Читаем Человечество: вчера, сегодня, завтра полностью

— Так вдруг? — Галина Васильевна по-прежнему старалась выглядеть искренне удивленной происходящим.

— Какое же «вдруг», если целая жизнь прошла. Но, как говорится, лучше поздно, чем никогда. Давай, Галя, соглашайся... Ну, согласна?

Галина Васильевна медлила с ответом, потом, тяжело вздохнув, вымолвила:

— Ну что же, Александр Александрович, давай попробуем жить вместе.

Итак, ситуация сложилась прелюбопытная. К свадьбам готовились одновременно четыре пары: Васильев с Галиной Васильевной, Алексей с Наташей, Юра с Ольгой, Анатолий с Ирой. Молодежь была настроена сыграть общую свадьбу. Васильев и Галина Васильевна не имели ничего против того, чтобы все молодые поступили именно так, но сами в этом участвовать отказались. Они, зарегистрировав свой брак в загсе, устроили в ресторане Дома ученых не свадьбу, а ужин.

Зал этого ресторана небольшой, в нем, наверное, не больше двадцати столов. И, хотя приглашены были на ужин только родственники и самые близкие друзья, все равно заказывать пришлось весь зал. В этом уютном зальчике, как бы обрамленном белоснежными колоннами, под куполообразным потолком и прошло семейное торжество немолодых уже молодоженов.

Готовясь к нему, Галина Васильевна больше всего боялась, что гости постоянно будут кричать: «Горько!» Поэтому она уговорила мужа, чтобы тот провел с гостями соответствующую работу. Гости оказались настолько понятливыми, что молодоженам за весь вечер пришлось вставать для поцелуя всего дважды. Галина Васильевна даже пожалела о своей перестраховке: два поцелуя за вечер ей показались другой крайностью.

Сборы молодых к заключению брака но разным причинам несколько затянулись. Но настал день, когда они все вместе отправились в Черемушкинский загс подавать заявки. Оттуда должны были приехать к Васильевым на ужин по случаю этого знаменательного события.

Галина Васильевна на правах хозяйки в квартире Васильева накрывала стол. Александр Александрович со своим заместителем Петровым сидел в кабинете. Они обсуждали план издания материалов Делового клуба отдельной книгой. Выглянув из кабинета, Александр Александрович попросил жену приготовить им с Петровым по чашечке кофе.

— Звонил Алексей из загса, — сказала Галина Васильевна. — Они там все оформили и выезжают. Стол я уже накрыла. Так что вы с Иваном Дмитриевичем перебирайтесь в столовую. Будет вам и кофе, и шампанское. Гости вот-вот приедут...

Действительно, не успели Александр Александрович и Иван Дмитриевич свернуть свои рукописи, как услышали веселый шум молодой компании. Алексей, ведя под руку Наташу, сразу устремился к отцу:

— Вот, знакомьтесь, моя невеста!

— Дорогой мой, я знаю Наташу со школы. Когда они закончили десятый класс, я Олю с ее подругами Наташей и... — запнулся Васильев.

— ...и с Леной, — подсказала Наташа.

— Да, я отвез эту троицу к морю в Геленджик набраться сил перед поступлением в институт. Тогда путевки были дешевыми, но одновременно были страшным дефицитом. А в Краснодарском крайкоме партии вторым секретарем был мой тезка Александр Александрович Хомяков. Он заказал для девочек в доме отдыха номер люкс.

— Я тогда впервые увидела море, — сказала Наташа, — да и жили мы в таком комфорте, что я до сих пор благодарна вам, Александр Александрович.

— Это я, Наташа, — ответил Васильев, — уже тогда предполагал, что ты станешь моей невесткой.

— Надеюсь, моего Анатолия вы к морю не возили? — вступила в разговор Ира.

— Ты же знаешь, Ира, что в советское время школьницы бойфрендов не заводили.

— Воспоминания потом, — сказала подошедшая к ним Галина Васильевна. — А сейчас садитесь за стол!

Когда все наконец-то устроились за столом и разлили по бокалам шампанское, Васильев спросил:

— Как будем пить, за всех оптом или за каждую пару отдельно?

— Сначала за всех, а потом за каждого персонально! — весело сказала Ольга.

— Резонно, — согласился Васильев. — Но вы еще не сообщили, когда у вас регистрация в загсе и, следовательно, свадьба? Успеем ли мы протрезветь до торжества?

— В рыночно-коммерческих условиях все же есть и позитивные моменты, — подал голос Алексей. — Запись на регистрацию производится за 37 дней, но мы сумели договориться и сократили срок ожидания до 14.

— Значит до свадьбы времени не так уж много, но протрезветь успеем, — пошутил Васильев, вставая с бокалом шампанского в руке. И, посерьезнев, он торжественно сказал:

— Успехов, счастья и благополучия вам, дорогие!


Дмитрий Васильевич ВАЛОВОЙ.

ЧЕЛОВЕЧЕСТВО: ВЧЕРА, СЕГОДНЯ, ЗАВТРА

Перейти на страницу:

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

История / Образование и наука / Публицистика
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота

Профессор физики Дерптского университета Георг Фридрих Паррот (1767–1852) вошел в историю не только как ученый, но и как собеседник и друг императора Александра I. Их переписка – редкий пример доверительной дружбы между самодержавным правителем и его подданным, искренне заинтересованным в прогрессивных изменениях в стране. Александр I в ответ на безграничную преданность доверял Парроту важные государственные тайны – например, делился своим намерением даровать России конституцию или обсуждал участь обвиненного в измене Сперанского. Книга историка А. Андреева впервые вводит в научный оборот сохранившиеся тексты свыше 200 писем, переведенных на русский язык, с подробными комментариями и аннотированными указателями. Публикация писем предваряется большим историческим исследованием, посвященным отношениям Александра I и Паррота, а также полной загадок судьбе их переписки, которая позволяет по-новому взглянуть на историю России начала XIX века. Андрей Андреев – доктор исторических наук, профессор кафедры истории России XIX века – начала XX века исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Андрей Юрьевич Андреев

Публицистика / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука
Дальний остров
Дальний остров

Джонатан Франзен — популярный американский писатель, автор многочисленных книг и эссе. Его роман «Поправки» (2001) имел невероятный успех и завоевал национальную литературную премию «National Book Award» и награду «James Tait Black Memorial Prize». В 2002 году Франзен номинировался на Пулитцеровскую премию. Второй бестселлер Франзена «Свобода» (2011) критики почти единогласно провозгласили первым большим романом XXI века, достойным ответом литературы на вызов 11 сентября и возвращением надежды на то, что жанр романа не умер. Значительное место в творчестве писателя занимают также эссе и мемуары. В книге «Дальний остров» представлены очерки, опубликованные Франзеном в период 2002–2011 гг. Эти тексты — своего рода апология чтения, размышления автора о месте литературы среди ценностей современного общества, а также яркие воспоминания детства и юности.

Джонатан Франзен

Публицистика / Критика / Документальное