ЛУНА ГАНИМЕД КАЛЛИСТО
2 д. 3 ч. 1 д. 1 ч. 6 д. 8 ч. 13 д. 12 ч.
(Затмение)
ТИТАН ТРИТОН
15 д. 3 ч. 4 д. 9 ч.
(Проходит меридиан)
Ночь, день, лето, зима… Рич мог с лету перечислить час и время года на любых меридианах всех небесных тел, входящих в солнечную систему. Здесь, в Нью-Йорке, отвратительное зимнее утро сменило полную безобразных кошмаров ночь. Несколько минут придется потратить на собеседование с психиатром Эспер Лиги, которого он нанял. Сколько еще можно вопить по ночам?
– «Э» – это «Эспер», – бормотал он. – Эспер – это экстрасенсорная перцепция. Телепаты, прощупыватели мыслей, щупачи! Предполагается, что врач из Эспер Лиги может отучить меня орать во сне. Предполагается, что доктор медицины, умеющий влезать людям в мозги, даром денег не берет. Ему лишь стоит заглянуть ко мне в башку, и крикам конец. Этих проклятых щупачей считают венцом развития Homo sapiens’a. «Э» – это эволюция. Черта с два!
Эксплуатация – вот.
Его трясло от ярости.
– Но я же не боюсь! – крикнул он, распахнув дверь. –
Никогда ничего не боюсь.
Он вышел в коридор и звонко застучал подошвами домашних туфель по серебряным плиткам:
ки-тат-ки-тат-ки-тат-ки-тат, – не тревожась о том, что жутковатый дробный стук, разбудив спозаранок прислугу, посеет страх и ненависть в двенадцати сердцах.
Толчком распахнув дверь в покои психиатра, Рич вошел и сразу лег на кушетку.
Карсон Брин, врач-эспер второй ступени, уже проснулся и ждал его. Будучи домашним психоаналистом
Рича, он всегда спал «одним ухом», и во сне поддерживая с пациентом связь, готовый пробудиться по первому зову.
Крик Рича разбудил его. Брин сидел возле кушетки, очень элегантный в своем роскошном вышитом халате (Рич платил ему 20 тысяч кредиток в год), и был полон внимания, поскольку знал, что наниматель щедр, но требователен.
– Я слушаю вас, мистер Рич.
– Опять Человек Без Лица, – буркнул Рич.
– Кошмары?
– Влезь мне в голову, упырь проклятый, сам увидишь.
Хотя нет, простите. Это глупо. Да, опять кошмары. Я
пробовал ограбить банк. Потом догонял поезд. Потом кто-то пел. По-моему, я сам. Сейчас я вспоминаю все это как только могу подробно. Кажется, не пропускаю ничего… Долгая пауза. Наконец Рич не выдержал:
– Ну! Нащупали что-нибудь?
– Вы продолжаете настаивать, мистер Рич, что не можете опознать этого Человека Без Лица?
– Как мне его опознать? Его лица я никогда не вижу. Я
только знаю…
– Думаю, что вы могли бы его опознать. Вы просто не хотите…
– Послушайте-ка, вы… – Рича бесило ощущение, что доктор, очевидно, прав. – Я вам плачу двадцать тысяч. А вы мне тычете свои идиотские домыслы и не способны…
– Вы и вправду так полагаете, мистер Рич, или это просто общий синдром обеспокоенности?
– Да при чем тут обеспокоенность? – крикнул Рич. – Я
не боюсь. Я никогда… – он замолчал, почувствовав, как бесполезно защищать себя словами перед щупачом, чей разум мог с великой легкостью проникнуть сквозь словесные заслоны. – Вы все же ошиблись, – сказал он угрюмо. – Человек Без Лица. Вот все, что мне о нем известно.
– Вы все время обходите самые существенные пункты, мистер Рич. Вас надо натолкнуть на них. Прибегнем к способу свободных ассоциаций. Пожалуйста, без слов, просто мысли. Ограбление…
– А это еще что?
– Простите, ошибка.
– Нет, не ошибка, мистер Рич, а очень важная поправка или, вернее, переделка. Продолжим. Пневматический…
– Не чепуха, мистер Рич. Подсознательная игра слов.
Подставьте вместо «следует» – «наследует», и убедитесь сами. Продолжайте, прошу вас.
– Очень уж вы, щупачи, ловки. Что там у нас?
– Из подсознания, мистер Рич. Еще одна проба, и вы поймете. Амфитеатр…
– Ну вот вам, мистер Рич, Марс. За последние полгода вам девяносто семь раз снились кошмарные сны с Человеком Без Лица. Он неизменно был вашим врагом, срывал все ваши планы, внушал вам ужас в этих сновидениях, которые объединены тремя общими знаменателями – Финансы, Транспорт и Марс. Все это повторяется снова и снова… Человек Без Лица и Финансы, Транспорт и Марс.
– Мне это ничего не говорит.