Читаем Бездорожье полностью

Но разве не ясно, что "конкретные области" — это синтетические показатели, вбирающие в себя разнообразные достижения в самых различных отраслях социальной жизни. Они характеризуют жизненный уровень народа в целом, поэтому, признав "колоссальные достижения" именно в данной "конкретной области", И.Шафаревич тем самым признает преимущество всей совокупности материальных условий "техноцентрической системы".

Впрочем, как раз материальные условия нашего автора не интересуют, как они не интересовали и не интересуют многих сторонников "космоцентризма" — и ныне здравствующих, и живших задолго до нас. Но вот что писал в своих мемуарах, говоря о событиях первой мировой войны, В.Шульгин, по складу мышления, как представляется, весьма близкий Игорю Ша-фаревичу. В колоссальных потерях русской армии виноваты и "правящие и неправящие классы", и "вся интеллигенция, которая жила беспечно, не обращая внимания на то, как безна дежно, в смысле материальной культуры, Россия отстает от соседей... То, что мы умели только петь, танцевать писать стихи и бросать бомбы", теперь окупается миллионами русских жизней... Мы не хотели и не могли быть Эдисонами, мы презирали материальную культуру. Гораздо веселее было создавать "мировую литературу", трансцендентальный балет и анархические теории. Но зато теперь пришла расплата... И вот мы пляшем... "последнее танго" на гребне окопов, забитых трупами"1.

1В.В.Шульгин, там же, стр. 124.

Здравый смысл, казалось бы, подсказывает: сейчас, когда, начиная с 1970 года, темпы роста валового национального продукта в нашей стране неуклонно снижаются, когда сокращается продуктивность большинства отраслей, что соответственно воздействует на жизненный уровень нашего народа, стала пора не превозносить "космоцентрическую цивилизаю", а спуститься с эфирных высот на многострадальную российскую землю и задаться, наконец, вопросами сугубо материальными. Такими, например, как проблема раскрестьяивания, которое, начавшись в конце двадцатых, увы, продолжается и по сей день. Или — нашей, от всей широты русской души, торговлей нефтью и газом, т.е. преступных разбазариванием национального богатства и без того обнищавшей страны. Тут-то и окажется, что одна из главных бед кроется в недостатке того самого "техноцентризма", на который сетует И.Шафаревич и без которого просто немыслимо накормить народ. А может все гораздо проще, и дело в традиционном консерватизме, который гордо именуется "космоцентризмом"?

Что же касается развития западных стран, то на пороге второго тысячелетия уже ясно, что дорога, по которой они идут, ведут не к пропасти, а к постиндустриальному обществу, способному решать не только социальные, но и экологические проблемы. Ныне промышленно развитые страны используют на поддержание чистоты экологической среды около пяти процентов совокупного общественного продукта.

Универсальность технического прогресса делает возможным его широкое использование в гуманных целях независимо от политических и национальных амбиций. Разве лекарства, изобретенные в Западной Европе, не спасли африканских детей от тропической лихорадки, не способствовали увеличению продолжительности жизни у населения Латинской Америки? Думаю, что изобретение и применение новейших технических средств в Японии не лишает японцев их духовной культуры или особенностей национального характера. И все же главное, вероятно, не в национальных различиях, не в "корнях", а в общности задач, стоящих перед народами всей планеты. В манифесте Рассела-Эйнштейна еще на заре ядерной эры говорилось: "Перед нами лежит путь непрерывного прогресса, счастья, знания и мудрости. Изберем ли вместо этого смерть только потому, что не можем забыть наших ссор? Мы обращаемся как люди к людям: помните о том, что вы принадлежите к роду человеческому, и забудьте обо всем остальном. Если вы сможете сделать это, перед вами открыт путь в новый рай: если вы этого не сделаете, перед вами — опасность всеобщей гибели". Взаимозависимость процессов, развивающихся в различных регионах земного шара, обуславливает формирование системы единых интересов, единой гуманистической концепции жизни для народов земли. Спор о преимуществе "техноцентрической" или "космоцентрической" системы, который затеял Игорь Шафаревич, явно устарел: приоритет общечеловеческих ценностей уже стал важнейшим условием человеческого существования. Что до "пути", ступить на который с пылом ветхозаветного пророка зовет И.Шафаревича, то, исходя из многообразного опыта России, не вернее ли назвать его бездорожьем?..

Перейти на страницу:

Похожие книги

1941: фатальная ошибка Генштаба
1941: фатальная ошибка Генштаба

Всё ли мы знаем о трагических событиях июня 1941 года? В книге Геннадия Спаськова представлен нетривиальный взгляд на начало Великой Отечественной войны и даны ответы на вопросы:– если Сталин не верил в нападение Гитлера, почему приграничные дивизии Красной армии заняли боевые позиции 18 июня 1941?– кто и зачем 21 июня отвел их от границы на участках главных ударов вермахта?– какую ошибку Генштаба следует считать фатальной, приведшей к поражениям Красной армии в первые месяцы войны?– что случилось со Сталиным вечером 20 июня?– почему рутинный процесс приведения РККА в боеготовность мог ввергнуть СССР в гибельную войну на два фронта?– почему Черчилля затащили в антигитлеровскую коалицию против его воли и кто был истинным врагом Британской империи – Гитлер или Рузвельт?– почему победа над Германией в союзе с СССР и США несла Великобритании гибель как империи и зачем Черчилль готовил бомбардировку СССР 22 июня 1941 года?

Геннадий Николаевич Спаськов

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / Документальное
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Россия между революцией и контрреволюцией. Холодный восточный ветер 4
Россия между революцией и контрреволюцией. Холодный восточный ветер 4

Четвертое, расширенное и дополненное издание культовой книги выдающегося русского историка Андрея Фурсова — взгляд на Россию сквозь призму тех катаклизмов 2020–2021 годов, что происходит в мире, и, в то же время — русский взгляд на мир. «Холодный восточный ветер» — это символ здоровой силы, необходимой для уничтожения грязи и гнили, скопившейся, как в мире, так и в России и в мире за последние годы. Нет никаких сомнений, что этот ветер может придти только с Востока — больше ему взяться неоткуда.Нарастающие массовые протесты на постсоветском пространстве — от Хабаровска до Беларуси, обусловленные экономическими, социо-демографическими, культурно-психологическими и иными факторами, требуют серьёзной модификации алгоритма поведения властных элит. Новая эпоха потребует новую элиту — не факт, что она будет лучше; факт, однако, в том, что постсоветика своё отработала. Сможет ли она нырнуть в котёл исторических возможностей и вынырнуть «добрым молодцем» или произойдёт «бух в котёл, и там сварился» — вопрос открытый. Любой ответ на него принесёт всем нам много-много непокою. Ответ во многом зависит от нас, от того, насколько народ и власть будут едины и готовы в едином порыве рвануть вперёд, «гремя огнём, сверкая блеском стали».

Андрей Ильич Фурсов

Публицистика