И опять дальняя дорога. Берзарин направлялся в Иркутск
[21]воплощать в дело то, чему его учили. Ехать по Транссибирской магистрали — одно удовольствие. Да еще в спальном вагоне. Мягкий вагон — роскошь, но она положена выпускнику «Выстрела». Перед отъездом из Солнечногорска он побывал в Москве, прошелся по книжным магазинам. Нашел книгу этнографа Владимира Арсеньева. Вот кто знает дебри Уссурийского края! «Дерсу Узала» и стал спутником Берзарина до Иркутска. Был, правда, и сосед у него — из другого силового ведомства, из НКВД. Но тот из вагона по утрам уходил куда-то и возвращался ночью. Так что ничто не мешало отдыху Николая в общении с удивительным героем Арсеньева.В Иркутске Берзарин получил должность начальника учебной части Курсов усовершенствования командного состава. Сам обучен — научи других. На этих курсах он сразу же стал признанным лидером-наставником. Освежилась программа курсов, изменилась методика. Ненавязчиво, по-товарищески Берзарин ознакомил преподавательский состав с атмосферой новаторства, которой пропитаны курсы «Выстрел». С избранием Берзарина секретарем партийной организации его права фактически расширились до полномочий начальника курсов, являющихся крупной войсковой единицей. Вместе с постоянным персоналом на них числилось до трех тысяч человек. Учебный процесс, организация и руководство им — тяжелая ноша. Чуть что недосмотрел, не учел — жди неприятностей. Дополнительную нагрузку не всякий выдержит. Берзарин выдерживал. Бывало, что и мероприятия, не связанные с учебной программой курсов, возлагали именно на него.
Штатной должности коменданта в гарнизоне, как правило, не существует. Военным комендантом по совместительству часто становится тот, на кого возлагало эти обязанности командование. Коменданты в Иркутске менялись часто, поэтому должного порядка в городе не было. Милиция несла ответственность за гражданское население, комендатура отвечала перед властями за военнослужащих. В городе произошло несколько ЧП с участием военных. Объяснялось это плохо поставленной комендантской службой. И командующий гарнизоном счел, что все пойдет по-иному, если назначить комендантом Николая Берзарина. Ему сказали:
— В Иркутске армейцы разболтались. Устава не соблюдают, в общественных местах ведут себя безобразно. Ты приехал из Москвы. У тебя есть авторитет. Есть вышколенные слушатели курсов. Тебе и карты в руки. Научи дисциплине всех, и нас в том числе. Московскому порядку и дисциплине научи.
В армии существует неписаное правило: ни на что не напрашиваться и ни от чего не отказываться. А вот Наталья Никитична такое правило сочла ошибочным. Она была убита горем.
— Дожил до чудес, Берзарин! Мало ему забот на курсах! — причитала супруга. — Нянькой для гарнизона иркутского определяют. До сих пор он в двенадцать часов ночи с работы приходил. А теперь? Дочка воспитывается без отца.
Впервые в семье произошла серьезная размолвка. Потом жена отошла, смирилась со своей участью. Замуж вышла по любви, не насильно выдали. Не домосед он. Не на развлечения тратит время. Кроме работы и семьи у него ничего нет. А семья ему бесконечно дорога.
И стал Берзарин военным комендантом Иркутска. Теперь ему дело до всего, что происходит в войсках гарнизона. Спокойно порассуждав наедине с собой, Николай Эрастович согласился, что в чем-то Наташа права, упрекая его в невнимании к семье, он, Берзарин, продлил свой рабочий день до неприличия. Берется за то, что должны делать другие. У него же есть подчиненные! Не все полностью загружены работой. Некоторые не умеют найти себе дело. Другие просто обленились. Третьи, как говорится, дома работают, а в служебном кабинете отдыхают.
Берзарин вспомнил формулу, которую услышал давным-давно, записываясь в армию добровольцем: «Не знаешь — научим, не хочешь — заставим!»
Он поручил заместителю секретаря партийной организации сделать на общем собрании доклад на эту тему. В докладе выдвинуть задачу: повысить культуру работы каждого. И тогда бескультурью придет конец — прекратятся ночные бдения. Они — плод бескультурья. Назвали нерадивых.
Эффект от собрания был исключительным. Те, кого пристыдили на собрании, поняли, что руководство курсов всеми способами покончит с разгильдяйством. И уже очень скоро Берзарин почувствовал, что заканчивать пребывание в своем штабе можно на час-полтора раньше. В дальнейшем, тщательно проверяя исполнение графиков и распоряжений, он заставил всех еще больше подтянуться. В комендатуру Берзарин подобрал таких людей, которые старались все делать своевременно, не ожидая понуканий и наталкиваний.
Возвращаясь с работы пораньше, Берзарин стал с Наташей и Ларочкой выходить на прогулки, в кинотеатр. Однажды рассказал им, как он борется с курением. Борется так: увеличивает число спортплощадок.
Наташа посоветовала:
— Ты, Николай, ребятам в ларьки побольше леденцов и карамелек завози. И увидишь, что кто-то откажется от вонючих самокруток…