После старта с планеты Ока Матвеев распорядился выделить Найке отдельную каюту, но она так и оставалась с Инге и Тимом. Потом, когда они уйдут в гиперпрыжок, наверное, она переберётся в неё. Чтобы оставить этих двоих наедине. Но пока лучше было с ними. Найка слишком хорошо помнила, какими глазами посмотрела на неё Инге там, в пирамиде. И Найке хотелось видеть, чувствовать, что ни Ин, ни мистер Тим не шарахаются от неё, как от монстра какого-нибудь, не изменили отношение к ней…. Нет, не так. Они как раз
– Ну давай, рассказывай, – Найка забралась с ногами в кресло, копируя Хелен. Уж очень ей нравилось, как грациозно и соблазнительно та умела устроиться что в кресле, что на какой-нибудь кушетке. Найка только надеялась, что в её исполнении это получается не очень глупо.
– Най… Тьма. Тьма, что поселилась во мне… Ты её видишь? Понимаешь, что это?
– Да. Понимаю.
Найка разлила по стаканам апельсиновый сок. Разговор предстоял долгий. Конечно, Хелен объяснила бы лучше, но, в конце концов, Найка уже не та местами наивная девочка, которая улетала с Тираны. Что она, не сумеет, что ли?
– И что оно такое?
– Я знаю, что это, но…
– Не можешь сказать? – Инге поджала губы. Найка задумалась. Она была уверена, что Инге уже давно сама всё поняла. Что же, выходит, нет? Но не полная же она дура? Нет, конечно. Ин просто надо выговориться. Проговорить всё вслух, обсудить. Точно так же, как она сама выговаривалась Хелен, которая называла это непонятными словами «сеанс психоанализа в домашних условиях». Ну, с этим-то Найка справится! Наверное.
– Нет. Не понимаю,
– А… – Инге вытаращилась, а потом прыснула: – Найка, да ну тебя! Ты забыла, что я почти мамбо?
– Тут забудешь, в пустоте, – Найка кивнула на стенку каюты, где, по её мнению, был космос.
– Там нет пустоты, наши каюты находятся в центре корабля, потому что…
– Ну вот, а ты говоришь, мамбо, – на этот раз они захихикали вместе, но Инге очень быстро снова стала серьёзной.
– Ты меня пытаешься запутать. Объясняй, как можешь. Так что оно такое?
– Если совсем утилитарно, то не парься. Считай, что это Лоа. Да это Лоа и есть, если твоим языком говорить. Только очень могущественный. Обращайся к Ней, как к своим Лоа. И имей в виду, ты теперь… – Найка заколебалась, не зная, говорить или нет. – В общем, если тебя убьют, ты встанешь. Как Майк. Ну, скорее всего.
–
– Ладно. Но объяснять буду, как сама понимаю. Не факт, что это всё так и есть в точности, – и добавила, не удержавшись: – И учти, это слегка подвинет твой внутренний мир.
– Знаешь, мой внутренний мир и так уже… двинутый. Так что… – Инге залпом выпила сок и налила ещё. Лучше бы она этого не делала: руки у неё откровенно тряслись. Найка не совсем понимала, что так дико напугало подругу, но решила продолжить объяснения.
– Хорошо. Тогда слушай, – они много раз обсуждали это с Хелен, так что она без труда подбирала нужные слова. – Есть религия. Она обращается к богам, которых так или иначе создали разумные существа. Не важно, живые они, как Око, или вымышленные, как большинство на Тиране. Все они плод разума разумных существ, извини за тавтологию. Чем сильнее эти существа в плане веры, или, как в случае с Оком, пси-возможностей, тем сильнее боги. Но, в любом случае, эти боги, не важно, материальные или информационные, зависят от своих адептов.
– Пока всё понятно, хотя я не со всем согласна. И мой мир с места не сдвинулся. Вроде бы, – Инге нервно хихикнула.
– Хорошо. Эти боги… Они просто реалии, как ты, я, Тим или ИИ этого корабля. А есть некие силы, явления, абсолюты. Жизнь, Смерть, Боль, Любовь и так далее. Чем… абсолютнее эти силы, тем сложнее до них достучаться, и тем это опаснее.
– Чем?