Читаем Че Гевара полностью

День провели в безуспешных поисках выхода, и его еще не видно. Мы около Рио Гранде и прошли уже Юмон, нет новых патрулей. (…) счастливое событие: прибыли Бениньо, Ньято и Хулио. (…)

30-е.

Ситуация начинает становиться устрашающей, мачетерос потеряли сознание. Мигель и Дарио выпили свою мочу, и Чино сделал то же самое, плачевный результат, понос, спазмы. Урбано и Хулио спустились в каньон и нашли воду (…)

Высота 1 200 м.

Итоги месяца:

(Без всякого сомнения — все плохо…) Потеря тайников с документами и медикаментами, которые там находились, тяжелый удар, особенно в психологическом плане. Потеря двух человек в конце месяца и последовавший за этим трудный переход с едой из конины деморализовали людей и встал вопрос об уходе Кам-бы (…) Отсутствие контактов с внешним миром и Хоакином, и то, что заговорили те, кого схватили, несколько деморализовало отряд. Моя болезнь посеяла у некоторых сомнения (…) Наиболее важные характеристики:

1) Мы по-прежнему лишены каких-либо контактов и не имеем надежды установить их в ближайшее будущее.

2) Мы по-прежнему не добились присоединения к нам крестьян. Это логично, принимая во внимание то, что в последнее время у нас с ними было мало встреч.

3) Моральный дух бойцов понижается, но надеюсь, временно.

4) Армия не действует более эффективно и напористо.


[4-е.

Два дезертира, Эйсебио и Чинчоло, задержаны армией, ведут солдат к «стратегическим тайникам», как их называет Режи Дебрэй, рассредоточенных около центрального лагеря. Обнаружение документации, которая там спрятана, позволяет властям раскрыть городскую сеть — арест Лойолы Гусман, — создать «процесс Камири» и дойти до блокирования.

Месяц прошел в фильтровании журналистов и официальных лиц, приехавших на процесс Дебрэя и Бустоса. Когда 8 августа знаменитый итальянский издатель появляется в Ла-Пасе, он оказывается под контролем секретных служб. Позднее он опубликует дневник Че в Боливии и умрет таинственным образом 15 марта 1972 года около Милана. Из солидарности к Дебрэю прибывает французский издатель Франсуа Масперо в сопровождении адвоката Жоржа Пине, бельгийца Роже Лальмана, представляющего Лигу прав человека, и Жака Винерона с научного факультета Парижского университета. Масперо подвергся четырехчасовому допросу и был обвинен в заговоре против Боливии.

Месяц, когда начинает действовать новый дипломатический атташе посольства СССР, литовец по происхождению, ставший агентом ЦРУ, который с 1965 до начала 1967 года был ответственным за информацию в Сайгоне для Голоса Америки.Он помогает ЦРУ проникнуть в основные средства массовой информации страны и дезинформировать о действиях герильеро.

26 августа прибытие в Ла-Пас генерала Жоржа Пор-теро, главнокомандующего американских баз, расположенных на юге США, с пунктом в Панаме. Его сопровождают два других генерала и много полковников. Цель миссии — оценить герилью и военную ситуацию в стране.

31-е.

Засада в Вадо дель Йесо. Тыл Хоакина, прибывший на берег Рио Гранде, проводит крестьянин Онорато Рохас до брода, где его ждет, прячась на берегу, пехотная рота. Семь герильеро уничтожены, когда они переправлялись через реку: кубинцы Хоакин (команданте Вило Акунья Нуньес), Алехандро (команданте Густаво Мачин Ольд де Лече), Браулио (лейтенант Исраэль Рейес Сайас), Таня (Тамара Бункер) и боливийцы: Моис Гевара, Вальтер Арансибия и Поло, Апполинар Акино. Эль Негро, Реституто Хосе Кабрера Флорес, перуанский врач, и боливиец Фредди Маймура схвачены и расстреляны. Оставшийся в живых боливиец Пако Хосе Кастило Чавес посажен в тюрьму. Че получает информацию по радио и отказывается от поисков арьергарда. Онорато Рохас, предатель, будет расстрелян 14 июля 1969 года].

2 сентября.

Рано утром мы отправились к фермам, оставив Коко, Пабло и Бениньо в засаде в доме под руководством Мигеля (…) В 13 часов 30 минут услышали выстрелы и узнали, что приблизились крестьянин с солдатом и лошадью. Стоявший с Помбо и Ейстакио на посту Чино испустил крик: «Солдат», и зарядил ружье, солдат выстрелил в него и убежал. Помбо выстрелил и убил лошадь. Я притворился разозленным. И на самом деле верх неспособности. (…) Пастухи рассказали, что жена Онорато жалуется на солдат, так как солдаты избили мужа и съели все, что у них было. Когда пастухи проходили, восемь дней назад, Онорато был в Валле Гранде, где лечил рану от укуса тигра (…)

Радио передало грязное сообщение об уничтожении группы из десяти человек под командованием кубинца Хоакина в зоне Камири: но это передавал Голос Америки,а местные станции об этом не говорили.

3-е.

(…) Наши убили солдата, у которого была собака. Солдаты среагировали и окружили их, но они проскочили (…) Над зоной летал самолет и выпустил несколько снарядов примерно на Ньянкауасу (…)

4-е.

(…) По радио передали сведения об Эль Негро, перуанском враче, убитом в Пальмарито и перевезенном в Камири; Эль Пелао участвовал в его опознании. На этот раз речь идет о реальной смерти: другие могут быть ложными или выдаваться за таковые. (…)

5-е.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное
Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева , Лев Арнольдович Вагнер , Надежда Семеновна Григорович , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное