Читаем Будущее, ХХI век. Десантники полностью

Вадим все пытался одной рукой закрыть фонарь. Другой он придерживал упавший ему на колени ящик анализатора. Саул говорил сквозь зубы:

— Мерзавцы… подлецы… мучители… Машины вам? Будут вам машины!.. Земли воевать? Будут вам земли!..

Вадиму, наконец, удалось вскарабкаться на сиденье и он огляделся. Глайдер мчался прямо на котлован. Антон, вцепившись в подлокотники, щурясь от ветра, смотрел прямо в спину Саула.

— Варенья тебе? — рычал Саул. — Я тебе покажу варенье!… Сладкую еду… труполюбы…

Глайдер взлетел над котлованом. Саул замолчал и, перегнувшись через борт, выпалил из скорчера прямо вниз. Вадим отшатнулся. Ослепительное лиловое пламя выбросилось из котлована, громовой удар рванул уши и все осталось позади.

Вадим, напрягаясь так, что у него все внутри захрустело, захлопнул, наконец, фонарь. Стало тихо.

— Я им внушу другие понятия о вечности, — сказал Саул и замолчал.

— А может быть, не надо? — робко предложил Вадим. Он еще не понимал, чего хочет Саул. Ну что с них взять, думал он. Тупые, невежественные люди. Разве на них можно сердиться по–серьезному?

Глайдер с ревом мчался над верхушками холмов, разбрасывая тучи снежной пыли. Саул был очень неважным водителем, он подавал на двигатель слишком много энергии, и двигатель работал наполовину вхолостую. Зато за глайдером тянулась плотная стена изморози. Несколько птиц кинулось наперерез и сейчас же пропало в снежном вихре. А позади, над искрящейся мутью, поднимался в небо дымный столб.

— Одно жалко, одно… — снова заговорил Саул. — Как жаль, что нельзя уничтожить одним махом всю тупость и жестокость, не уничтожив при этом человека… Ну, хоть одну–то глупость в этой безмерно глупой стране!..

— Вы летите к шоссе? — спокойно спросил Антон.

— Да. И не пытайтесь остановить меня.

— И не подумаю, — сказал Антон. — Только будьте осторожны.

Теперь Вадим понял и уставился на скорчер. Кажется, начинается такое, подумал он, чего я никогда в жизни не смогу описать… и не смогу понять.

На шоссе все было по–прежнему. Как и вчера, как и сто лет назад, бесшумно, ровными рядами шли машины. Из дыма выходили и уходили в дым. И так могло бы быть вечно. Но вот Саул посадил глайдер в двадцати метрах от полотна, откинул фонарь и положил ствол скорчера на борт.

— Я на терплю ничего вечного, — неожиданно спокойно сказал он и выстрелил.

Первый удар пришелся по громадной черепахообразной машине. Панцирь вспыхнул и разлетелся, как яичная скорлупа, а платформа на одной гусенице завертелась на одном месте, сшибая идущие следом маленькие зеленые кары.

— Нельзя изменить законы истории… — сказал Саул.

С громом запылала огромная черная башня на колесах, а другая такая же опрокинулась и загородила часть шоссе.

— …но можно исправить некоторые исторические ошибки, — продолжал Саул, целясь.

Лиловая молния миллионовольтного разряда лопнула под днищем оранжевой машины, похожей на полевой синтезатор, и она, распадаясь на части, взлетела высоко в воздух.

— …эти ошибки даже должно исправлять, — приговаривал Саул, непрерывно стреляя. — Феодализм… и без того… достаточно грязен.

Потом он замолчал. Справа росла груда раскаленных обломков, а слева шоссе опустело — впервые, вероятно, за тысячи лет, — там пробегали только отдельные машины, случайно прорвавшиеся через огненную завесу. Потом пылающая гора распалась с шипением и треском, поднялся высокий столб искр и пепла, и сквозь облака дыма на шоссе хлынули новые ряды машин. Саул зарычал и снова припал к скорчеру. Снова загремели разряды, запылали, взрываясь, машины, и снова начала расти груда раскаленных обломков. Черные тяжелые клубы, прорезаемые фонтанами искр, повисли в небе. Из дыма мохнатыми хлопьями падал пепел, и снег вокруг почернел и дымился. У шоссе обнажилась земля.

Вадим сидел, упираясь ногами в ящик анализатора, вздрагивая и щурясь при каждой вспышке. Потом он привык и перестал щуриться. Снова и снова вырастала на шоссе пылающая гора, снова и снова она рассыпалась, разбрасывая горящие обломки, шумно вздыхая волнами нестерпимого жара, а машины все шли и шли неодолимым потоком, равнодушные ко всему этому уничтожению, и не было им конца.

— Наверное, хватит, Саул, — попросил Антон.

Это бесполезно, подумал Вадим. Саул перестал стрелять — кончились заряды — и уронил голову на руки. Горячее дуло скорчера задралось в небо. Вадим поглядел на покрытые копотью руки и голову Саула и ощутил огромную усталость. Не понимаю, подумал он. Все зря. Бедный Саул. Бедный Саул.

— История, — хрипло сказал Саул, не поднимая головы. — Ничего нельзя остановить.

Он выпрямился и посмотрел на ребят.

— Сердце не вытерпело, — сказал он. — Простите меня. Сердце не вытерпело. Я просто не смог. Надо было хоть что–нибудь сделать.

Они сидели и долго глядели на шоссе. Машины ряд за рядом катились своим путем, сталкивая обломки на обочины, сметая пепел, и вскоре все стало по–прежнему, только поперек шоссе медленно остывало багровое пятно, чернел испачканный снег вокруг, и долго не рассевалась над головой дымная пелена, сквозь которую, вздрагивая, глядел красный искаженный диск — желтый карлик ЕН 7031.

Перейти на страницу:

Все книги серии Гиганты фантастики

Я вас предупредил
Я вас предупредил

Его именем названа звезда в созвездии Близнецов, а на земле творчество Василия Головачёва – это бесконечная вселенная с мирами и войнами, межпланетными путешествиями, мужественными людьми и твёрдой верой в правду и справедливость. Наряду с «классическими» рассказами прошлых лет в сборник включены новинки, такие как повесть «Пыль», за которую автор получил премию Русского космического общества, и рассказ «Перехват».Новая книга – самый полный сборник рассказов гранд-мастера российской фантастики, тираж изданных произведений которого превышает 25 миллионов экземпляров, а количество скачиваний электронных версий не поддаётся подсчёту.Автор называет эту книгу Самое Систематизированное Собрание Рассказов (СССР), потому что здесь и срез времён, и кладовая идей, и ностальгия по достижениям великой космической державы, и взгляд в будущее. Фантастически ясный и провидческий.

Василий Головачёв

Боевая фантастика
Мрачный Жнец (сборник)
Мрачный Жнец (сборник)

Смерть Плоского мира — не некая абстрактная неприятность, что случается рано или поздно с каждым из нас. О нет! Смерть – это он. Со всеми вытекающими… Он весьма ответственный, ведь всем известно, как это неприятно – умереть не вовремя. У него есть дочь, собственный дом, слуга Альберт (в миру — самый могущественный волшебник Плоского мира и основатель Незримого университета – Альберто Малих) и лошадь Бинки (да, живая, ибо возня со скелетами уже порядком поднадоела). В общем, Смерть Плоского мира — весьма примечательная личность. И из-за этого и начинаются проблемы… Во-первых, Смерть стал дедушкой. Во-вторых, Он снова подался в народ… Который то сходит с ума от новой музыки, то вдруг решил обойтись без Санта-Хрякуса на главном празднике года. В общем, скучать не придется никому. P.S. В эпизодах: Смерть Крыс, преподаватели Незримого Университета (и Библиотекарь) в полном составе, "Рок-Группа", эльф Альберто, Бог похмелья, Зубная фея и проч.Содержание:Мор, ученик Смерти (перевод С. Увбарх)Мрачный Жнец (перевод Н. Берденникова)Роковая музыка (перевод Н. Берденникова)Санта-Хрякус (перевод Н. Берденникова)

Терри Дэвид Джон Пратчетт , Терри Пратчетт

Фантастика / Юмористическая фантастика

Похожие книги