Читаем Д-р полностью

Велимир. Разумеется.

Живота. И при этом изображать твоего отца? Только этого мне не хватало! Вот видишь, молодой человек, хорошую же кашу заварил ты.

Велимир. Я и сам вижу, в какое неприятное положение поставил вас, но иначе было невозможно. Этого требовало приличие.

Живота. Э, коли ты пригласил его только для приличия, так только для приличия и принимай.

Велимир. Я чувствую, что вы сердитесь, но поверьте, это произошло во время обыкновенного разговора. Он говорил, что очень хотел бы побывать в Афинах, и я между прочим сказал ему: когда будете на пути в Афины проезжать через нашу столицу, заходите. Из простой учтивости я должен был ему это сказать.

Живота. Да, да, и он теперь из учтивости завернул.

Велимир. Более того, из учтивости и внимания к вам он, наверное, захочет вас навестить.

Живота. Эй, надо, чтоб он отказался или пусть не обижается, если я не буду так учтив, как он.

Велимир. Он знает, что я сын богатого отца.

Живота. Кто сын богатого отца?

Велимир. Я.

Живота. Да ведь твой-то отец – рассыльный в училище?

Велимир. Но об этом отце я не говорю, я о вас говорю.

Живота. Ну что ты все меня впутываешь?

Велимир. Потому что, возможно, потребуется немного потратиться на экипаж, на какую-нибудь экскурсию или, может быть, на обед.

Живота. Теперь пошло, опять расходы. А у твоего профессора нет привычки бить зеркала?

Велимир. Мне неприятно причинять вам беспокойство и вводить в расходы, но…

Живота. Тебе неприятно вводить меня в расходы, а мне неприятно платить Один из приличия бьет зеркала, а я плати. Другой из приличия приглашает знаменитостей – опять я плати. Так больше продолжаться не может!.. При случае я тебе помогу кое-что заработать, а его встречай на собственные денежки.

Вел ими р. Отчего же нет? Еще лучше!..

Живота. Мне нужна какая-нибудь публичная лекция, сядь и напиши ее – вот и заработаешь на расходы.

Велимир. Вам? Какая лекция?…

Живота. Милораду нужно. Дамы из высшего общества пригласили его прочитать публичную лекцию.

Велимир. И он согласился?

Живота. Он нет, я согласился; разумеется, рассчитывая на тебя.

Велимир. Вам скоро нужно?

Живота. Как можно скорее.

Велимир. Как раз сегодня я пишу одну работу.

Живота. Тогда беги заканчивай ее.

Велимир. Хорошо, я закончу, тем более утром приедет Райсер.

Живота. О нем еще поговорим, время есть. Ты только лекцию закончи.

Велимир. Я вам больше не нужен?

Живота. Нет! Не нужен.

Велимир. Тогда прощайте!

Живота. Прощай.

Велимир выходит.

XIV

Живота, Благое.

Благое при входе сталкивается с Велимиром.

Живота (заметив Благое). Куда ты пропал, человече? Нигде тебя нет… Столько времени…

Благое. Дело не такое легкое, как ты думаешь. Ты просишь меня: сделай, Благое, это, сделай то, а потом – где ты? Я был у профессора.

Живота. У самого?

Благое. Да, и разговаривал с ним так, как сейчас с тобой разговариваю.

Живота. И?…

Благое. Расскажу все по порядку… Он пригласил меня войти, и я сел. Эх, братец, как хочешь, а профессорское кресло было неплохим. Сел я и почувствовал себя профессором.

Живота. Ну кто тебя спрашивает, как ты себя почувствовал. Ты скажи, о чем разговаривал?

Благое. Точно, как ты мне сказал. Господин, говорю, профессор, мой родственник Живота Цвийович богатый человек. Дал ему господь все; опять же он ценит науку и ее представителей.

Живота. Так, а потом?

Благое. А потому, говорю, пока он жив, хочет для науки что-нибудь сделать. Вот и послал он меня к вам, потому что слышал, что вы всегда стоите во главе больших начинаний и…

Живота. Ты ничего не пообещал ему?

Благое. Мастерски ускользнул. «У нас, – говорит, – при университете есть студенческая столовая. Ваш родственник хорошо сделал бы, оказав некоторую помощь этой столовой».

Живота. Это брошенные на ветер деньги.

Благое. Ну я ему этак академически ответил: столовая, господин профессор, не для вечности; если на вспомоществование, которое даст мой родственник, купят посуду – так ее перебьют, если купят продуктов – студенты съедят их, а мой родственник не хочет, чтобы скушали его память.

Живота. Это ты умно сказал.

Благое. Итак, после этого мы продолжили разговор о столовой, о рыночных ценах на продукты.

Живота. Да разве я тебя затем посылал, чтобы ты говорил о ценах на продукты?

Благое. Ну, прошу тебя, подожди. Я увидел, что этот разговор будет продолжаться без конца, и потому мастерски его повернул. Профессор начал возбужденно говорить, как сильно подорожали помидоры, и тут у меня мелькнула мысль: ага, помидоры – самый удобный повод, чтобы изменить тему разговора, и на этом месте я его прервал. Да, говорю, приходится признать, что помидоры дороги, но, кажется, и черепица дороговата… А вы, говорю, господин профессор, единственный кто остался без дома. Все профессора построили – кто виллу, кто дом, – только, говорю, вы довели свой до крыши и остановились.

Живота. Ага, так. А он, он-то что?

Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги