Читаем Большой беговой день полностью

Но мещанство победило не только благодаря своей аполитичности и жажде любой ценой урвать кусок пирога. У советской власти была одна черта, которая делала ее очень привлекательной для мещанства, и пожалуй, более привлекательной, чем любая другая власть. Советская система уничтожала все талантливое, ярко индивидуальное, все свободно и особо мыслящее. Идея всеобщего равенства, доведенная до абсурда, соответствовала мещанской идеологии, ибо мещанин всегда, во все времена, хотел жить "как все люди" и чтобы у него было все "как у людей". Для мещанина, с его звериной ненавистью ко всему исключительному, советская власть стала просто подарком.

Где и когда мы еще можем найти такую систему, в которой торжествовали бы, как правило, серость и посредственность? "Как правило" - не оговорка, а закономерность. Естественно, бывают и исключения, особенно в такой огромной стране, как Россия. Но смотрите: в нашей стране, как правило, процветают самые посредственные и послушные писатели, художники, музыканты, деятели искусств, историки, социологи, журналисты... Быть оригинальным, быть самим собой опасно. Будь как все! - и твоя карьера обеспечена. Талантливые, самобытные инженеры директорами не становятся: кто же доверит завод или предприятие "неуправляемому человеку"? Даже среди ученых яркие фигуры появились только в областях, связанных с военной промышленностью. Тут уж, как говорится, "подпирало", и властям скрепя сердце пришлось терпеть Туполева и Курчатова, Сахарова и Капицу, Королева и Ландау. Впрочем, когда была возможность уничтожить, то уничтожали - таких, как Вавилов, и выдвигали таких, как Лысенко.

Ну а сами властители? Члены Политбюро, секретари ЦК, члены ЦК, министры, секретари обкомов? Вглядитесь внимательно в их лица. Не правда ли, что для "пролетариев, которым нечего терять", они слишком упитанны? Но бог с ним, с так называемым внешним обликом. Беда в другом: эти люди, от которых зависит судьба нашей страны, а может быть, и судьба всего мира, не в состоянии иметь не только своих собственных идей, но даже хоть какой-то завалящей, но оригинальной мыслишки! Самостоятельности, хоть и в мелочах, соваппарат, совмещанство не потерпит. Более того, эти люди даже слова не могут сказать без бумажки! Все торжественные речи, все политические выступления, даже тосты на приемах "в верхах" пишутся и утверждаются работниками аппарата.

И здесь дело даже не в идеологии. В нее уже давно никто не верит, и в первую очередь сам правящий аппарат. Душная атмосфера серости, затхлости, мещанства окутала всю страну. Нормальному человеку в ней трудно, почти невозможно дышать. Но в этой атмосфере мещанин чувствует себя как рыба в воде, она ему привычна, она его "живородит". Напомню, что до революции правящий класс - дворянство - насчитывал около трехсот тысяч человек. По самым скромным подсчетам, нынешний правящий класс - власть имущее совмещанство - составляет более пяти миллионов человек. И мещанин цепко держится за свои привилегии, за свой кусок пирога. То есть за свои посты и должности, персональные дачи, машины, спецраспределители, за саму возможность подавлять то, что не похоже на его мещанский облик. И вот эти свои блага, которые он получил благодаря советской власти, мещанин так просто не отдаст...

БЕГА

И снова давка у касс. Я занял очередь сразу, как только дербисты выехали на парад. Глянул мельком - вроде бы у всех лошадей по четыре ноги и никто явно не хромает, - а уж смотреть разминку нет времени, не успеешь поставить. Очередь продвигается медленно, заряжают помногу. Как же мне играть? Надо срочно решать. В следующем заезде два фонаря - Заботливый и Верный. На Заботливом - Паша, который уже проиграл на Лабиринте, на Верном - Коля, который, по моим расчетам, должен выиграть на Лиане. Если Лиана будет первой, то Коля умрет, но постарается протянуть свой дубль, то есть приехать и на Верном. Значит, на эту комбинацию кладу рубль. Но ведь глупо угадать Лиану и упустить выигрыш, если придет Заботливый. Однако ты же клялся не играть Пашу! Не играть, не играть, а как он подготовил Лабиринта? С точки зрения имен - Лиана и Заботливый плохо сочетаются. То ли дело: Отелло и Верный, верный Отелло - в этом есть смысл. Но заботливым Отелло никак не назовешь (удушил Дездемону, странная забота). Верный Колос? Как Колос может быть верным? Но заботливый Колос - это вообще абракадабра. Ладно, еще два рубля - от Отелло и Колоса к Верному. Верный Обрыв? Сами имена гарантируют проигрыш, отпадает. Благозвучно: Верный Идеолог и Заботливый Идеолог ("Прошла зима, настало лето, спасибо партии за это"). Ну прояви характер: Идеолога - ни рублем! Три комбинации у меня есть, может, хватит?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адриан Моул и оружие массового поражения
Адриан Моул и оружие массового поражения

Адриан Моул возвращается! Фаны знаменитого недотепы по всему миру ликуют – Сью Таунсенд решилась-таки написать еще одну книгу "Дневников Адриана Моула".Адриану уже 34, он вполне взрослый и солидный человек, отец двух детей и владелец пентхауса в модном районе на берегу канала. Но жизнь его по-прежнему полна невыносимых мук. Новенький пентхаус не радует, поскольку в карманах Адриана зияет огромная брешь, пробитая кредитом. За дверью квартиры подкарауливает семейство лебедей с явным намерением откусить Адриану руку. А по городу рыскает кошмарное создание по имени Маргаритка с одной-единственной целью – надеть на палец Адриана обручальное кольцо. Не радует Адриана и общественная жизнь. Его кумир Тони Блэр на пару с приятелем Бушем развязал войну в Ираке, а Адриан так хотел понежиться на ласковом ближневосточном солнышке. Адриан и в новой книге – все тот же романтик, тоскующий по лучшему, совершенному миру, а Сью Таунсенд остается самым душевным и ироничным писателем в современной английской литературе. Можно с абсолютной уверенностью говорить, что Адриан Моул – самый успешный комический герой последней четверти века, и что самое поразительное – свой пьедестал он не собирается никому уступать.

Сьюзан Таунсенд , Сью Таунсенд

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза