Я дождался у заднего окна, пока Дик появился в комнате, и обошел дом. У меня больше не было сил подглядывать за ними – это казалось равносильно смерти. Никакие силы ада не заставили бы меня ждать, пока он уедет среди ночи. Поэтому я предпочел уйти.
Полный душевного смятения, я выехал на шоссе и помчался в Хермоса-Бич. У меня не было выбора – либо ехать к сестре, либо плакаться в жилетку подружке Карле, утопая в жалости к себе, а мне в тот момент не хотелось торчать в городе. Я ехал уже почти час, когда начал мигать индикатор уровня топлива. Въехав на заправку, я припарковался на площадке для отдыха и некоторое время сидел, опустив голову на руль.
Что я делал? Ведь Обри сейчас счастлива. По крайней мере, была, пока я, под влиянием эгоистических побуждений, не появился снова в ее жизни. Я так безумно жаждал, чтобы она тоже захотела меня вернуть, и теперь гадал, уж не вообразил ли то, чего на самом деле не существовало. После часа безумной езды я метался между двумя крайностями – уверенностью в том, что ей лишь нужно время, чтобы научиться вновь доверять мне, и мыслями о том, что я поступаю неправильно и снова порчу ей жизнь, ошиваясь вокруг нее.
Не успел я решиться вылезти из машины, как небеса разверзлись, и начался проливной дождь, который колотил по раскаленному калифорнийскому асфальту, отчего тот дымился, словно сухой лед. Это зрелище было завораживающим и одновременно пугающим. А может, это знак провидения?
Я бегом бросился к магазинчику на стоянке. От сильного дождя одежда промокла насквозь, и я сразу же направился в туалет. Поплескав воды на лицо, я с сочувствием посмотрел на свое отражение в зеркале, словно пытаясь подбодрить себя. Я не мог убедить даже свою жалкую задницу, что наша встреча закончится хорошо, а еще хотел убедить в этом Обри. В этот момент в кармане у меня завибрировал телефон, и на секунду я встрепенулся, охваченный новой надеждой. Но это было лишь сообщение от провайдера, предупреждающее, что я почти исчерпал установленный тарифом лимит. Вот еще одно знамение – отведенное мне время истекает.
Чертыхаясь под нос, я вышел из туалета и решил все-таки немного перекусить перед тем, как заправиться и снова пуститься в путь. Я засмеялся, увидев названия кафешек: выбор был невелик – «Старбакс» или «Чикен Папай». Ирония судьбы, не иначе. Может, на обратном пути зайти в сувенирную лавчонку – а вдруг там окажется статуэтка кивающего Обамы? Я мысленно выругался при мысли о том, какой же я все-таки сентиментальный сукин сын.
Желая как можно быстрее убраться отсюда, я заказал жареного цыпленка и сунул руку в карман за кошельком, чтобы расплатиться. Из кармана что-то вывалилось и с громким стуком упало на пол. Это был ключ. Тот самый ключ, который дала мне Обри. Я поднял его и сжал в руке, а потом расплатился за еду.
И тут меня словно молнией ударило. Я искал всевозможные высосанные из пальца знаки судьбы, и все это время у меня в кармане лежал ключ. А Дик звонил в дверь, чтобы ему открыли. Они вместе уже семь месяцев, а она так и не удосужилась дать своему хахалю ключ от дома. И вовсе я не третий лишний. В глубине души она так и не убедила себя в том, что я ей не нужен. И теперь у меня есть полное основание убедить ее в обратном.
Глава 24
Адель со скрещенными ногами сидела на диване.
– Значит, ты сегодня же собираешься ехать обратно?
Я кивнул.
– Нельзя терять времени. Каждую секунду, которую я провожу здесь, он использует, чтобы одержать надо мной верх. Я просто приехал забрать свой мотоцикл. Сейчас погружу его в фургон. – Я наморщил лоб. – Она хочет покататься со мной.
– Это, конечно, замечательно. Просто надеюсь, что она не будет ездить на тебе самом.
– Именно к этому я и стремлюсь, сестричка.
– Ты что, не понимаешь, что я имею в виду? Будет водить тебя за нос. У нее есть друг, который вроде бы неплохой парень, и это сильно осложняет дело. Вряд ли она захочет причинять ему боль.
– Я прекрасно понимаю, что ситуация далека от идеала. Но у меня есть ключ, дающий ответ на интересующий меня вопрос. – Сунув руку в задний карман джинсов, я вытащил ключ от дома Обри. – Вот он.
– Но это самый настоящий ключ!
– Вот именно. – Я подмигнул сестре. – А у этого парня ключа нет. Она дала его только мне. Конечно же, предполагалось, что это только для того, чтобы пользоваться туалетом, когда я приводил в божеский вид ее газон. Ну, и о чем, по-твоему, говорит тот факт, что у него-то ключа нет?
– Лишь о том, что он не стрижет ее газон. – Адель рассмеялась. – Поверь, мне так хочется думать, что в конечном итоге ты завоюешь сердце этой девушки, но возможность иного исхода заставляет меня нервничать. Вот что я имею в виду. Что в этом случае с тобой будет?
– Ну, тогда твой безутешный старый братец с разбитым сердцем будет мозолить тебе глаза, целыми днями валяясь в пижаме на диване и пожирая несметное количество шоколадного печенья.
Она швырнула в меня подушкой.
– Вот это-то меня и пугает.