Читаем Больше, чем ты желаешь полностью

Открывая медную защелку, Люк добавил к другим и свои. Выложенная черным бархатом внутренность ящичка, где должны были лежать два "ремингтона", была пуста. Закрыв крышку, Люк бросил его на груду одежды, потом, подумав, завернул в платья вместе с обувью и направился к двери, по пути прихватив графин с виски.

Подойдя к комнате Оррина, он ногой постучал в дверь. Ему открыла Брай. Увидев кучу одежды в руках Люка, она побледнела.

- Тихо, - шепнул он. Поверх ее головы Люк видел Элизабет и Марту, склонившихся над телом Оррина. Никто из них не обратил на него внимания.

Где Адди?

- Переодевается.

Хорошо. Ты можешь вывести твою мать и Марту на несколько минут?

- Но...

- Придумай что-нибудь. Мне надо всего несколько минут.

- Хорошо. Подожди здесь.

Люк быстро проскользнул в соседнюю комнату и стал ждать. За стенкой слышались голоса - это Брай пыталась выпроводить мать и Марту из комнаты. Люк вытащил из свертка с одеждой ореховый ящичек и сунул под мышку. Когда в комнате наступила тишина, он вошел в спальню Оррина.

Тело уже обмыли. Простыня закрывала его до талии. Пулевое отверстие на покрытой густыми волосами груди было теперь мало заметно. Рана была маленькой, темной и скорее походила на третий сосок, а не на след от пули. Окровавленная одежда Оррина валялась на полу. Обойдя ее. Люк подошел к постели.

Простыней, прикрывавшей Оррина, он стер отпечатки пальцев с поверхности ящичка. Затем, держа его краем простыни, чтобы не оставить своих отпечатков, он поднес его к свету, чтобы убедиться в том, что хорошо протер всю поверхность.

Сев на кровать, Люк протянул ящичек Оррину, словно ожидая, что тот приподнимется и возьмет его. Продолжая держать его углом простыни. Люк взял сначала правую руку Оррина, затем левую и нанес ими десять отпечатков пальцев, расположив их таким образом, как будто Оррин открывает ящичек. Он сделал еще несколько отпечатков на крышке и вокруг замка и внимательно оглядел свою работу. Удовлетворенный результатом. Люк засунул его в ящик прикроватного столика.

Управившись с ящичком, он взял револьвер. На нем не было четких отпечатков, поэтому он вложил его в правую руку Оррина и сжал его пальцы.

- Я не сделаю той же ошибки, какую однажды сделал ты, - прошептал он тихо. - Я-то знаю, что ты правша.

Положив револьвер на столик. Люк поднялся с кровати.

- Жаль, что этого не случилось раньше, ублюдок! - презрительно процедил он и вышел за дверь.

***

Было десять часов, когда приехал доктор. Сразу вслед за ним прибыл и шериф Джозеф Аллен. Люк проводил шерифа в комнату Оррина и обнаружил там доктора Эдвардса, Элизабет и Брай, стоящих у кровати покойного. Доктор протянул шерифу руку.

- Рад снова видеть вас, шериф, но лучше бы не при таких обстоятельствах. - Эдвардс понизил голос и кивнул на Элизабет. - Это ужасно. Сначала Рэнд, теперь Оррин. Конечно, вы знаете и о судьбе других членов семьи. Я начинаю думать, что над этой семьей висит проклятие.

Подавив тяжелый вздох, доктор почесал за ухом. Это был высокий человек с седеющими волосами и глубоко посаженными глазами. Его густая борода была совершенно седой, а губы едва виднелись из-под пушистых усов. Он кивнул в сторону тела:

- Смотрите сами.

Прежде чем подойти к постели, Аллен поздоровался с Элизабет и Брай. Оррин был одет в свой лучший вечерний костюм, руки его лежали вдоль тела.

- Я был бы очень признателен, если бы леди ушли. Вам незачем видеть, как я буду производить осмотр тела.

Брай молча взяла мать за руку и вывела ее из комнаты. Как только женщины удалились, шериф расстегнул у покойника сюртук и рубашку.

- Парень, которого вы послали за мной... Как его там?

- Тед, - ответил Люк.

- Да, Тед. Он сказал, что Оррин получил пулю в грудь.

- Верно.

Эдвардс стоял в ногах кровати, скрестив на .груди руки, и наблюдал, как шериф ощупывает рану.

- Рана едва заметна. Чистая и аккуратная. Пусть пуля остается в теле. Нет нужды ее вынимать.

- Где это произошло?

Аллен застегнул на Оррине рубашку и сюртук и выпрямился. Засунув руки в карманы панталон, он стал раскачиваться на пятках. Пробыв четыре срока в качестве шерифа, Аллен знал почти всех в своем округе. Если он с кем-то не был знаком лично, то узнавал все об этом человеке от своих осведомителей. Его дружелюбие располагало к нему людей. Он посмотрел на Люка, ожидая ответа на свой вопрос.

- Мы не знаем. Где-то между домом Франклина Арчера и нашим.

- Это примерно двенадцать миль.

- Возможно, ближе к нашему дому, но мне не удалось найти никого, кто слышал бы выстрел. Он ехал в кабриолете. Лошадь сама привезла его домой.

- Трудно поверить, что она сама нашла дорогу.

- Я тоже подумал об этом.

Аллен посмотрел на револьвер, лежавший на столике.

- Тед сказал мне, что его нашли на полу кабриолета.

- Совершенно верно.

Шериф взял в руки револьвер и стал его рассматривать. Он даже подкинул его на ладони, чтобы определить вес, затем открыл патронник и, высыпав на ладонь все пули, направил револьвер на Эдвардса. Доктор вздрогнул, хотя знал, что оружие не заряжено.

- Вы что, решили уложить меня рядом с Оррином, черт бы вас побрал? Опустите револьвер.

Аллен прицелился в Люка.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кофе с молоком
Кофе с молоком

Прошел год после гибели мужа, а Полина все никак не может себе простить одного: как же она ничего не почувствовала тогда, как же не догадалась, что случилось самое страшное, чему и названия-то нет?! Сидела себе, как ни в чем, не бывало, бумаги какие-то перебирала… И только увидев белое лицо подруги, появившейся на пороге кабинета с телефонной трубкой в руках, она сразу все поняла… И как прикажете после этого жить? Как? Если и поверить-то в случившееся трудно… Этой ночью они спали вместе, и проснулись от звонкого кукушечьего голоса, и оказалось, что еще полчаса до будильника, и можно еще чуть-чуть, совсем чуть-чуть, побыть вместе, только вдвоем… Торопливо допивая кофе из огромной керамической кружки, он на ходу поцеловал ее куда-то в волосы, вдохнул запах утренних духов и засмеялся: — М-м-м! Вкусно пахнешь! — и уже сбегая по лестнице, пообещал: — Вот возьму отпуск, сбежим куда-нибудь! Хочешь? Еще бы она не хотела!.. — Беги, а то и в самом деле опоздаешь… Даже и не простились толком. Потом она все будет корить себя за это, как будто прощание могло изменить что-то в их судьбах… А теперь остается только тенью бродить по пустым комнатам, изредка, чтобы не подумали, что сошла с ума, беседовать с его портретом, пить крепкий кофе бессонными ночами и тосковать, тосковать по его рукам и губам, и все время думать: кто? Кажется, бессмертную душу бы отдала, чтобы знать! Может, тогда сердце, схваченное ледяной коркой подозрений, оттает, и можно будет, наконец, вдохнуть воздух полной грудью.

Gulnaz Burhan , Лана Балашина , Маргарита Булавинцева

Фантастика / Детективы / Любовные романы / Фэнтези / Политические детективы / Эро литература