«Прошел месяц, и тут он позвонил.
– Пожалуйста, не клади трубку. У меня большая беда, надо поговорить, – произнес он убитым голосом.
Такое было в первый раз, поэтому я поверила в большую беду и согласилась на встречу. Он сидел на скамейке, сиротливо прижав к груди коробку с вещами. Выглядел страшно подавленным.
– Меня уволили без объяснения причин. Помоги мне, я без тебя не справлюсь, – привалился он к моему плечу.
Ощутив себя на коне, я поставила условия: мы будем жить вместе, я обретаю наконец статус официальной подруги сердца.
– Согласен, дома поговорим, – выдохнул он.
Дома, разумеется, его горе несколько померкло. Жить вместе он согласился, но с неимоверной кучей условий: в доме ничего не менять, на его бюджет не претендовать, раз-два в неделю сваливать к себе – по крайней мере, пока он не привыкнет к переменам в жизни. Я порадовалась и такому результату».
«Однажды Антуан снова появился со своими чемоданами.
– Вот и я. Я больше не могу жить вне дома. Я больше не могу жить без тебя. Я болен, ты мне нужна, возьми меня обратно, иначе я умру. Я не могу больше есть в ресторане, мне все не так, я слишком много пью и не могу больше написать ни строчки. Если я не буду работать, кто будет оплачивать наше существование?»