Читаем Чернобыль. Реальный мир полностью

Особый интерес посетителей реальной зоны отчуждения вызывает экскурсия по Припяти. Город атомщиков имеет интересную архитектуру и своеобразное пространственное планирование. Создатели игры это хорошо поняли и успешно использовали в одноименной локации. А поклонники игры «S.T.A.L.K.E.R.», в отличие от поклонников других компьютерных игр этого класса, могут воочию убедиться в идентичности виртуального и реального миров.

Маршрут второй — сталкерский

Для значительной части поклонников игры официального посещения зоны отчуждения вполне достаточно, чтобы удовлетворить их любопытство. Но существует иная категория игроманов, которых отличает острое желание в одиночку или в составе небольшой группы попасть в зону и бродить по брошенным территориям без ограничений и запретов. Ведь почти на каждом шагу здесь можно найти знакомые им по игровому сюжету виды. Кого-то зона привлекает возможностью поглазеть на уникальную радиоактивно-загрязненную технику, брошенную здесь после завершения ликвидации аварии. Многие образцы этой техники поистине редки, а вид их довольно вычурен. Поэтому желающих увидеть собственными глазами настоящую инженерную машину разграждения — ИМР-2, созданную в начале 80-х специально для прокладки дорог в эпицентре ядерного взрыва, а теперь забытую и ржавеющую под открытым небом где-то в глухих лесах центральной части чернобыльской зоны, хоть отбавляй. Да и брошенный вертолет, частично развороченный мародерами и оттого имеющий еще более апокалиптический вид — чем не изюминка зоны отчуждения? Любители железнодорожной техники, а таких достаточно много, встретят здесь ржавеющие тепловозы и вагоны, стоящие на путях или валяющиеся под железнодорожной насыпью.

Самовольное посещение зоны отчуждения для любого молодого человека — это, безусловно, событие исключительное и запоминающееся. Это еще и способ самоутвердиться, продемонстрировать и доказать окружающим сверстникам свое превосходство, смелость и самостоятельность.

Молодежь чувствует себя в киберпространстве как рыба в воде, занятная информация распространяется в Интернете с невероятной скоростью. Не трудно догадаться, что отчеты и дискуссии о самовольном посещении чернобыльской зоны отчуждения в молодежной среде вызывают просто шквальный интерес. Особенно в тех интернет-сообществах, члены которых все свое свободное время посвящают игре «S.T.A.L.K.E.R.».

Ажиотаж вокруг чернобыльской тематики вызвал интерес к зоне отчуждения и у людей иного толка — уставших от обыденности и жаждущих уединения. Психика этих людей буквально придавлена современным городом, циничной и бессмысленной суетой, в которую нередко превращается жизнь в мегаполисе. Такие горожане, как это ни покажется странным на первый взгляд, пытаются найти утешение в покое и безмолвии некогда шумных и населенных людьми городов и сел. Физическое ощущение одиночества дает им возможность восстановить психологическое равновесие, приносит особые переживания и умиротворение.

Таких людей можно отнести к категории увлеченных относительно новым, становящимся с каждым годом все более популярным видом туризма — индустриальным. Хотя понятие это существенно шире и объединяет массу разнообразных, специфических направлений и ответвлений. Например, к индустриальному туризму относится хорошо известный и достаточно опасный вид туризма — диггерство — исследование подземных сооружений, коммуникаций и других рукотворных объектов, находящихся под землей. Как бы в противовес диггерам существуют руфферы, путешествующие в верхних городских уровнях. Руфферы (от английского roof — крыша) предпочитают изучать индустриальный ландшафт с высоты крыш домов. Еще один подвид — урбанизм (в переводе с латыни urbanus — городской) — объединяет в себе как исследование инфраструктуры живых городов, так и посещение некогда населенных пунктов, оставленных человеком в силу разнообразных обстоятельств: экологических и техногенных катастроф, экономической деградации. Любопытным направлением индустриального туризма является индустриальная археология. Ее еще называют исследованием созданных и брошенных человеком объектов.

Проникновения на охраняемые территории — тоже особая разновидность индустриального туризма. Этот экстремальный вид отдыха имеет еще и другое название — инфильтрация.[2] Основной целью для поклонников столь опасного времяпрепровождения является возможность получить эмоциональный удар и особое психологическое удовлетворение. Такой вид туризма требует хорошей физической подготовки и наличия специальной экипировки.

Перейти на страницу:

Похожие книги

60-е
60-е

Эта книга посвящена эпохе 60-х, которая, по мнению авторов, Петра Вайля и Александра Гениса, началась в 1961 году XXII съездом Коммунистической партии, принявшим программу построения коммунизма, а закончилась в 68-м оккупацией Чехословакии, воспринятой в СССР как окончательный крах всех надежд. Такие хронологические рамки позволяют выделить особый период в советской истории, период эклектичный, противоречивый, парадоксальный, но объединенный многими общими тенденциями. В эти годы советская цивилизация развилась в наиболее характерную для себя модель, а специфика советского человека выразилась самым полным, самым ярким образом. В эти же переломные годы произошли и коренные изменения в идеологии советского общества. Книга «60-е. Мир советского человека» вошла в список «лучших книг нон-фикшн всех времен», составленный экспертами журнала «Афиша».

Александр Александрович Генис , Петр Вайль , Пётр Львович Вайль

Культурология / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
XX век флота. Трагедия фатальных ошибок
XX век флота. Трагедия фатальных ошибок

Главная книга ведущего историка флота. Самый полемический и парадоксальный взгляд на развитие ВМС в XX веке. Опровержение самых расхожих «военно-морских» мифов – например, знаете ли вы, что вопреки рассказам очевидцев японцы в Цусимском сражении стреляли реже, чем русские, а наибольшие потери британскому флоту во время Фолклендской войны нанесли невзорвавшиеся бомбы и ракеты?Говорят, что генералы «всегда готовятся к прошедшей войне», но адмиралы в этом отношении ничуть не лучше – военно-морская тактика в XX столетии постоянно отставала от научно-технической революции. Хотя флот по праву считается самым высокотехнологичным видом вооруженных сил и развивался гораздо быстрее армии и даже авиации (именно моряки первыми начали использовать такие новинки, как скорострельные орудия, радары, ядерные силовые установки и многое другое), тактические взгляды адмиралов слишком часто оказывались покрыты плесенью, что приводило к трагическим последствиям. Большинство морских сражений XX века при ближайшем рассмотрении предстают трагикомедией вопиющей некомпетентности, непростительных промахов и нелепых просчетов. Но эта книга – больше чем простая «работа над ошибками» и анализ упущенных возможностей. Это не только урок истории, но еще и прогноз на будущее.

Александр Геннадьевич Больных

История / Военное дело, военная техника и вооружение / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное