Читаем Белорусские поэты (XIX - начала XX века) полностью

Название сборника имеет сложную историю. Рукопись, присланная поэтом в редакцию, была озаглавлена: «Книга избранных стихотворений». В. Ластовский в своих воспоминаниях о Богдановиче рассказывает, что руководители «верхней» палаты (буржуазно-националистическая группировка в редакции «Нашей нивы»), получив у княгини Радзивилл некоторую сумму денег на свои издательские нужды, потребовали, чтобы на обложке сборника Богдановича был помещен «лебедь» — родовой герб княгини. «Рисунок для обложки дал я из своего собрания… — писал Ластовский. — Рисунок <изображавший лебедя> напоминал немного венок, потому я и решил, пользуясь правами издателя, добавить к авторскому еще и свое заглавие „Венок“. Вышло неплохо: „Венок, книжка избранных стихотворений“. А чтобы оправдаться перед читателями, почему названа книжка „венком“, я на первом… листе поместил разъяснение: „Венок на могилу С. А. Полуяна“… Сделал я это без ведома автора, но основываясь на его сердечном отношении к покойному Полуяну» (Мае ўспаміны аб М. Багдановічу: — «Крывіч», 1926, № 11 (1), стр. 66). Думается, что Ластовский считал необходимым «оправдаться» не столько перед читателями, сколько перед самим автором — нельзя же было раскрыть ему назначение похожего на венок рисунка (письма поэта явно свидетельствуют, что, при всех затруднениях с изданием книги, он далек был от мысли искать меценатов). Оправдаться оказалось нетрудно: мысль возложить венок на могилу С. Полуяна нашла живой отклик у Богдановича, которого волновала трагическая судьба белорусского поэта, покончившего в двадцать лет жизнь самоубийством. Незадолго до смерти Богданович в одном из своих писем заметил: «Просматриваю этими днями свой „Венок“. Недостатков разных — тьма, да и книжка это совсем молодая: стихи ее писались с середины 1909 до середины 1912 гг., когда мне было 17–20 лет. Но в ней все же есть и творчество, и вдохновение, и серьезная работа» (Творы, т. 1. Минск, 1927, стр. 450).

«Вы, любители порыться…». Перевод стихотворения «Вы, хто любіце натрапіць…»

В ЗАЧАРОВАННОМ ЦАРСТВЕ

«Слышишь гул? Это дико-печальный лесун …». Автоперевод стихотворения «Чуеш гул? — Гэта сумны, маркотны лясун…». Об истории автопереводов Богдановича рассказал отец поэта. «В 1913-м или 14-м г., — писал А. Ю. Богданович, — гостила в Ярославле двоюродная сестра Максима Адамовича — Анна Ивановна Гапанович. Ей поэт подарил книжку своих стихов на белорусском языке. Она сказала, что не может оценить поэтические достоинства его произведений, так как плохо знает белорусский язык. Тогда Максим Адамович, собственноручно переписав, подарил ей тетрадку переводов на русский язык…» (свидетельство А. Ю. Богдановича — надпись на этой тетради — цит. по кн.: М. Багдановіч. Творы, т. 2. Минск, 1928, стр. 397). Эту тетрадку автопереводов (в нее вошли 22 стихотворения) поэт озаглавил «Зеленя». На обложке ее он сделал надпись: «Стихи. Перевод с белорусского автора. Переводы стихов — словно женщины: если красивы, то неверны, если верны, то некрасивы. Нем<ецкая> писат<ельская> поговорка. — Ярославль. 1909–1913 гг.» (Творы, т. 1. Минск, 1927, стр. 488).

Озеро («Тут рос густой, суровый бор…»). Автоперевод стихотворения «Возера» («Стаяў калісь тут бор стары…»), сделанный для сб. «Зеленя».

Над озером. Автоперевод стихотворения «Над возерам», сделанный для сб. «Зеленя».

Водяной. Перевод стихотворения «Вадзянік». В авторском экземпляре «Венка» датируется 1910 г., но здесь Богдановичу изменила память: впервые стихотворение опубликовано в 1909 г.

Змеиный царь. Перевод стихотворения «Змяіны цар».

Буря. Перевод стихотворения «Бура».

«С тучей большой грозовою кудрявая прядка тумана…». Перевод стихотворения «Ў небе — ля хмары грымотнай — празрыстая, лёгкая хмара…».

Озеро («В чаше темной и глубокой…»). Перевод стихотворения «Возера» («Ў чарцы цёмнай і глыбокай…»).

«Привет тебе, житье на воле!..». Перевод стихотворения «Прывет табе, жыццё на волі!..». Эпиграф — из стихотворения «Мы с тобой не просим чуда…».

«Блестит на небе звезд посев…». Перевод стихотворения «Блішчыць у небе зор пасеў..».

«Теплый вечер, тихий ветер, свежий стог…». Перевод стихотворения «Цёплы вечар, ціхі вецер, свежы стог…». Имеется автоперевод, сделанный для сб. «Зеленя». Ввиду того, что его вторая строфа значительно отличается от оригинала, помещаем его в примечаниях:

Теплый вечер, тихий ветер, мягкий стогУложили спать меня на грудь земли.Не курится пыль столбами вдоль дорог,В небе месяца сияет бледный рог,В небе тихо звезды расцвели.Убаюканный вечерней тишиной,Позабыл я, где рука, где голова.Вижу я, с природой слившися душой,Как дрожат от ветра звезды надо мной,Слышу, как растет в тиши трава.
Перейти на страницу:

Все книги серии Антология поэзии

Песни Первой французской революции
Песни Первой французской революции

(Из вступительной статьи А. Ольшевского) Подводя итоги, мы имеем право сказать, что певцы революции по мере своих сил выполнили социальный заказ, который выдвинула перед ними эта бурная и красочная эпоха. Они оставили в наследство грядущим поколениям богатейший материал — документы эпохи, — материал, полностью не использованный и до настоящего времени. По песням революции мы теперь можем почти день за днем нащупать биение революционного пульса эпохи, выявить наиболее яркие моменты революционной борьбы, узнать радости и горести, надежды и упования не только отдельных лиц, но и партий и классов. Мы, переживающие величайшую в мире революцию, можем правильнее кого бы то ни было оценить и понять всех этих «санкюлотов на жизнь и смерть», которые изливали свои чувства восторга перед «святой свободой», грозили «кровавым тиранам», шли с песнями в бой против «приспешников королей» или водили хороводы вокруг «древа свободы». Мы не станем смеяться над их красными колпаками, над их чрезмерной любовью к именам римских и греческих героев, над их часто наивным энтузиазмом. Мы понимаем их чувства, мы умеем разобраться в том, какие побуждения заставляли голодных, оборванных и босых санкюлотов сражаться с войсками чуть ли не всей монархической Европы и обращать их в бегство под звуки Марсельезы. То было героическое время, и песни этой эпохи как нельзя лучше характеризуют ее пафос, ее непреклонную веру в победу, ее жертвенный энтузиазм и ее классовые противоречия.

Антология

Поэзия

Похожие книги

100 шедевров русской лирики
100 шедевров русской лирики

«100 шедевров русской лирики» – это уникальный сборник, в котором представлены сто лучших стихотворений замечательных русских поэтов, объединенных вечной темой любви.Тут находятся знаменитые, а также талантливые, но малоизвестные образцы творчества Цветаевой, Блока, Гумилева, Брюсова, Волошина, Мережковского, Есенина, Некрасова, Лермонтова, Тютчева, Надсона, Пушкина и других выдающихся мастеров слова.Книга поможет читателю признаться в своих чувствах, воскресить в памяти былые светлые минуты, лицезреть многогранность переживаний человеческого сердца, понять разницу между женским и мужским восприятием любви, подарит вдохновение для написания собственных лирических творений.Сборник предназначен для влюбленных и романтиков всех возрастов.

Александр Александрович Блок , Александр Сергеевич Пушкин , Василий Андреевич Жуковский , Константин Константинович Случевский , Семен Яковлевич Надсон

Поэзия / Лирика / Стихи и поэзия
Тень деревьев
Тень деревьев

Илья Григорьевич Эренбург (1891–1967) — выдающийся русский советский писатель, публицист и общественный деятель.Наряду с разносторонней писательской деятельностью И. Эренбург посвятил много сил и внимания стихотворному переводу.Эта книга — первое собрание лучших стихотворных переводов Эренбурга. И. Эренбург подолгу жил во Франции и в Испании, прекрасно знал язык, поэзию, культуру этих стран, был близок со многими выдающимися поэтами Франции, Испании, Латинской Америки.Более полувека назад была издана антология «Поэты Франции», где рядом с Верленом и Малларме были представлены юные и тогда безвестные парижские поэты, например Аполлинер. Переводы из этой книги впервые перепечатываются почти полностью. Полностью перепечатаны также стихотворения Франсиса Жамма, переведенные и изданные И. Эренбургом примерно в то же время. Наряду с хорошо известными французскими народными песнями в книгу включены никогда не переиздававшиеся образцы средневековой поэзии, рыцарской и любовной: легенда о рыцарях и о рубахе, прославленные сетования старинного испанского поэта Манрике и многое другое.В книгу включены также переводы из Франсуа Вийона, в наиболее полном их своде, переводы из лириков французского Возрождения, лирическая книга Пабло Неруды «Испания в сердце», стихи Гильена. В приложении к книге даны некоторые статьи и очерки И. Эренбурга, связанные с его переводческой деятельностью, а в примечаниях — варианты отдельных его переводов.

Андре Сальмон , Жан Мореас , Реми де Гурмон , Хуан Руис , Шарль Вильдрак

Поэзия
Движение литературы. Том I
Движение литературы. Том I

В двухтомнике представлен литературно-критический анализ движения отечественной поэзии и прозы последних четырех десятилетий в постоянном сопоставлении и соотнесении с тенденциями и с классическими именами XIX – первой половины XX в., в числе которых для автора оказались определяющими или особо значимыми Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Достоевский, Вл. Соловьев, Случевский, Блок, Платонов и Заболоцкий, – мысли о тех или иных гранях их творчества вылились в самостоятельные изыскания.Среди литераторов-современников в кругозоре автора центральное положение занимают прозаики Андрей Битов и Владимир Макании, поэты Александр Кушнер и Олег Чухонцев.В посвященных современности главах обобщающего характера немало места уделено жесткой литературной полемике.Последние два раздела второго тома отражают устойчивый интерес автора к воплощению социально-идеологических тем в специфических литературных жанрах (раздел «Идеологический роман»), а также к современному состоянию филологической науки и стиховедения (раздел «Филология и филологи»).

Ирина Бенционовна Роднянская

Критика / Литературоведение / Поэзия / Языкознание / Стихи и поэзия