Читаем Будущее, ХХI век. Десантники полностью

Саул сказал непонятно:

— Это как печи… Если разрушить только печи — построят новые, и все.

Где–то неподалеку раздались знакомые до отвращения жалобные крики. Вадим неохотно повернул голову. На проселке возле шоссе стояла толпа измученных людей в мешковине, и стражники в шубах и с копьями суетились вокруг. Что им здесь надо? — равнодушно подумал Вадим. Стражники древками пик выгнали из толпы какого–то несчастного. Дрожа и оглядываясь, он прошел по черному снегу и вышел на шоссе. Громадная блестящая башня мягко катилась на него. Несчастный с отчаянием посмотрел на стражников. Те проорали что–то про руки. Преступник закрыл глаза и раскинул руки крестом. Машина сшибла его и покатилась дальше. Саул поднялся. Скорчер, глухо стукнув, упал на дно кабины.

— Хочу набить им морду, — сказал Саул. Пальцы у него сгибались и разгибались.

Антон поймал его за куртку.

— Честное слово, Саул, — сказал он, — это тоже бесполезно.

— Знаю, — Саул сел. — Вы думаете, я не знаю? Ну, почему я ничего не могу сделать? Почему я ни там ни здесь ничего не могу сделать?

Стражники вытолкнули на дорогу другого заключенного. Первый так и остался лежать, плоский, как пустой мешок. Второй раскинул руки и встал на пути красной платформы с кубическим ящиком. Платформа снизила скорость и остановилась перед ним в двух шагах. Стражники закричали. Заключенный поднял руки и, пятясь, стал сходить с шоссе. Красная машина, как привязанная, ползла за ним. Она съехала на проселок и тяжело закачалась на колдобинах. Заключенный все пятился и пятился, уводя ее от шоссе к котловану. А по шоссе все шли, шли и шли машины.

— Чепуху я сделал, — горестно сказал Саул. — Ругайте меня. Но все равно начинать здесь нужно с чего–нибудь подобного. Вы сюда вернетесь, я знаю. Так помните, что начинать нужно всегда с того, что сеет сомнение… Ну, что же вы меня не ругаете?

Вадим только судорожно вздохнул, а Антон сказал ласково:

— За что же, Саул? Вы не сделали ничего плохого. Вы сделали только странное.

<p>8</p>

— Димка, — сказал Антон, — пойди посмотри, как там Саул.

Вадим поднялся и вышел из рубки. Он спустился в кают–кампанию и заглянул к Саулу. На него пахнуло застоявшимся табачным дымом. Саул лежал на диване в той же позе, в которой они уложили его после перехода: вытянув ноги с огромными ступнями, закутавшись, выставив щетинистый кадык. Вадим присел рядом и потрогал его лоб. Лоб горел. Саул несвязно забормотал:

— Сухари… сухари нужны. Что вы ко мне с ножницами? В портняжной ножницы… не маникюрные же… Я вас о сухарях спрашиваю… а вы мне ножницы… — Он вдруг сильно вздрогнул и прохрипел: — Цум бефаль, господин блоковый… Никак нет, бьем вшей…

Вадим погладил его по бессильной руке. На Саула тяжело было смотреть. Всегда тяжело видеть сильного, уверенного человека в таком беспомощном состоянии. Саул медленно открыл глаза.

— А… — проговорил он. — Вадим… Димочка… Ты ничего не думай… На допрос всегда противно смотреть… Не думай обо мне плохо… Я вернусь… Это была просто слабость… А теперь я отдохнул немного и вернусь…

Глаза его снова стали закатываться. Вадим с жалостью глядел на него.

— Опять горим… — забормотал Саул. — Как дрова горим. Степанов горит! Да в рощу же, в рощу!..

Вадим вздохнул и поднялся. Он оглядел каюту. Беспорядок здесь был страшный. На полу валялся, вывернув внутренности, нелепый портфель. Содержимое было разбросано — странные серые картонные папки, набитые бумагой, украшенные стилизованным изображением какой–то птицы с раскинутыми крыльями. Один из чехлов раскрылся, и бумаги рассыпались по всей каюте. На столике тоже лежали бумаги. Вадим хотел было прибрать, но заметил, что Саул заснул. Тогда он на цыпочках вышел и прикрыл за собой дверь.

Антон сидел за пультом, положив пальцы на контакты, и задумчиво глядел на обзорный экран. По экрану медленно проползали вершины сосен, далекие сияющие этажи домов, красные огоньки энергоприемников.

— Плохо ему, — сказал Вадим. — Бредит. Сейчас, правда, заснул.

Он присел на подлокотник и уставился на стену, покрытую изображениями человеческих фигурок и предметов.

— Вот стену я напрасно испачкал, — проговорил он. — Надо было у Саула попросить бумаги. У него, оказывается, полный портфель бумаги. Между прочим, Хайра до икоты испугался, когда я стал рисовать.

— Ты знаешь, Димка, — сказал Антон задумчиво, — Саул, конечно, человек странный… Но чтобы у взрослого дяди не было прививки биоблокады… — он покачал головой.

— Ты хоть представляешь, чем он болен?

— Я тебе уже говорил — не представляю. Заразился чем — нибудь от Хайры…

Вадим представил себе, чем можно заразиться от Хайры, поморщился и сполз в кресло.

— Мне Саул нравится, — объявил он. — Он чудак с точкой зрения. И он восхитительно загадочен. Никогда в жизни я не слыхал такого загадочного бреда.

— А сколько раз ты вообще слышал бред?

— Это несущественно. Я читал. Между прочим, он сказал, что его бегство с Земли было просто слабостью. Теперь, говорит, я отдохнул немного и вернусь. Я рад за него, Тошка.

— Это он тебе в бреду говорил?

Перейти на страницу:

Все книги серии Гиганты фантастики

Я вас предупредил
Я вас предупредил

Его именем названа звезда в созвездии Близнецов, а на земле творчество Василия Головачёва – это бесконечная вселенная с мирами и войнами, межпланетными путешествиями, мужественными людьми и твёрдой верой в правду и справедливость. Наряду с «классическими» рассказами прошлых лет в сборник включены новинки, такие как повесть «Пыль», за которую автор получил премию Русского космического общества, и рассказ «Перехват».Новая книга – самый полный сборник рассказов гранд-мастера российской фантастики, тираж изданных произведений которого превышает 25 миллионов экземпляров, а количество скачиваний электронных версий не поддаётся подсчёту.Автор называет эту книгу Самое Систематизированное Собрание Рассказов (СССР), потому что здесь и срез времён, и кладовая идей, и ностальгия по достижениям великой космической державы, и взгляд в будущее. Фантастически ясный и провидческий.

Василий Головачёв

Боевая фантастика
Мрачный Жнец (сборник)
Мрачный Жнец (сборник)

Смерть Плоского мира — не некая абстрактная неприятность, что случается рано или поздно с каждым из нас. О нет! Смерть – это он. Со всеми вытекающими… Он весьма ответственный, ведь всем известно, как это неприятно – умереть не вовремя. У него есть дочь, собственный дом, слуга Альберт (в миру — самый могущественный волшебник Плоского мира и основатель Незримого университета – Альберто Малих) и лошадь Бинки (да, живая, ибо возня со скелетами уже порядком поднадоела). В общем, Смерть Плоского мира — весьма примечательная личность. И из-за этого и начинаются проблемы… Во-первых, Смерть стал дедушкой. Во-вторых, Он снова подался в народ… Который то сходит с ума от новой музыки, то вдруг решил обойтись без Санта-Хрякуса на главном празднике года. В общем, скучать не придется никому. P.S. В эпизодах: Смерть Крыс, преподаватели Незримого Университета (и Библиотекарь) в полном составе, "Рок-Группа", эльф Альберто, Бог похмелья, Зубная фея и проч.Содержание:Мор, ученик Смерти (перевод С. Увбарх)Мрачный Жнец (перевод Н. Берденникова)Роковая музыка (перевод Н. Берденникова)Санта-Хрякус (перевод Н. Берденникова)

Терри Дэвид Джон Пратчетт , Терри Пратчетт

Фантастика / Юмористическая фантастика

Похожие книги