Читаем Черняев 1984 полностью

Говорят, что на приеме в британском посольстве, где главным от нас был Рубен, он произнес 50-минутный тост абсолютно кретинского свойства. Англичане были шокированы.

Господи, откуда взяли таких идиотов в качестве руководителей наших двух палат Верховного Совета - Шитикова и этого Рубена?!

Вчера делал доклад на партсобрании отдела по итогам декабрьского Пленума ЦК. Сам не очень был доволен, вроде сникал к концу доклада. Но сегодня получил ворох искренних восторгов и поздравлений.Собираюсь в Люксебург. Пономареву до этого нет дела. Он мытарит меня со своей избирательной речью. Хочет, чтоб было «впечатляюще», но, чтоб ничего нового (т.е. сверх Андропова-Громыки). Понимает, что мне все это осточертело. Когда давал мне соображения по уже написанным 30-ти страницам и вздыхал недовольно, вошел Брутенц. Стал иронизировать: чего, мол, ты (т.е. я) такой смурной? Б.Н. откомментировал: «Надоело все это ему, он вот в Люксембург бежит».

А вчера в компании с Загладиным были в театре Эфроса. «Наполеон I» с Ульяновым. Кое-что. А в общем - зрелище, демонстрация искусства актеров. Для ума - нуль. Отвратительна физически Яковлева (Жозефина). Мораль сей басни - примитив.

10 февраля 84 г.

В половине третьего сообщили, что вчера в 16-50 умер Андропов. Ужасно. Бедная наша Россия. Но кончилась ли андроповская эра? Б.Н., будучи в больнице, несколько раз ездил в Кремль и в ЦК, - значит уже решили. Кого? Неужели у них не хватит ответственности перед страной, ленинской партийности - назначить Горбачева! Если - Черненко, то и эра кончится быстро и вообще.

Я болею. Сильный грипп. Заболел в Люксембурге на другое утро после съезда компартии Люксембурга. Совсем больным работал там: трехчасовая встреча с социал- демократами; председателем партии Кринсом, лидером парламентской фракции Бергом; итоговая по съезду встреча с Рене Урбани в ЦК, как он потом пошутил за ужином, «информировал его о его съезде». Несколько политических обедов и ужинов с членами нового Политбюро. На самом съезде из 11 делегаций компартий слово дали только мне. Таких оваций по поводу моего появления на трибуне я еще не знал за всю жизнь. В адрес КПСС, конечно. Но это было демонстративно и показательно.

Итоговый ужин. Великолепен генсек Рене Урбани. Его жена Жаклин работает в управлении делами ЦК КПЛ. Красавица Марианна - член Политбюро и любовница, почти открыто вторая жена Рене. Франсуа Гофман - член Политбюро, заместитель главного редактора «Цайтунг» с русским языком. Люсьен - бывший корреспондент их газеты в Москве. Были с нами армянин - посол Удамян Камо Бабиевич, Воробьев Роман Федорович - первый секретарь.

Очень все хотели выговориться и по международным делам, и по МКД, и особенно по своим соседям - французам. Кроют Марше и Ко, не стесняясь в выражениях: за непорядочность, оппортунизм, антисоветизм и просто глупость. Обозлены особенно, потому что всегда молились на французского большого брата, а теперь он не только позорит сам себя, но и им портит все дело: правящие круги и социал-демократы ставят Рене в пример французам: он, мол, поддерживает КПСС - еще большего главного брата и одновременно сотрудничает с «нами».

Собой я доволен. Провел всю эту акцию на хорошем уровне. И, судя по всему, им, люксембуржцам, это нужно было. Нужна была делегация, которая знает их, входит в их положение, понимает волнующие их проблемы, готова их по-товарищески обсуждать, не отделывается бюрократическими декларациями и по бумажке, сделанными заранее, еще в Москве, заготовленными заявлениями «по ряду вопросов».

Но нас таких немного в ЦК, которые могут так держаться с такими вот коммунистами.

. Что касается Люксембурга, то, пожалуй, только Загладин и я. Им важнее содержание, чем чины, хотя и это им польстило бы. Другие братские делегации были на уровне членов Политбюро, секретарей ЦК!

Я все еще болею. Совестно: на работе сейчас страшная круговерть. Едут со всех концов. Только что Рейгана не будет. Но Тэтчер какова! И сама явится, и всех лидеров оппозиционных партий привезет! Конечно, Коль, Трюдо и т.п. Словом, массовый миролюбивый жест в нашу сторону. Не думаю, чтоб уж совсем не искренний: в большинстве случаев это религиозные люди, и уж во всяком случае - по традиции очень серьезно относятся к смерти, похоронам, памяти об усопшем и т.д.

Сумеем ли мы должным образом отреагировать на этот жест во имя мира? Или опять возьмут верх «классовая» подозрительность, пренебрежение к «их» нравам и правилам игры, а главное - нужды военно-бюрократического комплекса (т.е. Громыко-Устинов персонально)!

За много лет не прослушал по радио и телевидению столько серьезной музыки, сколько вчера за один день. Особенно поразил Глюк: для флейты с оркестром - как играла какая-то неизвестная мне молодая флейтистка!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Cooldown
Cooldown

Запустив однажды руку в чужой холодильник, нужно чётко осознавать, что будут последствия. Особенно, когда хранятся там вовсе не пищевые полуфабрикаты, а «условно живые» люди.Они ещё не умерли – смерть пока не определилась точно на их счёт. Большинство из них уже никогда не разомкнут веки, но у единиц есть призрачный шанс вернуться в этот мир. Вдвойне досадно, что среди таких счастливчиков нашёлся человек, который твёрдо решил, что с его земными делами покончено навсегда.Его личное дело пестрит предупреждающими отметками – «серийный убийца», «экстремист», «психически нестабилен». Но, может, именно такому исполнителю будет по плечу задание, ставшее последним уже для семи высококлассных агентов? Кто знает…

Антон Викторович Текшин , Антон Текшин

Фантастика / Прочая старинная литература / РПГ / Древние книги / ЛитРПГ
Эмпиризм и субъективность. Критическая философия Канта. Бергсонизм. Спиноза (сборник)
Эмпиризм и субъективность. Критическая философия Канта. Бергсонизм. Спиноза (сборник)

В предлагаемой вниманию читателей книге представлены три историко-философских произведения крупнейшего философа XX века - Жиля Делеза (1925-1995). Делез снискал себе славу виртуозного интерпретатора и деконструктора текстов, составляющих `золотой фонд` мировой философии. Но такие интерпретации интересны не только своей оригинальностью и самобытностью. Они помогают глубже проникнуть в весьма непростой понятийный аппарат философствования самого Делеза, а также полнее ощутить то, что Лиотар в свое время назвал `состоянием постмодерна`.Книга рассчитана на философов, культурологов, преподавателей вузов, студентов и аспирантов, специализирующихся в области общественных наук, а также всех интересующихся современной философской мыслью.

Жиль Делез , Я. И. Свирский

История / Философия / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги