Читаем Библия бедных полностью

В дневнике школьника Миши Тихомирова (он вел его 159 дней подряд, без перерыва) на разные лады повторяется одно слово: слабость. Слабость в ногах. Жуткая слабость. Снова эта слабость. Слабость.

«12 декабря. Вообще все мы страшно похудели, в ногах и теле слабость. Тело все время зябнет, пустяковые царапины и ожоги не заживают очень продолжительное время».

Он-то был сильным. Он был самым главным в школьной пожарной бригаде. Однажды после бомбежки – красивый момент! – он рапортовал: пожар потушен! Волосы серебрились. Думали пыль, оказалась седина.

Да, Миша Тихомиров знал кое-что про героизм. Но вот что он писал в дневнике:

«Опять хочется удрать подальше из героического постылого и надоевшего Ленинграда».

Это 17 мая 1942 года. А 18 мая его убьет осколком снаряда в висок. Красивая смерть. Нетипичная.

«Сегодня зашла к одной подруге и узнала, что ночью умер ее муж. Когда спросила отчего, она ответила очень просто: умер с голоду. Лег вечером спать, она думала, что он заснул, а утром посмотрела – он мертвый».

«Умер муж Ирины Левицкой. Она даже не огорчена».

«Повсюду сплошная мерзость запустения. Почти каждый день сообщают, что умер тот или иной знакомый».

«Умерла наша соседка, старушка Каролина. Не помогли ей сбережения, которые откладывала она из княжеской пенсии».

«Многие умирают в очереди к врачам. Пол в амбулатории устлан мертвыми и умирающими. Их не успевают забирать».

«Теперь умирают так просто: сначала перестают интересоваться чем бы то ни было, потом ложатся в постель и больше не встают».

Урок и возмездие

27 января 1944 года блокаду прорвали и сняли. Без ярких моментов. Без лишней кинематографии. Две недели муторных боев. Сто пятьдесят тысяч павших, и ни про кого уже не сочинят красивую историю.

Те, кто вел их на смерть, жили долго и счастливо.

Командующий 18-й армией Георг Линдеман умер в 1963 году. На свободе. Георг Карл Фридрих Вильгельм фон Кюхлер, командующий группой армий «Север» и непосредственный виновник блокады, умер в 1968-м. На горнолыжном курорте Гармиш-Партенкирхен.

Оба генерала провели в тюрьме совсем немного времени, они же не мучили никого лично, не делали из кожи абажуров, не варили из жира мыло, они просто получали приказы и отдавали приказы, и как-то так вышло, что семьсот тысяч людей умерли от голода.

И если есть тут урок, он прост: всякая война на радость лишь генералам. Они умрут в домике с видом на Баварские Альпы. А тем, кого они ведут на убой, и тем, кого они убивают, достанется суп из ботвы.

Но и добрая память.

Звезда Гагарин

Человек и машина

Гагарин в Долгопрудном. Редкое фото. Берега еще не застроены, лес и лес. Гагарина тоже не узнать. В руках сигарета, в глазах тоска, на щеках недельная щетина.

Два года он пил, ел, улыбался и толкал речи. Мировое турне вымотало больше, чем годы предполетной подготовки. Он набрал десять кило (это есть в документах) и смертельно устал (это видно и так).

Другое фото – Гагарин на Воробьевых горах, еще два года спустя. Тут он подтянут: готовится снова летать. Рядом спорткар космических очертаний: Matra-Bonnet Djet, машина ценой с дом, подарок правительства Франции. На фото не видно, но она небесно-голубая.

Позади, в яркой дымке засвета (фото любительское) тает Университет. Там и сейчас тусуются парни на крутых тачках. Подмигивают девчонкам и харкают на газон с такой важностью, будто слетали в космос и вернулись живыми.

Все стало по-другому. Россия, победившая в Каннах и запустившая человека в космос, связана с нынешней Россией не больше, чем Древний Египет с Египтом президента Сиси, а Древняя Греция – с Грецией «черных полковников».

И все же, глядя на Гагарина, можно испытать что-то вроде гордости. За человечество, но и за отечество тоже.

Страна, четырежды за век менявшая имя и дюжину раз – курс, побывала и пугалом, и посмешищем. Но в начале шестидесятых она стала символом надежды.

И вот как это вышло.

Эпоха беспредметной пустоты

Май 1957 года. Первый успешный пуск «семерки» – межконтинентальной баллистической ракеты Р7. Дальность полета – 10 тысяч километров, Атлантику перелетит спокойно.

Октябрь 1957 года. «Семерка» выводит на орбиту первый искусственный спутник Земли. Если вместо спутника присобачить ядерную боеголовку, такая ракета спокойно уничтожит любой американский город.

Декабрь 1957 года. Аналогичная ракета (SM-56 «Атлант») появляется у США. Теперь Эйзенхауэр и Хрущев могут взорвать друг друга, не вставая с дивана.

Август 1958 года. Джон Фитцджеральд Кеннеди, самый молодой и симпатичный кандидат в президенты, говорит о проблеме missile gap: нужно больше, еще больше ракет.

Февраль 1960 года. Французы проводят операцию со смешным кодовым названием «Голубой тушканчик» – взрывают ядерную бомбу над Алжиром.

С января по октябрь 1960 года в Африке появляется 18 новых стран, а Франция теряет и Алжир, и прочие колонии.

Май 1960 года. Русские сбивают самолет-невидимку U2, американцы признают существование программы воздушного шпионажа (подробности у Спилберга в фильме «Шпионский мост»).

Перейти на страницу:

Все книги серии Ангедония. Проект Данишевского

Украинский дневник
Украинский дневник

Специальный корреспондент «Коммерсанта» Илья Барабанов — один из немногих российских журналистов, который последние два года освещал войну на востоке Украины по обе линии фронта. Там ему помог опыт, полученный во время работы на Северном Кавказе, на войне в Южной Осетии в 2008 году, на революциях в Египте, Киргизии и Молдавии. Лауреат премий Peter Mackler Award-2010 (США), присуждаемой международной организацией «Репортеры без границ», и Союза журналистов России «За журналистские расследования» (2010 г.).«Украинский дневник» — это не аналитическая попытка осмыслить военный конфликт, происходящий на востоке Украины, а сборник репортажей и зарисовок непосредственного свидетеля этих событий. В этой книге почти нет оценок, но есть рассказ о людях, которые вольно или невольно оказались участниками этой страшной войны.Революция на Майдане, события в Крыму, война на Донбассе — все это время автор этой книги находился на Украине и был свидетелем трагедий, которую еще несколько лет назад вряд ли кто-то мог вообразить.

Александр Александрович Кравченко , Илья Алексеевич Барабанов

Публицистика / Книги о войне / Документальное
58-я. Неизъятое
58-я. Неизъятое

Герои этой книги — люди, которые были в ГУЛАГе, том, сталинском, которым мы все сейчас друг друга пугаем. Одни из них сидели там по политической 58-й статье («Антисоветская агитация»). Другие там работали — охраняли, лечили, конвоировали.Среди наших героев есть пианистка, которую посадили в день начала войны за «исполнение фашистского гимна» (это был Бах), и художник, осужденный за «попытку прорыть тоннель из Ленинграда под мавзолей Ленина». Есть профессора МГУ, выедающие перловую крупу из чужого дерьма, и инструктор служебного пса по кличке Сынок, который учил его ловить людей и подавать лапу. Есть девушки, накручивающие волосы на папильотки, чтобы ночью вылезти через колючую проволоку на свидание, и лагерная медсестра, уволенная за любовь к зэку. В этой книге вообще много любви. И смерти. Доходяг, объедающих грязь со стола в столовой, красоты музыки Чайковского в лагерном репродукторе, тяжести кусков урана на тачке, вкуса первого купленного на воле пряника. И боли, и света, и крови, и смеха, и страсти жить.

Анна Артемьева , Елена Львовна Рачева

Документальная литература
Зюльт
Зюльт

Станислав Белковский – один из самых известных политических аналитиков и публицистов постсоветского мира. В первом десятилетии XXI века он прославился как политтехнолог. Ему приписывали самые разные большие и весьма неоднозначные проекты – от дела ЮКОСа до «цветных» революций. В 2010-е гг. Белковский занял нишу околополитического шоумена, запомнившись сотрудничеством с телеканалом «Дождь», радиостанцией «Эхо Москвы», газетой «МК» и другими СМИ. А на новом жизненном этапе он решил сместиться в мир художественной литературы. Теперь он писатель.Но опять же главный предмет его литературного интереса – мифы и загадки нашей большой политики, современной и бывшей. «Зюльт» пытается раскопать сразу несколько исторических тайн. Это и последний роман генсека ЦК КПСС Леонида Брежнева. И секретная подоплека рокового советского вторжения в Афганистан в 1979 году. И семейно-политическая жизнь легендарного академика Андрея Сахарова. И еще что-то, о чем не всегда принято говорить вслух.

Станислав Александрович Белковский

Драматургия
Эхо Москвы. Непридуманная история
Эхо Москвы. Непридуманная история

Эхо Москвы – одна из самых популярных и любимых радиостанций москвичей. В течение 25-ти лет ежедневные эфиры формируют информационную картину более двух миллионов человек, а журналисты радиостанции – является одними из самых интересных и востребованных медиа-персонажей современности.В книгу вошли воспоминания главного редактора (Венедиктова) о том, с чего все началось, как продолжалось, и чем «все это» является сегодня; рассказ Сергея Алексашенко о том, чем является «Эхо» изнутри; Ирины Баблоян – почему попав на работу в «Эхо», остаешься там до конца. Множество интересных деталей, мелочей, нюансов «с другой стороны» от главных журналистов радиостанции и секреты их успеха – из первых рук.

Леся Рябцева

Документальная литература / Публицистика / Прочая документальная литература / Документальное

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза