— Алло, мам?
— Булочка? Привет, дорогая! Что-то случилось?
Мне стало немного стыдно, потому что сама я очень редко звонила родителям. Так что неудивительно, что мама заволновалась.
— Нет, мам, все хорошо. Просто хочу к вам зайти сейчас. Подарки занести. Вы никуда не уходите?
— Сейчас нет, но через два часа мы с Леночкой и Стасиком идем не представление. Успеешь?
— Ага. Уже бегу!
Пакеты с подарками стояли в коридоре, так что собралась я быстро. У родителей я была уже через десять минут.
— Тетя Маша! Тетя Маша! — Запрыгали вокруг меня дети. — А что ты нам принесла?
— Секрет! — Я заговорщицки подмигнула племянникам. — Я по дороге встретила Дедушку Мороза, и он просил передать вам подарки. Только, чур, до Нового года не открывать! Договорились?
— Да! — хором ответил дети. Их глаза горели от предвкушения праздника, и мне вдруг тоже захотелось снова стать маленькой и забыть обо всех ничего не стоящих проблемах.
Дети унеслись раскладывать подарки под елкой, а ко мне вышла мама. На ней был передник, а в руке она держала нож для чистки овощей.
— А где все остальные? — спросила я.
— Папа пошел за майонезом, а Миша с Ларочкой у соседей. Скоро должны вернуться. Подождешь?
— Нет, мам, мне пора. Самой еще готовить надо.
— Может, все-таки приведешь сегодня к нам своего парня?
Маме настойчивости и упрямства не занимать.
— Нет, мам, у нас свои планы.
— Ясно, — вздохнула мама. — Но, если что, мы вас все равно ждем.
— Хорошо, мам, — улыбнулась я и поцеловала ее в щеку. — С наступающим!
— Спасибо, дорогая, и тебя так же.
Леша должен был приехать к семи, так что у меня было еще достаточно времени, чтобы подготовиться. Полуфабрикаты были уже в холодильнике, так что осталось совсем немного. Куда больше внимания я собиралась уделить своей внешности. Все-таки сегодня (наконец-то!) должна быть наша первая ночь.
Где-то в полшестого, когда я как раз заканчивала сушить волосы, раздался звонок в дверь. Кто бы это мог быть? Леше еще рано. Может быть, у соседки опять сахар закончился? Она почему-то всегда приходит за ним именно ко мне. Можно подумать, у меня здесь целый балкон сахара. И куда она вообще его девает?
В дверной звонок было сложно что-то разглядеть, потому что на лестничной клетке было довольно темно — опять кто-то лампочку выкрутил. Но очертания фигуры были вроде женские.
— Кто там?
— Маша, это Алена.
— Алена? — Я открыла дверь и впустила ее в тамбур. Выглядела девушка не намного лучше, чем в день после свадьбы Инги. — Ты откуда здесь? И как ты узнала, где я живу?
— Инга сказала. Чаем угостишь?
— Хорошо.
Я повесила ее пальто в шкаф и удивилась тому, что Василевс не пошел проверить, кто к нам пришел. Вместо этого он остался на диване и очень сосредоточенно следил за происходящим.
— Черный или зеленый? — спросила я, когда Алена села за стол. На нее было страшно смотреть: под глазами синяки, щеки впали, а цвет лица стал какой-то землистый.
— Любой. Только некрепкий, если можно.
— Хорошо.
Через несколько минут я поставила одну чашку перед Аленой, а вторую взяла себе.
— Так почему ты все-таки ко мне пришла?
Алена взяла свою чашку, посмотрела в нее, сглотнула и отодвинула.
— Я беременна.
— Э… Поздравляю. Наверное.
— Можешь не поздравлять. Я беременна от Леши.
Глава 10 (31.12–01.01)
Я встречала Новый год в одиночестве лишь однажды. И тогда я пообещала себе, что такого больше со мной не случится. Обещание я сдержала: у сверкающей разными огоньками елки сидели мы вдвоем: я и Василевс.
— Колбаски хочешь?
— Мяу!
Было почти половина двенадцатого, так что продержаться до боя курантов оставалось совсем немного. Телевизор я решила пока не включать и почти на всю громкость включила плейлист, практически полностью состоявший из песен моего любимого “Пикника”. Василевс был не против, а соседям тем более было наплевать. Их бурные застолья были отлично слышны через тонкие стены нашей панельки.
Эдмунд Шклярский прочувственно заводил “Королевство кривых”, и я еле сдерживалась, чтобы не начать ему подпевать. Обычно я стеснялась петь даже наедине с самой собой. А потом я подумала: “А какого черта!” Я имею полное право отвести душу! Что было сил и дури, я завопила:
— Он занят игрой, и каждый второй
Да, каждый второй замедляет свой шаг.
Но только не я, я весел и пьян,
Я только сейчас начинаю дышать…
Так мы дуэтом допели до боя курантов. Я даже и не заметила, как в одно лицо опустошила бутылку шампанского. Фу, какая ерунда! У меня в холодильнике еще две есть!
— Василевс, еще колбаски?
— Мяу!
— Киса, мы сегодня гуляем!
— Мяу!!!
Ноги стали невесомыми, и я буквально парила по квартире. Я как раз успела открыть новую бутылку, когда сперва раздались счастливые выкрики за стенкой, а потом и первый удар часов. Пора было загадывать желание. О! Я точно знала, чего хочу.
— Да пошли все мужики лесом! — заорала я. — Этот год я посвящаю себе!
Залпом я выпила шампанское, и часы пробили полночь.
— С Новым годом, Василевс! — Я почесала кота под подбородком, и он довольно положил голову мне на руку.
— Мр, мяу!