Читаем Человек-невидимка / The Invisible Man + аудиоприложение полностью

“Whup!” cried Hall, jumping back, for he was no hero with dogs, and Fearenside howled, “Lie down!” and snatched his whip.

They saw the dog’s teeth had slipped the hand, heard a kick, and heard the rip of the stranger’s trousers. Then the dog retreated under the wheels of the waggon. It was all the business of some seconds. No one spoke, everyone shouted. The stranger glanced swiftly at his torn glove and at his leg, then turned and rushed swiftly up the steps into the inn. They heard him go to his bedroom.

Mr. Hall met Mrs. Hall in the passage.

“Carrier’s dog,” he said, “bit the stranger.”

He went straight upstairs, and the stranger’s door being ajar, he pushed it open and was entering without any ceremony.

The curtain was down and the room dim. He noticed something strange, what seemed a handless arm waving towards him, and a face of three huge indeterminate spots on white. Then he was struck violently in the chest, hurled back, and the door slammed and locked. It was so rapid that it gave him no time to observe. He was wondering what it might be that he had seen.

A couple of minutes after, he rejoined the little group that had formed outside the “Coach and Horses.” There was Fearenside telling about it all over again for the second time; there was Mrs. Hall saying his dog didn’t have the right to bite her guests; besides women and children, all of them saying fatuities.

Mr. Hall, staring at them from the steps and listening, found it incredible that he had seen anything so very remarkable happen upstairs. Besides, his vocabulary was too limited to express his impressions.

“He doesn’t want to get help, he says,” he said in answer to his wife’s inquiry.

“I’d shoot the dog, that’s what I’d do,” said a lady in the group.

Suddenly the dog began growling again.

“Come along!” cried an angry voice in the doorway, and there stood the muffled stranger with his collar turned up. “The sooner you get those things in the better!”

His trousers and gloves had been changed.

“Were you hurt, sir?” said Fearenside. “I’m sorry the dog-”

“Not a bit,” said the stranger. “Never mind. Hurry up with those things.”

He then swore to himself, so Mr. Hall asserts.

The first crate was carried into the parlour, and the stranger began to unpack it, scattering the straw on Mrs. Hall’s carpet. And from it he began to take bottles-little fat bottles containing powders, small and slender bottles containing coloured and white fluids, fluted blue bottles labeled “Poison”, bottles with round bodies and slender necks, large green-glass bottles, large white-glass bottles, bottles with corks, bottles with bungs, bottles with wooden caps, wine bottles, salad-oil bottles-putting them in rows on the chiffonnier, on the mantel, on the table under the window, round the floor, on the bookshelf-everywhere. Quite a sight it was! Crate after crate yielded bottles. Besides the bottles were test-tubes and a carefully packed balance.

And directly the crates were unpacked, the stranger went to the window and set to work, not troubling about the box of books outside, nor for the trunks and other luggage that had gone upstairs.

When Mrs. Hall took his dinner in to him, he was already so absorbed in his work, pouring little drops out of the bottles into test-tubes, that he did not hear her. Then he half turned his head and immediately turned it away again. But she saw he had removed his glasses; they were beside him on the table, and it seemed to her that his eye sockets were extraordinarily hollow. He put on his spectacles again, and then turned and faced her. She was about to complain of the straw on the floor when he anticipated her.

“I wish you wouldn’t come in without knocking,” he said in the tone of abnormal exasperation.

“I knocked, but seemingly-”

“Perhaps you did. But in my investigations-my really very urgent and necessary investigations-the slightest disturbance, the jar of a door-I must ask you-”

“Certainly, sir. You can turn the lock if you’re like that, you know. Any time.”

“A very good idea,” said the stranger.

“This straw, sir, if I might remark-”

“Don’t. If the straw makes trouble put it down in the bill.”

And he mumbled at her-words suspiciously like curses.

He was so odd, standing there, so aggressive and explosive, bottle in one hand and test-tube in the other, that Mrs. Hall was quite alarmed. But she was a resolute woman.

“In which case, I should like to know, sir, what you consider-”

“A shilling-put down a shilling. Surely a shilling is enough?”

“So be it,” said Mrs. Hall, taking up the table-cloth and beginning to spread it over the table.

He turned and sat down, with his coat-collar toward her.

All the afternoon he worked with the door locked and, as Mrs. Hall testifies, for the most part in silence. But once there was a smash of a bottle and then a rapid pacing athwart the room. She went to the door and listened.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Искусство рассуждать о книгах, которых вы не читали
Искусство рассуждать о книгах, которых вы не читали

Знаменитая книга Пьера Байяра, смешная и вызывающая, с множеством забавных и неожиданных примеров. Покорившая Францию и многие другие страны, она обращена ко многим и многим не-читателям – «с этой книгой они могут побороть чувство вины без помощи психоаналитика, – сказал Байяр в одном интервью, – а это куда дешевле». Пьер Байяр (р. 1954 г.) – автор почти двух десятков книг, специалист по литературоведческому эпатажу и знаток психоанализа, преподаватель университета Париж VIII. Его «Искусство рассуждать о книгах, которых вы не читали» – это весьма неожиданные соображения о чтении. Вместо стандартной пары «читал – не читал» – он выделяет несколько типов общения человека с книгой: ее можно пролистать, узнать содержание от других, а иногда, наоборот, хорошо прочитанную книгу можно начисто забыть. Пьер Байяр разбирает ситуации, в которых нам приходится говорить о непрочитанных книгах. Как же выйти из положения с честью? Он убедительно доказывает, что, вопреки распространенному мнению, вполне можно вести увлекательную беседу о книге, которой вы не читали, в том числе с человеком, который ее тоже не читал.

Пьер Байяр

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Английский язык. Практический курс для решения бизнес-задач
Английский язык. Практический курс для решения бизнес-задач

Задача данного издания – познакомить учащихся с современной финансово-экономической терминологией. Первая часть книги в большей мере посвящена вопросам управления, вторая – финансовой проблематике. Темы занятий в основном соответствуют тематике курсов, которые преподаются в большинстве школ бизнеса. Уроки содержат тексты из самых разнообразных профессиональных источников и упражнения, позволяющие студентам закрепить пройденный материал. В конце учебника приводится словарь необходимой лексики примерно из 1000 слов и выражений.Для студентов бизнес-школ, языковых, финансовых и экономических вузов, а также для всех, кто хотел бы усовершенствовать свой деловой и финансовый английский.

Нина Пусенкова

Языкознание, иностранные языки / Иностранные языки / Образование и наука
Китайские народные сказки
Китайские народные сказки

Однажды китайский философ Чжу Си спросил своего ученика: откуда пошел обычай называть года по двенадцати животным и что в книгах про то сказано? Ученик, однако, ответить не смог, хотя упоминания о системе летосчисления по животным в китайских источниках встречаются с начала нашей эры.Не знал ученик и легенды, которую рассказывали в народе. По легенде этой, записанной в приморской провинции Чжэцзян, счет годов по животным установил сам верховный владыка - Нефритовый государь. Он собрал в своем дворце зверей и выбрал двенадцать из них. Но жаркий спор разгорелся, лишь когда надо было расставить их по порядку. Всех обманула хитрая мышь, сумев доказать, что она самая большая среди зверей, даже больше вола. Сказкой «О том, как по животным счет годам вести стали» и открывается сборник.Как и легенда о животном цикле, другие сказки о животных, записанные у китайцев, построены на объяснении особенностей животных, происхождения их повадок или внешнего вида. В них рассказывается, почему враждуют собаки и кошки, почему краб сплющенный или отчего гуси не едят свинины.На смену такого рода сказкам, именуемым в науке этиологическими, приходят забавные истории о проделках зверей, хитрости и находчивости зверя малого перед зверем большим, который по сказочной логике непременно оказывается в дураках.Наибольшее место в сказочном репертуаре китайцев и соответственно в данном сборнике занимают волшебные сказки. Они распадаются на отдельные циклы: повествования о похищении невесты и о вызволении ее из иного мира, о женитьбе на чудесной жене и сказки о том, как обездоленный герой берет верх над злыми родичами.Очень распространены у китайцев сказки о чудесной жене. В сказке «Волшебная картина» герой женится на деве, сошедшей с картины, в другой сказке женой оказывается дева-пион, в третьей - Нефритовая фея - дух персикового дерева, в четвертой - девушка-лотос, в пятой - девица-карп. Древнейшая основа всех этих сказок - брак с тотемной женой. Женитьба на деве-тотеме мыслилась в глубочайшей древности как способ овладеть природными богатствами, которыми она якобы распоряжалась. Яснее всего эта древняя основа проглядывает в сказе «Жэньшэнь-оборотень», героиня которого - чудесная дева указывает любимому место, где растет целебный корень.Во всех сказках, записанных в наше время, тотемная дева превратилась в деву-оборотня. Произошло это, видимо, под влиянием очень распространенной в странах Дальнего Востока веры в оборотней: всякий старый предмет или долго проживший зверь может принять человеческий облик: забытый за шкафом веник через много лет может-де превратиться в веник-оборотень, зверь, проживший тысячу лет, становится белым, а проживший десять тысяч лет - черным, - оба обладают магической способностью к превращениям. Вера в животных-оборотней в народе была настолько живуча, что даже в энциклопедии ремесел и сельского хозяйства в XV веке с полной серьезностью говорилось о способах изгнания лисиц-оборотней: достаточно ударить оборотня куском старого, высохшего дерева, как он тотчас примет свой изначальный вид.Волшебные сказки китайцев, как и некоторых других дальневосточных народов, отличаются особой «приземленностью» сказочной фантастики. Действие в них никогда не происходит в некотором царстве - тридесятом государстве, все необычное, наоборот, случается, с героем рядом, в родных и знакомых сказочнику местах.Раздел бытовых сказок, среди которых есть и сатирические, открывается сказками «Волшебный чан» и «Красивая жена»; они построены по законам сказки сатирической, хотя главную роль пока еще играют волшебные предметы. В других сказках бытовые элементы вытеснили все волшебное. Среди них есть немало сюжетов, известных во всем мире. Где только не рассказывают сказку о глупце, который делает все невпопад! На похоронах он кричит: «Таскать вам не перетаскать», а на свадьбе - «Канун да ладан». Его китайский «собрат» («Глупый муж») поступает почти так же: набрасывается с руганью на похоронную процессию, а носильщикам расписного свадебного паланкина предлагает помочь гроб донести. Кончаются такие сказки всегда одинаково: в русской сказке дурак оказывается избитым, а в китайской - его поддевает на рога разъяренный бык. В китайских сатирических сказках читатель найдет еще один чрезвычайно популярный в разных литературах сюжет: спрятанный в сундуке любовник.В последний раздел книги вошли сказы мастеровых и искателей жэньшэня, а также старинные легенды. Сказы мастеровых - малоизвестная часть китайского фольклора. Многие из них связаны с именами обожествленных героев, научивших своему удивительному искусству других людей или пожертвовавших собой ради того, чтобы помочь мастеровым людям выполнить какую-либо трудную задачу.Завершают сборник три чрезвычайно распространенные в Китае легенды. Легенды, так же как и сказки различных жанров, являют нам своеобразие устного народного творчества китайцев и вместе с тем свидетельствуют, что китайский сказочный эпос не есть явление уникальное. Напротив, китайские сказки - национальный вариант общемирового сказочного творчества, развившегося на базе весьма сходных для большинства народов первобытных представлений и верований.Китайские сказки доносят до нас дыхание жизни китайского народа, рисуют его тяжелое прошлое и показывают, как богат и неисчерпаем старинный китайский фольклор.

Артём Дёмин , Борис Львович Рифтин , Илья Михайлович Франк , Китайские Народные Сказки , Сказки народов мира

Сказки народов мира / Средневековая классическая проза / Иностранные языки / Зарубежная старинная литература / Древние книги
Немецкий с Францем Кафкой. Превращение / Franz Kafka. Die Verwandlung
Немецкий с Францем Кафкой. Превращение / Franz Kafka. Die Verwandlung

Повесть Франца Кафки, включенная в настоящее издание, несмотря на свой небольшой размер, дает яркое представление о творческом методе одного из самых загадочных писателей XX века, чьи произведения и поныне вызывают горячие споры.Текст повести адаптирован (без упрощения текста оригинала) по методу Ильи Франка: снабжен дословным переводом на русский язык и необходимым лексико-грамматическим комментарием.Уникальность метода заключается в том, что запоминание слов и выражений происходит за счет их повторяемости, без заучивания и необходимости использовать словарь.Пособие способствует эффективному освоению языка, может служить дополнением к учебной программе.Для широкого круга лиц, изучающих немецкий язык и интересующихся немецкой культурой.

Любовь Расцветаева , Франц Кафка

Иностранные языки / Образование и наука