Читаем Чайковский полностью

Чаще всего два этих отрывка объясняют тем, что дети Надежды Филаретовны начали высказывать недовольство по поводу ежегодных субсидий Чайковскому. Мол, у самих почти ничего не осталось, так зачем шесть тысяч на ветер швырять? Эта версия подкрепляется тем, что пишет Петр Ильич 2 (14) июля 1890 года: «Согласно Вашему совету, я отдам две трети бюджетной суммы на текущий счет в банк. Я твердо решился с этого года откладывать часть получаемых мной денег и со временем приобресть все-таки какую-нибудь недвижимость, весьма может быть, Фроловское, которое мне, несмотря на вырубку леса, очень нравится». С чего бы вдруг баронесса посоветовала Чайковскому положить две трети субсидии на банковский счет? Это же неспроста – она явно боялась того, что выплаты будут прекращены по настоянию детей.

По настоянию детей? А других вариантов быть не может? Мы же знаем, что Надежда Филаретовна тяжело болела и дела ее шли не самым лучшим образом (давайте уж скажем прямо: никто из фон Мекков, кроме покойного Карла Федоровича, активно прибиравшего к рукам казенные средства, вести дела не умел). Понимая, что финансирование скоро закончится по независящим от нее причинам, Надежда Филаретовна платила раньше и приучала Петра Ильича к мысли о необходимости бережного отношения к деньгам – именно так можно истолковать просьбу положить бо́льшую часть суммы в банк. Вероятнее всего, Надежда Филаретовна была озабочена состоянием своего здоровья. Как бы ни пошатнулись финансовые дела семейства фон Мекков, сумма в шесть тысяч рублей ничего не меняла, и об этом Петру Ильичу писала сама баронесса.

Но тут возникает новый вопрос – что же все-таки произошло между 13 и 18 или 19 сентября 1890 года[241]? Кроме внезапного и значительного ухудшения состояния ничего больше предположить нельзя. Или же врачи, наблюдавшие Надежду Филаретовну, ознакомили ее с реальным, весьма неутешительным, прогнозом. Ни о каких порочащих сведениях или внезапных обидах речи быть не может, поскольку обиженные или оскорбленные не просят «не забывать» или «хотя бы иногда вспоминать». У баронессы не было негативного отношения к Чайковскому.

Но он ей ответил, а она ему, насколько нам известно, – нет. Почему?

Ответ на этот вопрос можно найти у Анны фон Мекк, писавшей о тяжелой болезни свекрови, и у Николая Кашкина: «На Чайковского всего сильнее подействовало в этом случае то обстоятельство, что на свое единственное письмо, написанное в ответ на уведомление о прекращении субсидии, он не получил уже никакого ответа, – сообщает Кашкин. – Если бы Петр Ильич навел основательные справки, то он мог бы узнать, что письмо от 13 сентября 1890 года было вообще последним, написанным Надеждой Филаретовной в жизни, ибо давнишняя, застарелая чахотка осложнилась у нее острым воспалением легких, и хотя организм и выдержал это сочетание болезней, но силы больной упали, и она почти потеряла возможность владеть руками, так что когда ее подпись была нужна для деловых бумаг, то она делала это обеими руками, то есть поддерживая правую левой. Сверх того, помимо опасений конечного разорения и собственной тяжкой болезни, над бедной женщиной разразился еще страшный удар, сильнее которого она не могла испытать в жизни, а именно: почти одновременно с ней заболел ее старший сын Владимир Карлович, которого она любила более всего на свете, и заболел страшным недугом, сведшим его после нескольких лет страданий в могилу. Со смертью сына личная жизнь Надежды Филаретовны окончилась, и остальное время она уже не жила, а только угасала, теряя постепенно зрение и слух; глубоко мистическое настроение овладело ею, и она лишь в нем искала утешения и поддержки. Тем не менее, как нам пришлось слышать от наиболее близких к ней лиц, родственников и посторонних, она постоянно вспоминала о Петре Ильиче, имела о нем подробные сведения и говорила, что их дружба остается лучшим воспоминанием ее жизни, которую она почитала оконченною»[242].

Версий, объясняющих прекращение отношений, много, и в них легко можно запутаться. В сложной ситуации лучше всего обращаться к первоисточникам. Они есть, только вот не все биографы склонны обращать на них внимание.

Перейти на страницу:

Все книги серии Самая полная биография

Ленин
Ленин

Владимир Ленин – фигура особого масштаба. Его имя стало символом революции и ее знаменем во всем мире. Памятник и улица Ленина есть в каждом российском городе. Его именем революционеры до сих пор называют своих детей на другом конце света. Ленин писал очень много, но еще больше написано о нем. Но знаем ли мы о Владимире Ильиче хоть что-то? Книга историка Бориса Соколова позволяет взглянуть на жизнь Ленина под неожиданным углом. Семья, возлюбленные, личные враги и лучшие друзья – кто и когда повлиял на формирование личности Ленина? Кто был соперницей Надежды Крупской? Как Ленин отмывал немецкие деньги? В чем связь между романом «Мастер и Маргарита» и революцией 1917 года? Почему Владимир Ульянов был против христианства и религии? Это и многое другое в новом издании в серии «Самая полная биография»!В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Борис Вадимович Соколов

Биографии и Мемуары

Похожие книги

Айседора Дункан. Модерн на босу ногу
Айседора Дункан. Модерн на босу ногу

Перед вами лучшая на сегодняшний день биография величайшей танцовщицы ХХ века. Книга о жизни и творчестве Айседоры Дункан, написанная Ю. Андреевой в 2013 году, получила несколько литературных премий и на долгое время стала основной темой для обсуждения среди знатоков искусства. Для этого издания автор существенно дополнила историю «жрицы танца», уделив особое внимание годам ее юности.Ярчайшая из комет, посетивших землю на рубеже XIX – начала XX в., основательница танца модерн, самая эксцентричная женщина своего времени. Что сделало ее такой? Как ей удалось пережить смерть двоих детей? Как из скромной воспитанницы балетного училища она превратилась в гетеру, танцующую босиком в казино Чикаго? Ответы вы найдете на страницах биографии Айседоры Дункан, женщины, сказавшей однажды: «Только гений может стать достойным моего тела!» – и вскоре вышедшей замуж за Сергея Есенина.

Юлия Игоревна Андреева

Музыка / Прочее