Увидел он, какое море спокойное и тихое, и захотелось ему пуститься в плавание. Продал он овец, купил фиников, погрузил их на корабль и отплыл. Но разразилась страшная буря, корабль перевернулся, весь товар погиб, и сам он едва доплыл до берега. А когда снова наступила тишь, увидел он, что стоит на берегу человек и восхваляет спокойное море. И сказал ему пловец: «Эй, любезный, никак морю и от тебя фиников захотелось?»
Пастух пригнал своих овец в рощу и увидел там огромный дуб, весь в желудях. Расстелил он плащ, влез на дерево и начал стряхивать желуди. А овцы стали эти желуди подъедать и незаметно вместе с ними съели плащ. Спустился пастух, увидел, что случилось, и говорит: «Зловредные вы твари! другим людям вы шерсть для плащей даете, а у меня, который вас кормит, и старый-то плащ отнимаете?»
Пастух нашел волчат и выкормил их с великим старанием: он надеялся, что когда они вырастут, то не только будут охранять его овец, но даже добывать ему и чужих. Но как только волчата выросли, они при первом удобном случае набросились на его собственное стадо. Со стоном сказал пастух: «Поделом мне: зачем я спас малолетками тех, кого надо было бы убить и взрослыми?»
Пастух выгонял свое стадо от деревни подальше и частенько развлекался вот каким образом. Он кричал, будто волки напали на овец, и скликал поселян на помощь. Два-три раза крестьяне пугались и прибегали, а потом возвращались по домам осмеянные. Наконец, волк и в самом деле появился: он стал губить овец, пастух стал звать на помощь, но люди подумали, что это его всегдашние шутки, и не обратили на него внимания. Так и потерял пастух все свое стадо.