Каким-то образом Сэм выжил, и у него все складывается благополучно, несмотря на мое воспитание, которое началось с грудного молока, приправленного морфием. Немногие матери могут сказать, что они кормили своих детей наркотиками класса А прямо с рождения. Я продолжила тем, что позволила ему питаться школьными обедами. (Теперь, став тинэйджером, он может с гордостью рассказать вам, в чем заключается разница между Биг Маком и Двойным Чизбургером.)
Я живу в пригороде, где матери соревнуются за то, чтобы приготовить своим чадам самые чистые органические обеды, сходить в школу, чтобы понаблюдать, как дети едят свои овощи, и определить, кто играет в самые политкорректные гендерно-нейтральные игры на переменах (обычно сюда входит и то, выбирают ли их собственных детей в капитаны). Серьезно
По-видимому, в моей части города полно женщин, которым нечего делать. И когда они поняли, что я сажаю своих детей в автобус и позволяю им питаться школьными обедами, меня исключили из списка приглашенных на вечеринку мам.
К тому времени, когда родился мой второй ребенок, мне стало лучше. Я поняла безнадежность идеи кормить его 100 % органической пищей, поэтому сразу же попросила у врачей родильного отделения морфий. По-видимому, когда речь идет о родах как по учебнику, без каких-либо осложняющих факторов, врачи не дают лекарств. Вот тогда я снова запаниковала. Я не ожидала, что буду совершенно трезвой и принесу в мир еще одного уязвимого ребенка.
Такова природа жизни. Существует радость смотреть в глаза ребенка – это
Если вы живы, то знаете, что такое
Примите свое пятно полностью
Однажды я сидела на своем коврике, и меня преследовали мысли о том, что мешало мне в практике. Именно так я обычно и занимаюсь йогой, одержимая всеми своими отрицательными чертами, недостатками и проступками.
Мне было трудно сделать прогиб назад. У меня не получалась не просто одна поза, а целый ряд поз. Я не могла «открыть сердце». Чтобы открыть сердце, вы должны оттянуть лопатки назад и при этом направить грудь вперед, чтобы верхняя часть спины стала гибкой. Для негнущихся людей это подобно размягчению бетона, вы не можете напрячь мышцы так, чтобы встать в позу. Надо «открыться». «Раствориться». «Расплавиться». Это должно было быть «легко».
Моя спина была напряженной и сутулой по причине 50-летней застенчивости. У меня было искривление позвоночника, как у 80-летней. У меня уже был горб, подобный тому, который в последние годы жизни превратил мою долговязую бабушку ростом 167 сантиметров в 140-сантиметровую кроху.
Как йог, я должна была неустанно работать над спасением мира, но в тот момент я пыталась спасти себя. И это было сомнительное мероприятие.
Так что я сидела на коврике, чувствуя себя жалкой, когда мой преподаватель рассказал историю о богине Лакшми, у которой однажды выдался очень плохой день. В индуизме Лакшми – богиня изобилия, богатства и красоты. Это такая Хайди Клум древнего мира. У нее было все это.