Неплохо.
Первую часть Сумрачного Бора отряд преодолел легко. Шесть танков принимали на щиты небольших агрессивных монстров, а маги и лучники без труда расстреливали их. Мой клеймор был двуручным, так что я обходился без щита.
Чем дальше мы продвигались, тем мрачнее и гуще становился лес. Солнечный свет уже не падал бликами на листья, теряясь где–то в вышине. А нам угрожающе махали огромные темные ветки.
Первые трудности начались на свинощетинах, тех самых, что положили вчера Серегу с Лехой. Метрового размера твари тут же накрыли нашу группу иглами–дротиками. Большую часть приняли на себя щиты танков, но и хилым дамагерам кое–что досталось. Этих свинов было немало, поэтому Верховой предпочел прорываться без боя. Бафферы обновили защитный каст и, по откату кидая лечилки, отступили. За ними и мы устремились в ту часть леса, где не было монстров.
Но едва прошли несколько десятков метров, как наткнулись на волков. Они гуляли по небольшой просеке и, завидев гостей, с грозным рыком ощетинились. Совершенно обычные, только гораздо большего размера, они присели на задние лапы, приготовившись к атаке.
Пять здоровых хищников прыгнули одновременно. Причем два почему–то выбрали меня: видимо, цель без щита выглядела аппетитно. Я широко расставил ноги и выставил вперед меч, приготовившись защищаться. Перед лицом мелькнули огромные желтые клыки, горящие злобой глаза.
Махнув клеймором, я попытался поймать одного из них на острие, но промахнулся. Диоген в панике взлетел. Мощные лапы опрокинули меня на спину, огромная пасть оказалась рядом с шеей, зловонное дыхание обожгло лицо. Я резко дернул рукой, стараясь прикрыть горло — любимую цель волков. Но не успел, придавленный весом монстра. Походу, конец.
И вдруг… Оба хищника жалобно заскулили, в их взглядах, направленных на меня, появилось виноватое, даже заискивающее выражение. Они поджали хвосты и бросились в чащу, словно побитые собаки.
— Круто! — Леха подал мне руку и помог встать. — Как ты их отпугнул?
Но раздумывать о странном поведении тварей было некогда. Я подскочил к Андрюхе со Стасом и принялся помогать им в битве с другими волками. Маги и лучники тоже не зевали, их помощь позволила за пару минут расправиться с тремя зверюгами.
— Остальных не агрим, идем по расчищенному коридору! — прокричал Володька.
По пути еще пара монстров набросилась на отряд спереди, но с ними справились Эрик и Морпех.
Едва мы прошли ареал обитания волков, как биперы выдали новые указания:
— Продолжаем идти на запад! — приказал Володька, прослушав этот заковыристый стих.
Довольно долго мы двигались, не встречая сопротивления, и к полудню вышли на большую поляну, поросшую высокими одуванчиками. Но не желтыми, а уже спелыми, с пушистыми и почему–то ярко–красными, словно напитанными кровью, головками. Их было так много, что, казалось, перед нами расстилается багровое озеро. Все столпились на его «берегу», с удивлением глядя перед собой.
— Травы и листьев вообще не видно, одни лохматые шарики. И цвет такой необычный.
— Красота какая!
Где–то я уже видел эту пушистую «красоту»…
— Оу, сейчас соберу букет–красавец, — пропела Катюша, совсем юная девушка–баффер, и шагнула вперед.
— Все стоят на месте! — остановил ее Володька. — Что–то здесь не так. Слишком тихо. И слишком просто.
— Предлагаешь разведку? — тут же откликнулся Морпех.
Похоже, это был не первый их совместный рейд, они понимали друг друга с полуслова.
— Судя по карте, слева провал, — задумчиво сказал Верховой, присев на траву и расстелив на коленях пергамент. — Странно, раньше вроде не было. После землетрясения появился, зараза. Справа тоже не обойти. Придется ломиться через поле.
— Ой, смотрите, какая милота там бегает! — воскликнула Настя, указывая вперед.
В самом деле, тут и там среди одуванчиков мелькали непонятные серо–розовые пятна. Приглядевшись, я различил невысоких, не больше полуметра, голых существ с острыми ушами, напоминающих Добби из «Гарри Поттера». Но, в отличие от него, их маленькие глазки светились злобой, а щеки висели морщинистыми брылями, как у бульдога. У того, что пробежал ближе других, на боку сверкала татуировка:
Пока мы разглядывали невиданных зверьков (или человечков?), которые, казалось, не могли представлять опасности, те не теряли времени. Словно по команде, несколько существ надули до огромных размеров щеки и дружно выдохнули. Раз — и десятки одуванчиков тут же облысели. Два — и в нашу сторону полетели тысячи парашютиков. Три — и все заорали от боли: пушистые семена обжигали, оставляя крошечные красные язвочки, забивались в глаза, нос, рот, мешая видеть и дышать.