Читаем Черепахи до самого низа. Предпосылки личной гениальности полностью

Джон:…и Карлос, бывало, стрелял ястребов. Позже, когда он этим занимался, дон Хуан заметил, как я уже говорил, что существуют разные формы индульгирования. Одной из форм развлечения, в которой Карлос являлся в высшей степени удивительным специалистом, была чрезмерное отождествление, или то, что мы называем «нецелесообразным расширением своего „я“. Итак, он индульгировался, сливаясь с различными частями окружения и не отделяя себя от него. Это дар, дар, которым должен обладать художник. Это дар, который необходим леснику, охотнику, но есть множество профессий, где в силу некоторых аспектов опыта это качество будет мешать жить. Фокус в том, чтобы знать, когда можно позволить себе расслабиться и когда целесообразно использовать эти инструменты.

Джон: Как-то дядя заставил Карлоса соорудить ловушку и поймать в нее кролика. А потом приказал Карлосу убить кролика голыми руками, потому что дону Хуану было ясно, что Карлос потакает себе, идентифицируя себя с кроликом. Здесь существуют допустимые взаимоотношения, как это установили мы, люди, в особенности в культуре индейцев яки, когда мы всегда берем только то, что можем использовать, уважая экологию системы, в которой живем, не больше, чем можем использовать. Взаимоотношения «хищник-добыча» в этом мире являются приемлемыми и мудрыми. Можно по-разному воспринимать это. Щепетильность, вызванная чрезмерной идентификацией, нецелесообразным расширением «я» — дело другое. Поэтому охота, с уважительным отношением к природе, в этой ситуации очень уместна.

Вспомните ритуальные охотничьи танцы в разных культурах. У народов кунг-сан, бушменов Калахари и в других охотящихся племенах охотники перед началом охоты танцуют ритуальные танцы. Какие движения они делают во время танца?

Мужчина: Имитируют добычу.

Джон: Антропологи называют это симпатической магией. На самом деле все гораздо глубже. Это способность достигнуть класса репрезентаций, которые понадобятся охотникам, чтобы провести удачную охоту. Они достигают этого, отождествляя себя с добычей.

Джуди: Карлос в детстве был охотником. Дон Хуан говорил: «Так ты хочешь сказать, что не можешь убить кролика? Ты убивал ястребов, других животных. Почему этого кролика не можешь убить?"

Джон: Ардри, и отчасти Лоренц, также указывали на то, что цена диссоциации-серьезная опасность для обслуживающих технику выпасть из контекста и потерять здравый смысл, в данном случае, из-за смещения сигнальных систем. В волчьей стае, когда волчица хочет отлучить щенка от кормления молоком, и волчонок пристраивается сосать…

Джуди:…поесть…

Джон:…волчица головой прижимает голову щенка к земле. Не причиняет ему вреда, но это действие служит исключительно сигналом отлучения щенка.

Что касется волчьей стаи, то сексуальный доступ к волчицам является одним из «вознаграждений» (конечно, каждый может расценивать это по-своему), полагающимся вожаку стаи. Многократно наблюдалось, что если какой-нибудь другой волк был пойман вожаком во время сношения с волчицей из этой стаи, то вожак не нападает на нарушителя, не причиняет ему вреда. Он использует те же отлучающие движения: прижимает голову взрослого волка к земле, подав понятный им двоим сигнал. После ответного сигнал — сигнала подчинения, обозначающего, что нарушитель принял предложенные взаимоотношения, инцидент исчерпан.

Женщина: Нам больше не нужны войны.

Джуди: И я так думаю.

Джон: Ну, если вы сидите в пусковой шахте или летите на высоте 70,000 футов, — каким, интересно, способом можно получить сигнал подчинения, который говорит, что бросать бомбу или нажимать эту кнопку не надо…

Женщина:…до начала наступления.

Джон: А я там даже не знаю никого. Как бы я смог получить такие сигналы? И в этом одна из опасностей, которые подстерегают, когда мы разрываем нашу связь с контекстом, отгородившись технологиями. Это лишает мудрости тысячи и тысячи поколений нашего наследия.

Джуди: Был очень простой случай, когда я изучала греческий, ведя на нем беседы. Мои греческие друзья были чрезвычайно удивлены, что у нас люди не знают, откуда берется их пища. Они считают феноменальным то, что многие городские жители Америки не знают, откуда берется еда.

Джон Всем известно, что она берется из супермаркета.

Джуди: Правильно.

Джон: Знаешь, я никогда не мог понять, как это удается вырастить консервы на деревьях.

Мужчина: Вы знаете, если бы мы знали, каким образом продукты попали в супермаркет, что с ними делали… (Смех)

Джон: Упаковка, да? Ну, не знаю, — какое-то время могла быть проблема. А потом — никаких проблем.

Джуди: Давайте сделаем перерыв.

Джон: Ребята, перерыв десять минут.

Перерыв

Перейти на страницу:

Все книги серии Магия высшей практической психологии

Феникс. Терапевтические паттерны Милтона Эриксона
Феникс. Терапевтические паттерны Милтона Эриксона

Милтон X. Эриксон (1901-1980) - лучший специалист XX века в области гипноза и краткосрочной психотерапии, основатель и президент Американского общества клинического гипноза, основатель и редактор журнала «American Journal of Clinical Hypnosis», автор более ста работ по психотерапии. Среди коллег ему не было равных в разнообразии творческого подхода, проницательности, изобретательности и интуиции.Книга Д. Гордона и М. Майерс-Андерсон «Феникс» - книга о магии этого совершенного коммуникатора. Она посвящена паттернам негипнотических форм психотерапевтического вмешательства, используемых Милтоном Эриксоном, его уникальным терапевтическим подходам и замечательным достижениям в помощи другим людям обрести счастливую, полноценную и продуктивную жизнь.

Дэвид Гордон , Мэрибет Майерс-Андерсон

Психология и психотерапия / Психология / Образование и наука

Похожие книги

Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты
Так полон или пуст? Почему все мы – неисправимые оптимисты

Как мозг порождает надежду? Каким образом он побуждает нас двигаться вперед? Отличается ли мозг оптимиста от мозга пессимиста? Все мы склонны представлять будущее, в котором нас ждут профессиональный успех, прекрасные отношения с близкими, финансовая стабильность и крепкое здоровье. Один из самых выдающихся нейробиологов современности Тали Шарот раскрывает всю суть нашего стремления переоценивать шансы позитивных событий и недооценивать риск неприятностей.«В этой книге описывается самый большой обман, на который способен человеческий мозг, – склонность к оптимизму. Вы узнаете, когда эта предрасположенность полезна, а когда вредна, и получите доказательства, что умеренно оптимистичные иллюзии могут поддерживать внутреннее благополучие человека. Особое внимание я уделю специальной структуре мозга, которая позволяет необоснованному оптимизму рождаться и влиять на наше восприятие и поведение. Чтобы понять феномен склонности к оптимизму, нам в первую очередь необходимо проследить, как и почему мозг человека создает иллюзии реальности. Нужно, чтобы наконец лопнул огромный мыльный пузырь – представление, что мы видим мир таким, какой он есть». (Тали Шарот)

Тали Шарот

Психология и психотерапия
Психические убежища. Патологические организации у психотических, невротических и пограничных пациентов
Психические убежища. Патологические организации у психотических, невротических и пограничных пациентов

«Психические убежища» – это душевные состояния, в которые пациенты прячутся, скрываясь от тревоги и психической боли. При этом жизнь пациента становится резко ограниченной и процесс лечения «застревает». Адресуя свою книгу практикующему психоаналитику и психоаналитическому психотерапевту, Джон Стайнер использует новые достижения кляйнианского психоанализа, позволяющие аналитикам осознавать проблемы лечения тяжелобольных пациентов. Автор изучает устройство психических убежищ и, применяя обстоятельный клинический материал, исследует возможности аналитика в лечении пациентов, ушедших от реальности.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Джон Стайнер

Психология и психотерапия / Зарубежная психология / Образование и наука
«Это мое тело… и я могу делать с ним что хочу». Психоаналитический взгляд на диссоциацию и инсценировки тела
«Это мое тело… и я могу делать с ним что хочу». Психоаналитический взгляд на диссоциацию и инсценировки тела

Неослабевающий интерес к поиску психоаналитического смысла тела связан как с социальным контекстом — размышлениями о «привлекательности тела» и использовании «косметической хирургии», так и с различными патологическими проявлениями, например, самоповреждением и расстройством пищевого поведения. Основным психологическим содержанием этих нарушений является попытка человека по возможности контролировать свое тело с целью избежать чувства бессилия и пожертвовать телом или его частью, чтобы спасти свою идентичность. Для сохранения идентичности люди всегда изменяли свои тела и манипулировали c ними как со своей собственностью, но в то же время иногда с телом обращались крайне жестоко, как с объектом, принадлежащим внешнему миру. В книге содержатся яркие клинические иллюстрации зачастую причудливых современных форм обращения с телом, которые рассматриваются как проявления сложных психологических отношений между людьми.

Матиас Хирш

Психология и психотерапия