– У нас не получится не ругаться, да? Не получится не выяснять отношения, обвинять друг друга, делить нашего мальчика… – робко проговорила я вместо тех резких слов, которые рвались наружу. Не знаю, как я сумела сдержаться, но что-то подсказало, что взрыв эмоций не поможет, а только всё испортит. Я исчерпала лимит на истерики, когда украла у отца возможность воспитывать собственного сына. И теперь я находилась в заведомо проигрышной ситуации, и именно мне нужно было идти навстречу, а не сопротивляться. Понимая всё это, я решила отдать бразды правления Грише. Пусть он решает нашу общую судьбу.
– Что ты хочешь? – спросила после короткой паузы, протягивая руку и кладя ее на его запястье с негустой порослью волос и массивными часами.
– Я хочу семью, – он ответил незамедлительно и без раздумий, а у меня от его ответа радостно затрепыхалось сердце в груди. – Хочу, чтобы мы попробовали жить вместе. Вы мне нужны. Я не готов к роли выходного папы, и я не романтичный мальчик, который будет бегать на свидания.
– Я не жду от тебя романтики, – сказала я с обидой, убрав руку. Почему-то зацепилась именно за эту фразу, которая показалась унизительной и оскорбительной. Разве я говорила о чем-то подобном? Разве давала понять, что хочу ухаживаний?
– Может, думаешь, что не ждешь, а в душе – ждешь. У тебя внутри живет маленькая романтичная мечтательница, та самая, которую я видел на благотворительном вечере восемь лет назад, которая смотрела на меня с благоговением и мечтала, чтобы я подошел.
– Напоминать необязательно! – я села к нему боком и сложила руки на груди, как обиженная девочка, о которой он распинался. Отрицать было бессмысленно – из-за рождения ребенка, необходимости выживать и страданий по Черкасову я полностью пропустила тот радужный период в жизни любой девушки, когда она летает на крыльях от любви и видит розовые сны. Возможно, Гриша был в чем-то прав, но разве имело смысл вообще это обсуждать?
– Ничего не перепишешь, Лиз, но зато ты можешь построить свою жизнь заново, только не надо делать одного – бояться, а ты постоянно боишься и прячешься. Твой характер – это сидеть в углу и ждать, пока тебя оттуда вытащат, – продолжал рассуждать о моем характере Гриша, хотя я не просила консультации психолога.
– Почему ты делаешь такие выводы?
– Может, потому, что ты позволила своему мужу-изменнику, который вытер об тебя ноги, три дня прожить рядом с тобой в одной квартире? – а вот сейчас он злился, источая агрессию и ненависть.
– Но я ради сына… – задрожала я, крепко обняв себя за плечи.
– Всегда будут причины. Действовать нужно без раздумий и идти только вперед. Поэтому в школу мы идем сейчас. Докажи, что ты готова к переменам.
– Так вот что ты хочешь? Чтобы я действовала по твоей указке, доказывая, что готова пойти навстречу и измениться?
– Я тебя вытаскиваю из раковины, в которую ты себя загнала, – проговорил он медленно и с хрипотцой в голосе, которая вмиг повысила градус напряжения. Гриша склонился и провел рукой по моей ушной раковине, слегка сжав мочку. Уголок губ дернулся, и Черкасов растянул губы в той кривоватой улыбке обольстителя, которая неизменно заставляла мурашки маршировать стройными рядами по коже.
– Кажется, на работу я сегодня не попаду, – вздохнула я, спускаясь по лестнице школы с папкой документов в руках. Гришины методы дипломатии помогли нам быстро утрясти все формальности. – И начальник не звонит, что странно.
– Он не звонит, потому что я его предупредил, – пожал плечами Гриша, останавливаясь и заботливо затягивая объемный шарф на моей шее. Такой странный непривычный жест, которого я совсем не ждала.
– Ты уже и с начальником моим договорился? Что ты ему сказал? – нахмурилась я, бегая взглядом по лицу Гриши.
– Что ты задержишься и вообще рассматриваешь вариант увольнения.
– Гриша… Это уже ни в какие ворота! – моему возмущению не было предела. – Ты точно времени зря не терял.
– Конечно, ведь мне приходится думать за троих, двое из которых предпочитают жить по-прежнему, – скакал он с укором, но беззлобно.
Пришлось вздохнуть и признать поражение.
– И чем мы тогда займемся сейчас?
– У меня в планах просмотр парочки домов для нашей семьи.
Глава 42. Гриша. Важные решения
– Не могу поверить, что Виталина организовала крестовый поход против нашего «Адреналина»… – Сусанна не переставая причитала, выслушав правду о своей псевдоподружке, которая лила ей в уши сладкую дурь и заваливала бесплатными абонементами в салон на услуги. А сама в это же время втихаря насылала на нас пожарку, СЭС и прочие контролирующие инстанции. – Наверное, я никогда не привыкну к тому, насколько двуличны люди. Верила ей, ни о чем не догадывалась. Как она могла так поступить? Кошмар! Гриша, и что ты планируешь делать?