Читаем Чан Кайши полностью

Я был ошарашен, но деду не поверить не мог. Ведь в начале 1920-х мой дед был представителем Коминтерна[1] в Китае, в 1925–1930-х годах преподавал в коминтерновском вузе, где обучались китайские революционеры, в том числе старший сын Чан Кайши — Цзян Цзинго, и будущий отец китайских реформ Дэн Сяопин, а с начала 1930-х читал лекции по истории Китая в Институте востоковедения и Московском университете. И Чан действительно вплоть до апреля 1927-го считался в Советском Союзе верным другом, поскольку был тогда одним из вождей китайской национальной революции, но после 12 апреля 1927 года, когда совершил в Китае антикоммунистический переворот, превратился в «собаку черной китайской реакции». В 1937 же году, в связи с подписанием советско-китайского пакта о ненападении и организацией в Китае единого антияпонского фронта между чанкайшистским Гоминьданом (ГМД, Националистическая партия) и китайской компартией (КПК), Чан вновь стал другом и союзником СССР. Однако вслед за окончанием Второй мировой войны и возобновлением гражданской войны между ГМД и КПК в 1946 году вновь превратился в супостата. И 2 октября 1949 года СССР даже разорвал с Чан Кайши дипломатические отношения вслед за тем, как 1 октября Мао Цзэдун провозгласил образование Китайской Народной Республики.

Оставался Чан Кайши врагом и тогда, когда в сознании советского человека место главного ненавистника СССР на Дальнем Востоке занял сам Мао Цзэдун. Чан продолжал быть таковым до начала 1990-х годов. И только после крушения советской власти в СССР отношение к нему стало постепенно меняться. По крайней мере о нем перестали говорить как о «фашисте», а российско-тайваньские отношения начали развиваться и в торговой, и в культурной областях. Однако о том, чтобы вновь зачислить Чана в друзья или хотя бы отнестись к нему объективно, речи больше не шло, хотя у власти на Тайване и в 1990-е годы, и в 2008–2016 годах стояла его партия, Гоминьдан. Не идет об этом речь, разумеется, и сейчас, когда на Тайване правит Демократическая прогрессивная партия (ДПП), откровенно античанкайшистская.

Стереотипы преодолевать всегда трудно. А в отношении Чан Кайши — особенно. Слишком уж противоречива и многогранна его фигура — настолько, что и по сей день вызывает ожесточенные споры даже среди историков. Кто-то по-прежнему считает Чана ярым реакционером и даже нацистом, а кто-то убежден в его прогрессивности, кто-то считает его неоконфуцианцем, а кто-то — радикальным революционером, кто-то — утопистом, а кто-то — прагматиком.

Как же относиться к Чану? Ответ вряд ли может быть однозначным. С одной стороны, Чан действительно коварный, хитрый и алчущий неограниченной власти правитель, на счету которого более полутора миллионов загубленных человеческих жизней. Но с другой стороны — великий революционер, борец за национальное освобождение своего народа, патриот, выдающийся политический и военный деятель XX века, архитектор нового, республиканского, Китая, герой Второй мировой войны и верный союзник стран антигитлеровской коалиции. Кроме того, христианин и одновременно конфуцианец, мечтатель о всеобщем равенстве. Более того, в отличие от многих жестоких правителей прошлого столетия, таких, например, как Сталин и Мао Цзэдун, он в последний период жизни (1949–1975 годы) смог сделать выводы из трагических ошибок прошлого и, потерпев поражение в гражданской войне, превратил в итоге остров Тайвань — пусть и небольшую по размеру страну — в процветающее государство, основанное на принципах народного благосостояния и социальной справедливости. Да, сделал он это авторитарными методами, а как еще можно было преодолеть вековую отсталость китай — ского народа? Да есть ли вообще бескровный путь от тоталитаризма к народовластию?

Объяснить феномен Чан Кайши стало возможным только сейчас, после того как многие архивные документы, проливающие свет на его жизнь, деятельность и взаимоотношения с родными, друзьями и врагами, оказались рассекречены. Эти документы хранятся в Архиве тайваньской Академии истории, Центральном партийном архиве Гоминьдана, Втором историческом архиве Китая в Нанкине, Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ, бывший Центральный партийный архив Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС), Архиве внешней политики Российской Федерации (АВП России), Центре хранения современной документации (ЦХСД, бывший Архив ЦК КПСС), Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ), Национальном архиве США, Архиве Колумбийского университета, Архиве Оберлинского колледжа, Архиве Института Гувера Стэнфордского университета, читальном зале Центрального разведывательного управления (ЦРУ) США, президентских библиотеках и музеях Франклина Д. Рузвельта, Гарри С. Трумэна, Дуайта Д. Эйзенхауэра, Джона Ф. Кеннеди, Линдона Б. Джонсона и Ричарда Никсона. Часть из них в последнее время опубликована.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Житнухин , Анатолий Петрович Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Аркадий Иванович Кудря , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь , Марк Исаевич Копшицер

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии