Тропа привела его к завалу из деревьев. Он попытался обойти завал слева и уперся в край скалистого обрыва, он повернул вправо – там завал перешел в верховье оврага, пересекающего лесистый склон. Анг вернулся к тропе и начал перелезать через завал. После завала мальчик вышел на открытое место, здесь гребень поворачивал направо, прошел еще несколько шагов и остановился. Перед ним, на пологой оконечности мыса был лагерь пришельцев. Людей не было видно, но были заметны два ряда каких-то строений, а за ними серебристо-серая трапеция спускаемого модуля с черным провалом в середине корабля.
Анг переложил свой посох из правой руки в левую, вложил нож в висящие на шее ножны, достал серый прямоугольник, зажал его в правой руке и начал спускаться по пологому склону. Навстречу ему выбежал кентавр.
Мальчик начал кричать: – «
На голове кентавра раскрылась щель, оттуда появилась трубка. Что-то ударило его в грудь, в глазах стало темно. Он упал, накрывая собой посох; серый прямоугольник выскользнул из руки и тоже упал на землю, теряясь среди серых камней.
На краю лагеря под деревом, на деревянном бревне сидел молодой парень в костюме. Его звали Тирит и он был занят важным делом. Он играл в змейку, поворачивая в руках почти невидимый кубик размером с крупный арбуз. Змейка, уже довольно длинная, ползала, огибая прозрачные и полупрозрачные препятствия разной формы, съедала мышей, становясь от этого длиннее, и птичьи яйца, становясь от этого толще. Еще он слушал музыку, каждая такт которой начинался слабым звуком, а заканчивался очень громко. Повторяющаяся мелодия была нанизана на ритм, изменяющийся от медленного до крайне быстрого.
Парень не заметил, как к нему подошел еще один подросток, Лунгон, тоже в костюме и с рукой на перевязи. Второй парень внимательно смотрел за движением змейки. Наконец змейка застряла в кольцеобразном препятствии, высунула язык и, пустив волну по всему телу, рассыпалась на части, высвобождая мышей и яйца. Мыши разбежались по своим местам, яйца по своим местам раскатились. В центре кубика ярко высветилась надпись о том, что игра закончена. Какой уровень? – спросил Лунгон.
Третий – ответил Тирит. Никак не могу его пройти, который раз уже застреваю в этом месте. Он сжал игрушку с разных сторон, которая смялась в серый, металлического цвета кубик размером с грецкий орех. Парень положил его в карман.
Лунгон сказал ему: – Третий уровень – это еще не сложно, просто нужно двигаться быстрее и не давать ей жрать яйца, пока не пройдешь все петли. Вот пятый, это – жесть.
– А что там?
– Да то же самое, только с муравьями. Их много, и они кусаются. От этого змея плохо слушается команд. Как прошло дежурство?
– Кентавр только-что кого-то завалил, довольно крупного.
– Кабанчика?
– Нет, вроде бы павиана.
– Жаль скотинку. Ты убрал труп?
– Нет, пока не убрал, не видишь, был занят.
– Ты что, хочешь, чтобы я этим занялся? Я раненый, мне не положено.
– С каких это пор вынос трупов стало делом людей? Пошли кентавра.
– Лишних кентавров нет, а этот делом занят, охраняет периметр.
– Ладно, давай вдвоем сходим, окажешь мне моральную поддержку в этом нелегком деле и покараулишь периметр, пока я с кентавром отволоку труп в могильник.
Парни начали быстро подниматься вверх по слону. Солнце светило им в спину.
Лунгон поделился новостью: – Слышал, что вчера заявила наша командирша?
Тирит ее уже знал: – Да, в курсе. Постепенный отказ от использования костюмов. Да здесь без костюма и шагу не ступить.
Лунгон: – А куда денешься – будут отключать. Сначала ненамного, а потом все больше. Программа ускоренной адаптации. Похоже, мы здесь застряли надолго.
Тирит: – Да. И перспективы не просматриваются. Чувствуешь себя змейкой в кубике. Как не дергайся – везде удавка.
Лунгон: – Но можно выйти на следующий уровень.
Тирит: – А там абсолютно все то же самое и кусачие муравьи. Кстати, мы почти пришли.
Парни поднялась на перегиб склона и увидела на удалении лежащего мальчика. За ними следом шел кентавр.
Лунгон: – Слушай, это не павиан! – это… это человек, из местных. Ты чего натворил-то? Что – не глядя, санкционировал убийство?
Тирит (сердито): – да, не глядя, а сейчас-то что делать?
Они подошли к Ангу и стали рассматривать его сверху. У головы мальчика собралась небольшая лужица крови, сумка перевалилась через плечо и частично закрывала его лицо.
Лунгон: – Проклятье, это ребенок!
Тирит наклонился и поднял посох мальчика: – Палка такая гладкая, чем он ее отскоблил. И узор здесь какой-то. Он повернул посох и оба парня увидели вырезанный на светлом дереве знак – бортовой номер тарелки № 1.
Лунгон: – Думал, что хуже быть не может, оказывается – может. Шел в гости, наверное, с добрыми вестями, а тут пуля, кентавр не промахивается. Хорошо хоть не мучился. Ну что, поднимай, бери кентавра и вези его в лагерь, я покараулю периметр. Давай переворачивай – все равно грузить.
Они перевернули Анга на спину. Безрукавка распахнулась, и они увидели на груди у мальчика большой кровоподтек в виде полосы.