Суть вовсе не в том, что сыны Израиля столкнулись с соблазном греха. В этом не было бы ничего необычного. Израильтян сбили с пути истинного вовсе не профессиональные проститутки Моава. Это были дочери моавитян и мадианитян, их жены и возлюбленные. Они соблазнили израильтян и убедили их участвовать в обрядах поклонения Ваалу, ханаанскому богу плодородия. Еще не перейдя Иордан, израильтяне столкнулись с повсеместно распространенным культом финикийских богов. И предводители Израиля отреагировали на это быстро и безжалостно. Они не щадили даже своих родных. Преступников предавали смерти. Финеес, двоюродный внук Моисея, увидев, как некий израильтянин ввел в свой шатер мадианитянку, взял копье "и пронзил обоих их, Израильтянина и женщину в чрево ее" (Чис. 25:8). Моавитян пощадили, поскольку они были связаны родством с Израилем: их родоначальником считался Лот, племянник Авраама (Быт. 19:37). Но против мадианитян развязали кровавую войну, нацеленную на уничтожение противника. "
"И взошел Моисей с равнин Моавитских на гору Нево, на вершину Фасги, и показал ему Господь всю землю Гачаад до самого Дана" (Втор. 34:1).
Моисей исполнил свою нелегкую миссию. Его путь из египетского рабства, пролегший через годы скитаний и лишений, был завершен. Он назначил своим преемником Иисуса Навина, испытанного и проверенного человека, обладавшего удивительным талантом военачальника. Именно такой вождь нужен был сейчас Израилю. Моисей окончил свой путь и был готов покинуть этот мир. Ему не было дозволено ступить на землю обетованную. Но Бог разрешил ему взглянуть на эту землю издалека, с горы Нево.
Чтобы добраться до этой библейской горы, надо пройти 18 миль от Аммана, столицы нынешнего государства Иордания. На "лендровере" этот путь занимает всего полчаса: автомобиль пересекает холмистую местность на окраине Аравийской пустыни и мимо каналов и редких вспаханных полей выезжает в сторону Мертвого моря, прямо на юго-восток.
Взобравшись на скалы, мы оказались на широком открытом плато, в 2500 футах над уровнем моря. С западного края скалы круто обрывались, спускаясь к бассейну Иордана. Дул свежий ветерок. Под ясным голубым небом зачарованному взору представала неповторимая панорама.
К югу расстилались серебристые воды Мертвого моря. На дальнем берегу его громоздились пустынные каменные насыпи и груды щебня. Еще дальше тянулись цепью белые известняковые горы Иудеи. Там, где они только начинались, лежал Хеврон. К западу, в направлении Средиземного моря, с вершины горного хребта можно было различить невооруженным глазом две крошечные точки - башни Вифлеема и Иерусалима. К северо-западу тянулись нагорья Самарии, Галилея и в отдалении - увенчанные снежными шапками пики Гермона.
У подножия горы Нево тянутся узкие ущелья, утопающие в зелени гранатовых деревьев. За ними начинается степь, а берега Иордана примерно на 30 футов с каждой стороны обрамляют полоски меловых холмов без единой травинки - зрелище столь же жутковатое и призрачное, как залитые лунным сиянием горы. Лишь небольшое зеленое пятнышко у подножия гор на западном берегу Иордана радует глаз - Иерихонский оазис.
Этот вид на Палестину с горы Нево был последним, что предстало взгляду Моисея.
Но под горой, на широкой равнине Моав, в небеса поднимались столбы дыма. Днем и ночью среди черных шатров пылали походные костры. Ветер разносил над Иорданом гомон голосов и блеяние скота. Все казалось таким мирным и спокойным. Но в действительности это было лишь затишье перед бурей, готовой обрушиться на судьбу Израиля и земли Ханаанской.
Часть IV. Битва за землю обетованную. От Иисуса Навина до Саула
Глава 15. Вторжение Израиля