– Это потому, что он голоден. Как и все вы. Время ужина прошло три часа назад. И поскольку ваши коллеги в рубке тоже ничего не ели, мне кажется разумным предложить вам всем всё же сделать паузу в проведении миссии, и подкрепиться.
– Вот! Всегда спрашивайте ваш компьютер! Он и накормит, и напоит, и спать уложит! И сопли вам вытрет. И разведочный азарт умерит… И вообще – позаботится так, как никогда не подумает ни одна жена! Если б этого не запрещали разные тупые Уставы и Законы – женился бы на ней!
– Свинья! – голос Памеллы так и звенел от напускного возмущения, – Я тут, понимаешь, стараюсь, хлопочу, типа, всё лучшее, что у меня есть – для него, кобеля неблагодарного, и вообще – только что пылинки с него не сдуваю! А он!.. Да и не сможешь ты. У Матильды – при всём уважении! – нет той волшебной, божественно прекрасной, – ну, по твоей версии! – и обольстительной пикантной штучки, что имеется у меня!
– Вот-вот… На это-то дело я, «кобель похотливый», вечно и введусь…
– Ладно, закончили обмен любезностями, – Хоффер, осознавший справедливость предложения Матильды, прекратил «дебильное», как он его обычно называл, «юморение», – Поесть и правда, было бы неплохо. Потому что и устали, и проголодались мы – явно.
Поэтому.
Отставить крутить штурвал. Здесь, на площадке – самое безопасное место на весь этот чёртов корабль! И вряд ли такое нам ещё попадётся. Грех не воспользоваться. Значит, здесь аватары и оставим на время еды.
Но есть придётся быстро. Аккумуляторов хватит ещё максимум на двое с небольшим суток. Так что – полчаса, не дольше. Матильда. Присмотришь за аватарами?
– Разумеется.
– Превосходно. Всем – лечь!
Своего аватара Хоффер, однако, усадил. Так, чтоб опирался спиной на перегородку. И пушка на плече могла обстреливать и обе лестницы, и пандус.
За ужином в камбузе царило непривычное оживление.
Поскольку пообсуждать и правда – нашлось чего. Ещё бы! Всё-таки – первый действительно
– Я вот одного не понимаю, – на чёткости дикции то, что Памелла одновременно жевала псевдокотлету, заедая картофельным пюре и запивая соком, не сказывалось, – Здесь же – невероятные миллионы тонн металла! А он всегда, и у всех цивилизованных существ однозначно – очень сильно ценится! Особенно – такой долговечный и неразрушаемый сплав! Какого же, спрашивается, …рена эти идиоты бросили всё это дело, да ещё со всеми «зверушками», тут, в космосе?! Причём фактически – на произвол судьбы? Ведь могли бы очень легко – ну, при их уровне технологии! – простерилизовать всё это дело, и пусть даже и не пользоваться, как кораблём, а – банально пустить на тот же металлолом?! Переплавив для вящей гарантии?
– Да причин может быть хоть тыща! – Джереми уж
– Не годится эта версия. Потому что лабораторию по созданию монстров уж точно утилизировать – дороговато. И на металл такую никто никогда не пустит!
– Ну… согласен. Тогда – так: они могли доиграться с этими самыми боевыми вирусами, как когда-то чуть не доигрались на Земле в двадцать первом. Со всякими ковидами, зиками да эболами. И тогда эта зараза могла вырваться, мутировать, и выкосить их там, на планете, за каких-то пару лет! Или даже месяцев!
– А вот этот вариант – очень даже правдоподобен. Учитывая хронический идиотизм и самоуверенность прямоходящих двуногих балбесов из белк
– Что, Лара, так страшно выглядели все эти микро-зверушки под микроскопом?
– Да, Карл. Они и правда –
– Ты имеешь в виду, Лара – к нам сюда – на корабль? Или уж – на Землю?
– И туда и туда.
– То есть – все наши дезинфекционные ухищрения и средства – не помогли бы нам очиститься, если б полезли туда лично? В скафандрах?
– Вот именно, капитан. Вы абсолютно правы. Ведь как ни поворачивайся мы под нашими лампами и распылителями – складочки, и тёмные укромные уголки в этих костюмах, или на подошвах, или в контейнерах с образцами, остаются всегда! Да и на будущее. Могу предположить, что и всем, кто наберётся наглости, (Ну, или глупости!) сунуться туда – делать это так и так предстоит в аватарах! Которых придётся оставлять внутри!
Навсегда.