Читаем Библейский греческий язык в писаниях Ветхого и Нового завета полностью

Но этотъ списокъ примѣровъ позволяетъ видѣть нѣкоторыя общія характеристическія черты новозавѣтнаго вокабуляра; таково, напр., употребленіе въ немъ терминовъ, которые въ раннѣйшемъ греческомъ языкѣ были явно литературными и даже поэтическими. Къ даннымъ уже словамъ этого рода можно присоединить еще слѣдующія: ἀδάπανος, α̇δημονέω, θἰσθητήμιον, ἀλυσιτελής, ἁμάω, ἅμεμπτος, α̇μέριμνος, ἁναθάλλω, ἀνακράζω, ἀνήμερος, ἁπαλλοτριόω, ἀπέραντος, ἁπόδημος, ἀποφθέγγομαι, ἁποτομία (–μως), ἀποψύχω, ἀσάλευτος, ἀσχήμων, ἅτακτος, ἀτιμαθζω, αὐγάζω, αὐθάδης, αὕξω, αὐτόχειρ, αὐχέω, ἅφαντος, ἀφρίζω, βαρέω, βαστάζω, βρέχω, βρώσιμος, γενετή, δέσμιος, διαυγής, διηνεκής, δόλιος, ἕκδηλος. ἐκμάσσω, ἐκτελέω, ἐμβατέυω, ἑμπαίζω, ἑμφανίζω, ἑνάλιος, ἐπαιτέω, ἐπακρυάομαι, ἐπικέλλω, ἐπισφαλής, ἐρείδω, ἐριθίζω, ἐσθής, εὐδία, εύσχημοσύνη, εὐφροσύνη, ἥπιος, ἡχέω (ή͂χος), θανάσιμος, θεοστυγής, θύελλα, θυμομαχέω, ι̇κμάς, ἱμείρομαι, (ὁμ.), καχόω, καύχημα, κενόω, κλαυθμός, κλέος, κλύδων, κολλάω, κραταιός, κυρόω, λάμπω, μαγεύω, μαστίζω, μητρολῴας, μόχθος, μαθειλός, μωμάομαι, ςυστάζω, ο̇δύνη, οἰκτιρμός, ὅρασις, αὐρανόθεν, πανοικεί, πανπληθεί, παραλογίζομαι (etc.), παροτρὐνω, πενιχμός, πιάζω, πολυποίκιλος, προπετής, ῥιπίζω, ῥυπαρός, σαπρο̇ς, σκορπίζω, συμπαθής, τηλαυγῶς, τρόμος, τρύβλιον, τυρβάζω, ὑπερήφανος, φαντάζω, φέγγος, φιμόω, χειμάζωομαι, χειραγωγέω, χλιαρός, ὠδίνω.

Изъ этихъ примѣровъ ясно, что позднѣйшій греческій—согласно народному влеченію къ сильнымъ выраженіямъ— любитъ слова сложныя и многосложныя. Для нихъ можно указать еще слѣдующіе образцы: ἀνεκδιήγητος, ἀςεκλάλητος, ἀνεξερεύνητος, ἀνεπαίσχυντος, ἀνταποκρίνομαι, δυσβάστακτος, ἐμπεριπατέω, ἐξαγοράζω, ἐξακολουθέω, ἐξανατέλλω, ἐξομολογέω, ἐπιγαμβρέω, ζωογοςέω, καταβραβεύω, καταδυναστεύω, κατασοφίζομαι, κατισχύω, λιθοβολέω, ματαιολογία, μετοικεσία, οἰκοδεσποτέω, ο̇λιγόψυχος, πατροπαράδοτος, προσαναβαίνω, προσαναπληρόω, προσανατίθημι, προσκαρτερέω, προσπορεύομαι, συναναμίγνυμι, συνευωςέομαι, συνκαταψηφίζω, συναντιλαμβάνομαι, συνυποκρίνομαι, συνυπουργέω.

Библейскіе писатели простираютъ это пристрастіе еще дальше,—и вотъ сему свидѣтели: ἁγενενεαλόγητος, αἱματεκχυσία, ἀλλοτριοεπίσκοπος, ἀνεξείκακος, ἀνθρωπάρεσκος, διενθυμέομαι, ἐκζητέω, ἐκμυκτηρίζω, εκπειράζω, ἐξαστράπτω, ἐπαναπαύω, ἐπιδιατάσσομαι, ἐπιδιορθόω, ἐπισκευάζω, ἐπισυντρέχω, ἱερουργέω, κατακληροδοτέω, κατακληρονομέω, καταλιθάζω, κατεξουσιάζω, κατεφίστημι, κατοικητήριον, μισθαποδοσία, ὀρθοτομέω, ο̇ρκωμοσία, ο̇χλοποιέω, παραπικραίνω, περιαστράπτω, ποταμοφόρητος, προενάρςομαι, συναιςμάλωτος, ὐπερεκπερισσῶς, ὐπερεντυγχάνω, χρηστολογία, χρυσοδακτύλιος. Сверхъ сего, есть немало словъ, которыя—какъ и вообще въ позднѣйшемъ греческомъ языкѣ—образованы приставленіемъ впереди предлога (напр., ἑπί, διά, παρά, πρό, πρός, σύν, ὺπέρ) къ употреблявшемуся уже слову. Наоборотъ, сложныя слова, болѣе обычныя въ классическій періодъ, иногда замѣняются простыми: напр., ἐρωτάω вмѣсто ἐπερωτάω (Мрк. VIII, 5), κρύπτω вм. ἀποκρύπτω (Мѳ. XI, 25), ἁθροίζω вм. συναθροίζω (Лк. XXIV, 33), δειγματίζω вм. παραδειγματίζω (Мѳ. I, 19), οχλέω вм. ἐνοχλέω (Дѣян. V, 16), τρέφω вм. ἁνατρέφω (Лк. IV, 16).

Другою характеристическою чертой новозавѣтнаго греческаго языка (какъ новѣйшаго греческаго и вообще народной рѣчи) является непропорціонально большое количество такъ называемыхъ уменьшительныхъ словъ въ его вокабулярѣ; среди нихъ мы находимъ: ἁρνίον, ηυναικάριον, ἐπίφιον, θυγάτριον, ἰςθύδιον, κλινάριον, κλινίδιον, κοράσιον, κυνἅριον, ὀνάριον, ὀψάριον, (παιδίον), παιδάριον, πινακίδιον, πλοιἅριον, ποίμνιον, προβἅτιον, σανδάλιον, στρουθίον, αχοινίον, φορτίον, ψιχίον, ὠτίον; встрѣчается даже уменьшительное отъ уменьшительнаго—βιβλαρίδιον. Нѣкоторыя изъ этихъ словъ совсѣмъ потеряли всякую уменьшительную силу, если только они когда-либо имѣли ее (ср., напр., θηρίον, κρανίον и пр.). Вмѣсто ὠτάριον (Мрк. XIV, 47. Ін.XVIII, 10) и ὠτίον (Мѳ. XXVI, 51) Лука (XXII, 50) ставитъ οῦς.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Структура и смысл: Теория литературы для всех
Структура и смысл: Теория литературы для всех

Игорь Николаевич Сухих (р. 1952) – доктор филологических наук, профессор Санкт-Петербургского университета, писатель, критик. Автор более 500 научных работ по истории русской литературы XIX–XX веков, в том числе монографий «Проблемы поэтики Чехова» (1987, 2007), «Сергей Довлатов: Время, место, судьба» (1996, 2006, 2010), «Книги ХХ века. Русский канон» (2001), «Проза советского века: три судьбы. Бабель. Булгаков. Зощенко» (2012), «Русский канон. Книги ХХ века» (2012), «От… и до…: Этюды о русской словесности» (2015) и др., а также полюбившихся школьникам и учителям учебников по литературе. Книга «Структура и смысл: Теория литературы для всех» стала результатом исследовательского и преподавательского опыта И. Н. Сухих. Ее можно поставить в один ряд с учебными пособиями по введению в литературоведение, но она имеет по крайней мере три существенных отличия. Во-первых, эту книгу интересно читать, а не только учиться по ней; во-вторых, в ней успешно сочетаются теория и практика: в разделе «Иллюстрации» помещены статьи, посвященные частным вопросам литературоведения; а в-третьих, при всей академичности изложения книга адресована самому широкому кругу читателей.В формате pdf А4 сохранен издательский макет, включая именной указатель и предметно-именной указатель.

Игорь Николаевич Сухих

Языкознание, иностранные языки
«Дар особенный»
«Дар особенный»

Существует «русская идея» Запада, еще ранее возникла «европейская идея» России, сформулированная и воплощенная Петром I. В основе взаимного интереса лежали европейская мечта России и русская мечта Европы, претворяемые в идеи и в практические шаги. Достаточно вспомнить переводческий проект Петра I, сопровождавший его реформы, или переводческий проект Запада последних десятилетий XIX столетия, когда первые переводы великого русского романа на западноевропейские языки превратили Россию в законодательницу моды в области культуры. История русской переводной художественной литературы является блестящим подтверждением взаимного тяготения разных культур. Книга В. Багно посвящена различным аспектам истории и теории художественного перевода, прежде всего связанным с русско-испанскими и русско-французскими литературными отношениями XVIII–XX веков. В. Багно – известный переводчик, специалист в области изучения русской литературы в контексте мировой культуры, директор Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН, член-корреспондент РАН.

Всеволод Евгеньевич Багно

Языкознание, иностранные языки