Читаем Человек без лица полностью

— Ну, я думаю, что в ходе игры вы получите много болезненных стимулов, которые побудят вас сказать правду, — пожал плечами Драммонд. — Но мне интересны не вы. Меня интересует мисс Маккой. Я подозреваю, что зрелище, которое ей предстоит увидеть, сделает ее более чем покладистой, и она разговорится. В обмен на прекращение того, что будет происходить с вами.

— Этим вы ничего не добьетесь. Она ничего не знает о моем подразделении.

— Возможно. Скоро я это узнаю. Реймонд, если ты готов, начинайте.

8

Мяч ударил Бьюкенена в спину с такой силой, что сбил его с ног, и он, упав на камень площадки, проехался подбородком по одной из плит. Если бы не эти кожаные доспехи, то мяч наверняка сломал бы ему несколько ребер. Хватая ртом воздух и превозмогая боль, он кое-как поднялся и устремился за мячом. Реймонд подбежал к мячу одновременно с ним.

Локтем в кожаном налокотнике Бьюкенен нанес Реймонду сильнейший боковой удар в голову, который отбросил того в сторону. Не дав Реймонду опомниться, Бьюкенен поднял мяч, оказавшийся на удивление тяжелым, и швырнул его в Реймонда. Тот крякнул и отшатнулся назад, когда мяч угодил ему в бедро и, отскочив от кожаных щитков, глухо стукнулся о каменные плиты.

— Нет, нет, нет, — раздался с трибуны голос Драммонда. — Так дело не пойдет. Смысл игры состоит в том, чтобы бросать мяч в каменное кольцо, а не в противника.

— Почему же вы не сказали этого Реймонду, когда он бросил в меня, если на то пошло? Какого черта он это сделал?

— Хотел, чтобы ты обратил на меня внимание, — ответил Реймонд.

— Сколько надо набрать очков, чтобы выиграть?

— Вот в этом-то и загвоздка.

— А га, так я и думал.

— Нет, вы не понимаете, — снова вмешался Драммонд. — Дело в том, что никто не знает, сколько требуется очков, чтобы выиграть. Эта информация не дошла до нас через века. Придется импровизировать.

— Десять, — усмехнулся Реймонд.

— Что значит десять? — зло бросил Бьюкенен. — Я что, должен выиграть с перевесом в десять очков? Вы соображаете, что говорите?

— Победит тот, кто первый наберет десять очков.

— И что потом?

— Это зависит от ответов, которые я получу от вас и от мисс Маккой, — сказал Драммонд.

Без всякого предупреждения Бьюкенен сделал внезапный финт к мячу, подхватил его и рванулся к вертикальному кольцу. Прицелился для броска, но тут Реймонд плечом врезался в руку Бьюкенена, отшвырнул его в сторону и припечатал к каменной стене.

Бьюкенен застонал, резко крутнулся н ударил Реймонда мячом в грудь. Не выпуская мяча из рук, он продолжал поворачиваться, пока противник пятился, спотыкаясь. Встав под каменным кольцом, Брендан бросил мяч и почувствовал, как радостно забилось сердце, когда он увидел, что мяч, описав дугу, пролетел в кольцо.

Реймонд двумя руками сильно ударил Бьюкенена в спину, тот полетел головой вперед, упал и опять проехался подбородком по камню.

Черт, подумал Бьюкенен. Только не головой. Нельзя допустить, чтобы что-то случилось с головой. Еще одно сотрясение, и…

Он поднялся на ноги, отер с подбородка кровь и зло уставился на Реймонда.

— Нет, нет, нет, — повторил Драммонд. — Вы играете не по правилам.

— Скажите это Реймонду, — крикнул Бьюкенен. — Ведь это я забросил мяч в кольцо.

— Но вы его забросили не по правилам!

— Что вы имеете в виду?

— Руками играть не разрешается!

— Руками не разрешается?!

— Мы не очень много знаем об этой игре. — Драммонд сопровождал свои слова резкими жестами. — Но известно следующее. Руками разрешалось пользоваться, вероятно, только когда нужно было поднять мяч с земли. Перемещать мяч можно было предплечьями, плечами, бедрами, коленями и головой.

Мысль о том, чтобы ударить мяч головой, заставила Бьюкенена внутренне содрогнуться. Это, скорее всего, убьет его.

— За нарушение правил вы должны быть оштрафованы. Вам записывается одно штрафное очко. Теперь вам придется набирать одиннадцать очков, тогда как Реймонду нужно всего десять. Конечно, если он не нарушит какое-нибудь правило.

— Понятно. Но мне почему-то кажется, что он будет сочинять правила по ходу игры, а я все время буду нарушать еще не изобретенные.

— А ты играешь — так играй, — сказал Реймонд.

Прежде чем Бьюкенен успел среагировать, Реймонд кинулся к мячу, схватил его, подбросил в воздух, поймал предплечьями и сделал бросок по кольцу. Мяч аккуратно пролетел сквозь него и с глухим стуком упал к ногам Бьюкенена.

— Реймонд, у меня такое впечатление, что вы тренировались.

— Молодец, — похвалил Драммонд. — Я ценю того, кто умеет элегантно проиграть очко.

— А я бьюсь об заклад, что еще больше вы цените тех, кто выигрывает, — бросил ему Бьюкенен.

— Так добейтесь, чтобы я вас ценил больше, — парировал Драммонд. — Выиграйте.

Бьюкенену удалось схватить мяч. Но в следующий момент он почувствовал, как из-под него вышибли ноги, — это Реймонд в прыжке нанесшему удар по ногам.

Перейти на страницу:

Все книги серии Почерк мастера

Похожие книги

Разворот на восток
Разворот на восток

Третий Рейх низвергнут, Советский Союз занял всю территорию Европы – и теперь мощь, выкованная в боях с нацистко-сатанинскими полчищами, разворачивается на восток. Грядет Великий Тихоокеанский Реванш.За два года войны адмирал Ямамото сумел выстроить почти идеальную сферу безопасности на Тихом океане, но со стороны советского Приморья Японская империя абсолютно беззащитна, и советские авиакорпуса смогут бить по Метрополии с пистолетной дистанции. Умные люди в Токио понимаю, что теперь, когда держава Гитлера распалась в прах, против Японии встанет сила неодолимой мощи. Но еще ничего не предрешено, и теперь все зависит от того, какие решения примут император Хирохито и его правая рука, величайший стратег во всей японской истории.В оформлении обложки использован фрагмент репродукции картины из Южно-Сахалинского музея «Справедливость восторжествовала» 1959 год, автор не указан.

Александр Борисович Михайловский , Юлия Викторовна Маркова

Детективы / Самиздат, сетевая литература / Боевики
Партизан
Партизан

Книги, фильмы и Интернет в настоящее время просто завалены «злобными орками из НКВД» и еще более злобными представителями ГэПэУ, которые без суда и следствия убивают курсантов учебки прямо на глазах у всей учебной роты, в которой готовят будущих минеров. И им за это ничего не бывает! Современные писатели напрочь забывают о той роли, которую сыграли в той войне эти структуры. В том числе для создания на оккупированной территории целых партизанских районов и областей, что в итоге очень помогло Красной армии и в обороне страны, и в ходе наступления на Берлин. Главный герой этой книги – старшина-пограничник и «в подсознании» у него замаскировался спецназовец-афганец, с высшим военным образованием, с разведывательным факультетом Академии Генштаба. Совершенно непростой товарищ, с богатым опытом боевых действий. Другие там особо не нужны, наши родители и сами справились с коричневой чумой. А вот помочь знаниями не мешало бы. Они ведь пришли в армию и в промышленность «от сохи», но превратили ее в ядерную державу. Так что, знакомьтесь: «злобный орк из НКВД» сорвался с цепи в Белоруссии!

Алексей Владимирович Соколов , Виктор Сергеевич Мишин , Комбат Мв Найтов , Комбат Найтов , Константин Георгиевич Калбазов

Фантастика / Детективы / Поэзия / Попаданцы / Боевики
1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне / Детективы