— Они уже воюют в союзе с Эзисом. Те тоже враги. Вера у них другая. Но готы-то думают, что исманы следующими будут. Сначала всех магов на западе перебить надо. А потом — на восток. Хранителя освобождать, что в Румии эзисцами заперт. Понимаешь? Вас же с ведунами вашими перебить — это святое дело. А то, что орки с другой стороны навалились, — так это совпадение удачное. Венедию захватят, там и до орков очередь дойдет.
— Не хватит у них сил.
— Может быть. А может, хватит. Двести тысяч воинов, не считая ополчения. А у орков их несчитано. Сколько у тебя бойцов, князь?
Долго молчал Ярослав. Ответ он знал. И знал, что Эльрику он тоже известен. Никогда не держали в Венедии больших армий. Дружины одни лишь. Да, бойцы в них были отменные, но иногда бои выигрываются не умением, а числом.
— И ты предлагаешь напасть на них? — спросил наконец князь. — Но что мы сможем сделать?
— Победить. С юга ударят эльфы. Я думаю, они уже вышли в море. Мы с вами будем воевать на севере.
— Рехнулся? — с искренней тревогой спросил Ярослав. — У вас же льды вот-вот придут.
— Не придут. Ты поможешь, князь?
— Когда ты думаешь выступить?
— Через неделю.
— За неделю мы не соберемся.
— Соберетесь. Если поторопитесь. Ведунов разошли вместо гонцов. Они коридоры делать умеют. Войска перекинуть мы поможем.
— Кто вы?
— Фчены… наши ведуны, имперские.
— Эльрик, войны за седьмицу не готовятся.
— Войны готовятся за несколько часов, Ярослав. Собирай князей. Я буду завтра с утра. Пусть настраиваются не на пьянку с разговором, а на работу, лады?
— Борух Зараньский да Володимиры — Согодский и Болеславский — тебя знают, верно?
— Верно. Их я сам приведу. Ты остальных зови. И ведуны чтоб не ленились.
— Я ведунам-то не указ…
— А ты укажи. Все. Пора мне.
Эльрик выскользнул в низкую, узкую дверь, привычно ругнувшись из-за того, что приходилось сгибаться в три погибели. Ярослав задумчиво смотрел ему вслед. Громобой сказал: верить. А Громобой зря не скажет. И с готами повоевать — дело стоящее. Давно хотелось, если уж по-честному говорить. Но в одиночку к ним идти очень уж рискованно. Сильны рабы Огня и крепостями, и людьми. А если помогут шефанго… Рубаки там знатные, и ведунов, говорят, не считано. Рискованное дело. Очень рискованное. Не лучше ли все же посидеть да подождать, как оно дальше получится?
«Не лучше», — подумалось уверенно, словно Эльрик все еще тут сидел.
Значит — собирать князей. И чуял князь, что Эльрик, нежданно-негаданно императором заделавшийся, повернет завтра дело так, что никому и в голову не придет, будто великого князя Ярослава, почитай, вынудили в войну ввязаться. Увидят все, что шефанго грозные помощи попросили. А венеды могучие в помощи не отказали. И ведь не откажут.
Ладно. Зато славно будет посмотреть на Эльрика, о подмоге просящего. Интересно, надолго ли его хватит?
Элидор, слегка согнувшись, шагнул в юрту хана.
— Садись, гость дорогой. Есть будем, пить будем. — Тэмир улыбался эльфу.
— Здравствуй, хан. Здравствуй, визирь. — Элидор вольготно расположился на подушках и, не торопясь, приступил к трапезе, слушая ни к чему не обязывающий треп Ахмази, кивая и поддакивая в нужных местах.
Когда ужин был закончен и слуги, менявшие дастарханы, исчезли, Тэмир глубоко затянулся трубкой и улыбнулся эльфу еще шире:
— Я хотел воевать с тобой, тайши. Это было бы интересно — ты понимаешь, что такое война. Но Ахмази говорит, что ты друг Эль-Риха. А мне не хотелось бы огорчать Эль-Риха вестью о твоей смерти. К тому же у нас общие враги — я очень не люблю Грязь. Поэтому сейчас мы союзники. Что скажешь?
— Ты прав — мы союзники. И мне бы тоже не хотелось расстраивать Эльрика сообщением о твоей очередной смерти. У тебя есть какие-то идеи?
— Царь Грязи в городе Тальеза. Твоя армия измотана, а мои молодцы успели отдохнуть. Так что я пойду через… — Тэмир помедлил, проговаривая про себя непривычное слово, — Ак-ви-тон, а ты — через страны приморских сурков. Соединимся у Тальезы. Эль-Рих должен будет подойти туда одновременно с нами. Если он опоздает, мы встретимся с ним в землях светловолосых.
Элидор с некоторым сожалением поднялся с подушек и кивнул хану с визирем:
— Встретимся у Тальезы.
Мать-мать-мать! Как говорят в Венедии и как скоро начнут говорить на Ямах Собаки, позабыв наши традиционные «мит перз» «зеш» и «от ханзер хисс эльфе». Время не то что шло — оно летело. И я никак не мог выкроить хотя бы несколько минут на то, чтобы подумать.
О чем?
Да обо всем подумать нужно было.
В первую голову об Элидоре, который почему-то упорно не отвечал. Я «дотягивался» до него по несколько раз на дню и словно упирался в стену. Эльф был жив, это без сомнения. Погибни он — я бы почуял. Но дозваться его я не мог, как ни старался.
Похоже было, что этот параноик заделался магом, и первое, что предпринял, — это окружил себя защитой от всего. В том числе и от попыток связаться.
А связь была нужна. Хотя бы для того, чтобы скоординировать действия.